В 1992 г. ИРИ открывает практически во всех республиках Центральной Азии свои посольства, где специальные сотрудники занимаются вопросами культуры, образования и науки. Кроме того, именно в этот период министерство культуры и исламской ориентации открывает в городе Алма-Ата (Алматы) специальное представительство, которое выполняет функции иранского культурного центра в регионе...
В мае 1992 г. Узбекистан, Кыргызстан, Казахстан и Туркменистан принимают участие в международной выставке книг в Тегеране. В дни работы выставки подписывается ряд двусторонних документов о сотрудничестве в области культуры, библиотековедения и полиграфической индустрии, открывающие также пополнение книжной продукции национальных библиотек соответствующих стран. В эти же годы в Иране издается целая серия учебников, словарей, журналов для республик Центральной Азии. Заключаются многочисленные соглашения в области культурного сотрудничества, договоренности о культурном обмене, соглашения между университетами Ирана и ВУЗами центрально-азиатских стран; проводятся фестивали иранских фильмов, обмен концертными и театральными группами, открываются книжные магазины иранских издательств: студенты, изучающие персидский язык, направляются на стажировку в Иран, проводятся культурные встречи и мероприятия, представители центрально-азиатских стран регулярно принимают участие в организуемых иранской стороной конференциях, симпозиумах по различной тематике. Проводятся дни культуры Ирана в центрально-азиатских республиках и дни культуры стран Центральной Азии в Иране и многие другие мероприятия.
Иран уделяет огромное внимание изучению персидского языка в странах Центральной Азии. В университетах центрально-азиатских стран создаются новые кафедры персидского языка, персидский начинает преподаваться в ряде средних общеобразовательных школ. ИРИ направляет преподавателей персидского языка в университеты республик, организовывает курсы повышения квалификации и стажировки для преподавателей и практику для студентов, проводит семинары, обеспечивает необходимыми учебно-методическими материалами и техническими средствами обучения, издает учебную литературу на персидском и национальных языках»[230].
Иран проявляет активность в предоставлении новым государствам Средней Азии помощи с их телевизионными программами, оказывая таким образом непосредственное влияние на широкую аудиторию. Однако Иран снабжает, к примеру, таджикское телевидение, в основном телесериалами, и в меньшей степени — программами религиозной тематики, которыми изобилует собственно иранское телевидение.
Иранская пропаганда характеризует советские времена как мрачное прошлое среднеазиатских республик, говорит о попытках центрального московского руководства лишить народы Средней Азии их культуры и самобытности, превратить их в составляющую часть единой безликой социалистической нации.
В целом иранская пропаганда пытается создать негативный образ России и русских.
Эффективность иранской пропаганды снижается из-за отсутствия больших по численности шиитских меньшинств в республиках Средней Азии.
«Угроза с севера» для Ирана исчезла вместе с исчезновением сухопутной границы с Россией, но проблемы с морскими границами остаются.
Еще в 1960—1970-х гг. у советского правительства вызвала серьезную озабоченность недружественная политика шахского режима в Иране. С иранской территории летали американские самолеты-разведчики, вторгавшиеся в воздушное пространство СССР, запускались воздушные шары с разведывательной аппаратурой и контейнерами с материалами антисоветского содержания. А свободное плавание иранских судов в Северном Каспии давало возможность спецслужбам НАТО забрасывать на территорию Советского Союза диверсионно-разведывательные группы. По данным Ф.А. Мошкова, в Каспийском море вели разведку американские сверхмалые подводные лодки.
В таких условиях советское правительство стало рассматривать вопрос о необходимости закрепления линии Астара — Гасан-Кули в качестве морской границы с Ираном. Так, в нотах и министерства иностранных дел СССР от 14 апреля 1954 г., 22 декабря 1956 г. и 30 июля 1958 г., направленных посольству Ирана в Москве в связи с вторжениями иностранных самолетов в воздушное пространство Советского Союза над акваторией Каспийского моря линия Астара — Гасан-Кули упоминалась уже как государственная граница.
В ноте от 30 июля 1958 г. говорилось, что эта линия признается государственной границей СССР, а ее пересечение расценивается как грубое нарушение американским самолетом советско-иранской границы. В ответ на эту ноту иранское правительство 14 августа 1958 г. заявило, что ему неизвестно о нарушении советско-иранской границы авиацией США. Такой ответ советские дипломаты расценили как косвенное признание иранской стороной наличия границы между Ираном и СССР на Каспийском море.
3 августа 1975 г. МИД и КГБ СССР предоставили в ЦК КПСС записку о целесообразности разграничения вод Каспийского моря по линии Астара — Гасан-Кули. 1 сентября того же года это предложение было одобрено Политбюро ЦК КПСС. Министерству иностранных дел поручалось изучить возможность постановки перед иранской стороной вопроса об официальном закреплении указанной линии в качестве государственной границы.
Однако реакция соседа была крайне негативной. 26 февраля 1976 г. советский посол в Тегеране сообщил, что иранский МИД выразил удивление «бытующим мнением» о существовании морской границы на Каспии, поскольку никакого официального документа по этому вопросу не подписывалось. Таким образом, установить морскую границу на Каспии не удалось.
После распада СССР на берегах Каспийского моря оказалось не два, а целых пять государств — Российская Федерация, Азербайджан, Иран, Туркменистан и Казахстан.
В начале 1990-х гг. российский МИД выступил против раздела Каспия на национальные участки, за использование его богатств на основе многосторонних соглашений, не ущемляющих права и интересы ни одного из прибрежных государств, за создание региональной организации прикаспийских государств.
Российские дипломаты исходили из того, что, во-первых, Каспий является внутренним морем, не имеющим выхода в океан, в котором за многие десятилетия сформировался уникальный и наиболее приемлемый для этого региона правовой режим. А во-вторых, международно-правовая ситуация вокруг Каспия после распада СССР принципиально не изменилась. Из этого следовало, что правовой статус Каспия требует минимальной корректировки, и в основном должен соответствовать тем принципам, которые определены советско-иранскими договорами 1921 и 1940 гг.
Однако политика Ельцина в этом вопросе, как, впрочем, и везде, была противоречива и бестолкова. Так, 20 ноября 1993 г. между правительствами Российской Федерации и Азербайджана было подписано соглашение «О сотрудничестве в области разведки и разработки нефтяных и газовых месторождений на территории Азербайджанской Республики». В тексте соглашения говорилось и об «азербайджанском секторе Каспийского моря», который, таким образом, признавался территорией Азербайджана.
Азербайджан с самого начала очень активно выступал за раздел Каспийского моря на пять секторов, каждый из которых будет представлять территориальные воды соответствующего государства, владеющего данной водной территорией на основе исключительного права. При реализации этого плана самые нефтеносные районы отходили бы к Азербайджану и Казахстану. Поэтому Азербайджан долгое время жестко требовал только секторного раздела Каспия. Правительство Азербайджана объявило прилегающий к его стране участок Каспийского моря (как водное пространство, так и дно) полностью национальным сектором. Это закреплено в Конституции Азербайджана, и теперь сектор активно осваивается.
В 1970 г. Министерство нефтедобывающей промышленности СССР поделило дно советской части Каспийского моря на секторы, закрепленные за всеми прибрежными республиками. За основу взяли срединную линию. Совместным постановлением Совета министров Азербайджанской ССР и Министерства нефтяной и газовой промышленности от 18 января 1991 г. была уточнена граница между секторами Азербайджанской и Туркменской ССР.
К 2003 г. Россия, Азербайджан и Казахстан уже практически поделили каспийское дно и заключили соответствующие двусторонние соглашения. Раздел базировался на так называемой срединной линии и не учитывал позицию Ирана, который отстаивал иной принцип деления Каспия. Линия раздела проводилась через точки, равноудаленные от береговой линии. Получившаяся кривая соединялась с берегом перемычками от стыков сухопутных границ. В результате получились национальные сектора, размер которых зависит от длины побережья каждой из прикаспийских стран. В соответствии с этой формулой самый большой сектор будет у Казахстана (30%), наименьший — у Ирана (около 14%), России, Азербайджану и Туркмении достается по 18—19%. Иран же предложил дележ поровну — каждой стране по 20%.
