экономическому кризису. Промышленный потенциал перестал обновляться, оборудование старело. Чаушеску ввел драконовские ограничения на потребление энергии в домашних хозяйствах, чтобы обеспечить снабжение промышленности. Люди возмущались, начались забастовки, волнения. Поначалу на них не обращали внимания…
Государственный секретарь Соединенных Штатов Александр Хейг, прилетев в Бухарест, увидел плохо освещенный город, кишевший вооруженными солдатами и милицией. Его жена, побывав на рынке, не обнаружила там мяса и никаких овощей — кроме вялой капусты и лука.
Чаушеску заявил, что Румыния нуждается в срочной американской помощи в миллиард долларов. Хейг пустился в объяснения о том, что средства для помощи иностранным государствам выделяет конгресс.
Чаушеску, погрозив ему пальцем, грубовато спросил:
— У вас есть другие альтернативы?
Бывший генерал Хейг не выдержал:
— Будьте реалистом, господин президент. Посмотрите в окно…
Советским послом в Румынии был недавний руководитель ленинского комсомола, а потом заведующий отделом пропаганды ЦК Евгений Михайлович Тяжельников.
Я навестил его в Бухаресте. Он, возмущаясь, читал перестроечный «Огонек», который ему присылали из Москвы. Когда в Бухаресте свергли румынского диктатора Николае Чаушеску, советского посла вернули на родину и проводили на пенсию.
До последнего Николае Чаушеску выражал недовольство линией Москвы. В частности, ему не нравилось то, что Бессарабия и Буковина в 1940 году вошли в состав Советского Союза.
Помощник советского министра иностранных дел Теймураз Георгиевич Мамаладзе-Степанов записал в дневнике, как 4 декабря 1989 года в Москве проходила информационная встреча руководителей государств — участников Варшавского договора.
Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачев:
— То, о чем я сейчас скажу, относится ко всем нам, за исключением, пожалуй, Румынии. Речь идет о согласованном осуждении нашей общей акции 1968 года.
Горбачев говорил о вводе войск пяти стран — участниц Варшавского договора в Чехословакию в августе 1968 года. Румыния отказалась участвовать в этой акции.
Чаушеску (очень назидательно и торжественно) заметил:
— Мы осудили акцию 1968 года. Время показало, что мы были правы. Если акция признается ошибочной, то следует вывести ваши войска из Чехословакии и тем самым помочь чехословацким товарищам. Это было бы логично.
Горбачев ответил:
— Мы с вами обсудим, что логично, а что — нет. А сейчас прошу всех ознакомиться с проектом заявления.
«Бумага пошла гулять по рукам, — вспоминал помощник министра иностранных дел. — Мне она показалась неподготовленной, недостаточно квалифицированной. Я подумал, что если так поспешно решаются все важнейшие вопросы, то можно понять, как страна вошла в тупик.
Чаушеску выражает недовольство по поводу затянувшейся паузы.
— Плюрализм, товарищ Чаушеску, плюрализм, — говорит ему Горбачев. — Для нас это давно уже стало нормой.
Тон — иронический, с оттенком долготерпеливое™…»
А через две недели, 19 декабря 1989 года, в третьем по величине румынском городе Тимишоаре восстали венгры.
В Австро-Венгерской империи венгры были привилегированным народом, поставленным над славянскими народами. Соседи по империи затаили нелюбовь к венграм. После Первой мировой победители наказали Венгрию за то, что она была частью Австрийской империи, союзницы Германии. По Трианонскому мирному договору (1920 год) часть территорий, входивших в королевство Венгрии, отошли к Румынии, Чехо-Словакии и Югославии. Страна утратила две трети своей территории, которые отошли новым государствам, образовавшимся на обломках империи.
Хуже всего пришлось двум миллионам трансильванских венгров, оказавшихся на территории Румынии. Николае Чаушеску хотел насильственной ассимиляции венгров — он исходил из того, что на территории Румынии живут только румыны. И трансильванские венгры сыграли важную роль в восстании против режима.
Началось с того, что власти решили выселить пастора венгерского прихода реформистской церкви и диссидента Ласло Тёкеша. Местные жители окружили дом священника живым кольцом. И в других городах начались акции неповиновения.
Чаушеску приказал армии и госбезопасности стрелять в бунтовщиков. Но произошло нечто невероятное. Его приказы больше не исполнялись! Он надоел правящему истеблишменту, который рад был от него избавиться. Армейские части начали переходить на сторону восставших. Чаушеску с женой пытались бежать. Но их не отпустили.
Встречавшиеся на равных с президентами и премьер-министрами, прокатившиеся в карете с британской королевой Елизаветой, привыкшие быть объектом восхищения на тщательно организованных митингах, эти двое провели последнюю ночь в маленькой комнате без туалета и отопления.
Николае Чаушеску и его жену судили по-революционному, на спешно созданном трибунале и вынесли смертный приговор.
Из зала суда их провели по короткому коридору во внутренний двор, где завязали глаза и расстреляли. Солдатам было приказано выводить Николае и его жену по одному, но супруги захотели умереть вместе. Пока их вели к стене, Николае Чаушеску пел «Интернационал». В тот же день казнь была показана по телевидению.
Генерал Виктор Станкулеску, которого Чаушеску назначил министром обороны и который приказал судить вчерашнего генсека военным трибуналом, говорил, что альтернативой было бы линчевание Чаушеску прямо на улицах Бухареста. В 2003 году жена бывшего генерала Станкулеску покончила с собой — выбросилась из окна.
Президент Румынии Ион Илиеску заявил, что судебный процесс был «постыдным, но необходимым» для того, чтобы положить конец разрушавшей страну анархии. Но, похоже, Чаушеску расстреляли просто из страха, что он может вернуть себе власть, а вовсе не из желания наказать за преступления. Это была жестокая и, по существу, беззаконная расправа.
«Когда Чаушеску был свергнут, я думаю, что китайские лидеры запаниковали», — вспоминал тогдашний советник президента США по национальной безопасности генерал Брент Скоукрофт. — Они воспринимали Чаушеску как доказательство того, что коммунизм может пережить нынешнее либеральное наступление.
Когда это оказалось не так, они, возможно, пришли к выводу, что были правы на площади Тяньаньмэнь: любой жест умеренности слишком опасен, и их единственный шанс выжить состоит в том, чтобы быть абсолютно непреклонными».
В России в 1999 году в разгар предвыборной кампании один из оппозиционных Борису Николаевичу Ельцину политиков напомнил президенту о судьбе семьи румынского вождя. Это прозвучало достаточно зловеще: Николае и Елена Чаушеску были расстреляны, а их сына посадили на скамью подсудимых…
Жизнь после смерти
Николае Чаушеску называли тираном-вампиром, обескровившим свою страну. И вспоминали знаменитый роман «Дракула», опубликованный в далеком 1897 году. Роман написал ирландец Брэм Стокер, государственный служащий, а затем бизнесмен. Он писал пьесы, возглавлял театр и неплохо играл в футбол.
Вся современная литература и кинематограф, посвященные вампирам, вышли из этого романа. На роль вампира писатель выбрал историческое лицо — валашского господаря Влада III (Валахия — старое название южной части Румынии). И надо заметить, что реальный Дракула, даже если он не был вампиром, куда отвратительнее своего литературного однофамильца.
Господарь Влад насаживал своих врагов на деревянные колья и выставлял вдоль дороги. Он располагался на ужин где-нибудь на холме и наблюдал за тем, как разнообразно
