Читаем без скачивания Сеня. Миссия Наследной Йагини - Диана Шляхоцкая

— В открытую против Черного выступать — гиблое дело, — пояснил Святобор супруге, — Хотя он именно на это напрашивается. Думаешь, он все это затеял, чтобы со смертными в кошки-мышки поиграть? Нет, милая, тут игра более тонкая.

— Так что же делать? Неужто сидеть, сложа руки и смотреть, как он Землю к рукам прибирает?

— Нет, конечно, — Святобор погладил окладистую бороду, — Только действовать тоньше надо. Намного тоньше. Черный только и ждет, что мы в открытую выступим. Но тогда, сама понимаешь, намного больше смертных пострадает.

Девана пожала плечами. Доводы мужа казались ей разумными, но так быстро сдаваться не хотелось.

— Потолковать надо, — продолжал Святобор, — И в безопасном месте.

Хлопнул в ладоши — и все мы оказались на вершине высокой горы. Судя по облакам внизу — очень высокой.

— Здесь никто не подслушает, — важно сообщил Святобор, и начался самый настоящий военный совет.

Я, если честно, была очень обрадована появлением этого исполина. По правде, мне очень понравилась Девана, но только правильно предупреждал Авлат, нельзя богам в открытую выступать против собрата. К тому же, как оказалась, Чернобог именно этого и добивается.

— Мы конечно с вами не пойдем, а все ж подсобим как можем, — заявили боги.

— Я сам спасу ее, — твердо решил Авлат, имея ввиду, конечно, Дине. Луизе оставалось только вздохнуть.

Честно сказать — не помню, сколько длилось наше собрание. И если бы не непосредственное божественное вмешательство, и Сила, исходившая от них, нипочем бы мне не выдержать эти несколько часов планов, опровержений, криков, споров до хрипоты, раскатов грома, метания огненными шарами и прочих обязательных атрибутов божественного совещания. Зато когда наконец-то пришли к общему знаменателю, все присутствующие смогли вздохнуть спокойно. Потому что решение, предложенное Авлатом и Лиодором, оказалось простым и гениальным. Получилось бы.

Сказ иной, тридцать седьмой ПЕРЕХОД

В поход выступили в час черного тотсвета, как говорят на Темной Стороне, перед самым началом, когда сумерки так темны, что кажется, что свет не наступит никогда. Я зябко куталась в широкий шерстяной плащ и старалась не думать о плохом. Перемещаться к резиденции Чернобога можно было только под надежной защитой — волшебным пологом, надежно скрывающим магию и маскирующим следы. Чтобы держать его, требовалась вся сила пяти магов — Лиодора, Авлата, Анвара, меня и Луизы. Некромантка и слышать не хотела, чтобы остаться в замке. Слишком она себя чувствовала виноватой перед Динеке и Авлатом. А может, просто не хотела отпускать Анвара одного. Вроде бы внешне Луиза никак не проявлялась к нему, даже наоборот, стала более резкой и отчужденной, но я видела, какие чувства были написаны на ее лице, когда придворный боевой маг Авлата любовался статной, величавой богиней. На военном совете он глаз с нее не спускал. Я даже забеспокоилась о нем, не разгневался бы на него супруг светлой богини. Спасибо, кстати, Деване — мелкие остались у нее, никто из нас не хотел рисковать. Михея, то есть старшину Руста, оставили там же. Как и коловертыша. Я подозреваю, что тролль согласился на функцию дополнительной охраны детей вовсе не из природного человеколюбия — нет его у троллей, но и не из жажды наживы. Согласно легендам, по большей части Девану в землях светлых богов окружают прекрасные небесные девы — лесные русалки да охотницы. Правда, светлая богиня ликом прекраснее их всех и выше на голову, ну так она и замужем, причем за грозным светлым богом. А девы, все, как одна незамужние, потому как ясноокая богиня особо не жалует мужское племя. И, согласно легендам, да и недавним событиям в той же Менфере, непонятно, что она вообще замужем делает. Впрочем, побывав на божественном военном совете, смело могу сказать, если бы не Святобор — нелегко пришлось бы всему мужскому роду. Словом, в отличие от нас, не скучно Михею придется в ближайшие дни, особенно, если зеленоглазая богиня проведает о его намерениях, а что-то мне подсказывало, что это не заставит себя ждать, уж больно женщины всех рас падки на троллей. Хотя сказать, что в течение следующих дней скучала наша компания — значит, бессовестно соврать.

Полог невидимости нещадно выпивал все наши силы, изматывал до крайности, и держать его при всем желанием можно было только впятером, причем в течение часов шести — семи, больше никак не получалось, учитывая, что среди присутствующих Посвящение проходили все, кроме меня и Авлата. Ему, в силу особого происхождения и образования, оно было ни к чему.

Когда останавливались на ночлег, мужчины по очереди несли вахту, поддерживая охранный контур. Нас с Луизой, для того, чтобы использовать наш магический резерв, не будили. К своему стыду, мы и не протестовали.

В остальное время мы передвигались по межпространственным коридорам, и в этом и заключалась помощь светлых богов. Не сами, а через нас, они прокладывали эти самые коридоры между Матерью Сырой Землей и миром, где расположилась резиденция Черного бога.

— За раз к убежищу Черного не подступиться, — развел руками светлый Хорс, — В лучшем случае, за неделю доберетесь, ничего не поделать.

Я вспоминала эти слова весь первый день перехода, потому что перемещаться по межпространственному коридору оказалось тем еще удовольствием. Для того, чтобы Чернобог нас не засек, мы шли, как я поняла, по одному из низших уровней межпространства. На более низком мы бы просто не смогли остаться в живых более нескольких хвилин. Да и здесь мне постоянно казалось, что вот-вот придет конец. Пробовали когда-нибудь бежать под водой? Не стоит, неблагодарное это занятие. Передвигаться по уровню межпространства оказалось в сто раз тяжелее. Мысли медлительные, вязкие, тупые. Тело как будто не свое, не родное. Непослушные руки постоянно остаются сзади, из пальцев выскакивает поклажа, ежели приспичило взять что-нибудь в руки. Тело постоянно отклоняется назад и каждую секунду чувство, что падаешь навзничь. И что сейчас упадешь — и больше не поднимешься, вязкая субстанция, которая здесь вместо воздуха задавит, поглотит под собой. Не думаешь ни о ком и ни о чем, кроме себя, кроме того, чтобы сделать очередной шаг, не упасть, двигаться вперед. Задыхаешься, слепнешь, кажется, что здесь царят вечные сумерки, хотя, как заранее предупредили боги, это не так. Забываешь, что ты вообще здесь делаешь, потому что ничто на свете не стоит таких мучений. В первый же день перехода я медленно, очень медленно, потому что мысли слабо ворочались в голове, да и опасно было на них отвлекаться, думала, как все-таки мало, оказывается, в нас человеческого. Стоит поместить Йагиню вроде меня в столь отвратительные условия — и где мысли о высоких идеалах, где беспокойство за близких? Мысль одна — выжить. Любой ценой. К своему ужасу я поняла, что если бы сейчас кому-нибудь понадобилась помощь, я бы постаралась забыть о том, что я — целительница. Дарующая жизнь. Эта мысль так ужаснула меня, что закружилась голова, я ослепла, и начала медленно, как в кошмарном сне, заваливаться назад. Сейчас я упаду и больше не поднимусь. Потому что все в столь плачевном положении, что и я. Они физически не смогут прийти ко мне на помощь. Это конец.

Я не знаю, как долго я падала — может быть, мгновение, может, целую вечность, но только когда почувствовала под своей спиной что-то твердое, поняла, что дальше падать не собираюсь. С трудом открыла глаза и попыталась сфокусироваться. Меня держали Лиодор и Луиза, крепко взявшись за руки. Любимый Дарнийский оборотень и отважная маленькая некромантка. Я видела, каких трудов им стоило удержать меня от падения. Пришлось приложить все усилия, чтобы принять вертикальное положение и продолжить путь. Потому что нельзя вот так просто взять и уйти в небытие, когда рядом те, кому ты нужна. И кто нужен тебе — еще больше. Сил, чтобы хотя бы взглядом поблагодарить мужа и магиню за то, что только что сделали, не было.

Когда я окончательно отупела от усталости и думать забыла не только о цели нашего путешествия, но и о том, как меня зовут и кто я вообще такая, мы выпали из межпространства, и нужно было срочно активировать полог защиты. Пришло время привала.

Насчет привалов нас также предупредили особо. Если для того, чтобы наше перемещение оставалось тайной для Чернобога, приходилось идти по одному из нижних уровней межпространства, то и места для привалов на нашем пути, где можно было несколько часов отдохнуть под пологом магической защиты, были соответствующие. То есть такие, где никому в голову не пришло бы искать нас.

Первую ночь, или что там — на время путешествия я потерялась во времени суток — мы провели в крохотной темной пещере на крошечном летающем островке. Было холодно, отчего-то сыро, и страсть как неудобно. Правда, я практически сразу провалилась в глубокий сон, и не помню, то ли мне приснилось, как Лиодор растирал мои онемевшие в межпространстве руки и ноги, то ли это было на самом деле. Казалось, что я проспала несколько хвилин, час от силы, но оказывается, наш общий магический резерв оказался практически на нуле, и пора было опять нырять в межпространство. Тут-то, подумала я, мне и конец придет, ан нет, второй день дался успешнее, чем первый. Может, я начала привыкать, а может, просто отупела окончательно и думать забыла о том, как это все невыносимо. Просто набор движений — тяжело вздымается грудная клетка, вязкий, плотный воздух разрывает изнутри легкие, все силы направлены на соблюдение равновесия и движение вперед. Шаг за шагом. Главное — идти. Вторую ночь предстояло провести в похожей на первую пещере, практически до середины кишащей змеями.