снег, и задули ледяные ветры. Путники спасались от холода, зарываясь в снег. Провизия кончилась, и они несколько дней питались горячим отваром из измельченной кожи, отрезанной от сапог. 22 октября они заметили три юрты. Жилье было покинуто, но им посчастливилось найти несколько рыбешек – настоящее пиршество.
– Наутро появился якут. Он был приветлив, но не понимал ни слова. Он доставил нас к кочевью своего племени, где мы увидели сотни оленей. У них было много провизии, чтобы спасти наших несчастных друзей. Но нас никто не понимал. Через некоторое время появился какой-то русский. Он не знал ни английского, ни немецкого, но понял слова «капитан» и «Жаннетта». Он-то нас и доставил сюда. Вчера мы весь день отсыпались, не в силах сделать что-либо другое.
Третья шлюпка, которой командовал лейтенант Чипп, исчезла вместе со всеми людьми, и о ней больше никто никогда не слышал.
– Надо сейчас же отправить группу на помощь Делонгу, – сказал Мелвилл.
Выражение «сейчас же» в те времена в Северной Сибири звучало бессмыслицей. Мелвиллу удалось отправиться в путь только 10 ноября вместе с местными жителями, предоставившими собачьи упряжки. Они направились на север и 14 ноября достигли места, где высадился Делонг. Здесь были найдены судовые журналы, инструменты, но самого Делонга и его товарищей отыскать не удалось.
– Наши компаньоны были так истощены, – говорили Ниндеманн и Норос, – что, наверное, никакой надежды на их спасение не осталось.
Мелвилл не считал, что полностью выполнил свой долг. С оставшимися в живых людьми он добрался до Якутска. С помощью русского правительства участники экспедиции были отправлены в США. Мелвилл оставил при себе лишь двоих – Ниндеманна и Барлетта. 26 февраля 1882 года они снова отправились на север. 23 марта на берегу Лены обнаружили следы костра, треножник и ружье. Потом увидели торчащую из-под снега руку. То были останки капитана Делонга. Под треножником они раскопали два ящика с судовыми документами «Жаннетты», затем дневник Делонга. Тела остальных членов группы лежали рядом со стоянкой.
Летом 1881 года на поиски «Жаннетты» ушло несколько судов. На борту одного из них находился репортер «Дейли телеграф» Гилберт. Дневник Делонга попал к нему в руки и был опубликован сначала в Англии, затем в США. Это один из самых драматичных документов в истории полярных исследований. Делонг умер последним и имел мужество вести журнал до самого конца.
«17 октября. 127-й день (после гибели „Жаннетты“). Алексей умирает.
…К закату Алексей скончался от истощения. Прикрыли его флагом.
18 октября. 128-й день. Покойный, мягкий день, падает снег. После полудня похоронили Алексея. Мы отнесли его на речной лед и прикрыли ледяными плитами.
19 октября. 129-й день. Разрезали палатку, чтобы сделать обувь. Доктор отправился вперед – отыскать место для нового привала, но в темноте сбился с пути.
20 октября. 130-й день. Ясно, солнечно, но очень холодно. Ли и Каак погибают.
21 октября. 131-й день. Около полуночи обнаружили, что Каак, лежавший между мною и доктором, скончался. Около полудня скончался Ли.
22 октября. 132-й день. Мы слишком слабы и не можем снести тела Ли и Каака на лед. Мы с доктором и Коллинсом отнесли трупы за угол, так что их не видно.
23 октября. 133-й день. Все очень слабы. Спали или лежали целый день. До наступления сумерек собрали немного дров. У нас нет обуви, ноги болят.
24 октября. 134-й день. Тяжелая ночь.
25 октября. 135-й день.
26 октября. 136-й день.
27 октября. 137-й день. Иверсен свалился с ног.
28 октября. 138-й день. Иверсен скончался рано утром.
29 октября. 139-й день. Ночью скончался Дреслер.
30 октября. 140-й день. Ночью скончались Бойд и Гёрц. Умирает Коллинс».
На этом записи обрываются.
В 1884 году молодой сотрудник Бергенского музея океанографии внимательно читал газету «Моргенбладет», в которой была опубликована статья о находке на льдах у юго-западного побережья Гренландии (около 45° западной долготы) некоторых вещей участников экспедиции «Жаннетты». Молодой ученый был высок, атлетически сложен, голубоглаз. Время от времени он оставлял чтение и подходил к громадной карте полярных районов, висящей на стене кабинета. Автор статьи, норвежский метеоролог Хенрик Мон, писал, что никто не мог установить, каким путем обломки «Жаннетты», погибшей в районе Новосибирских островов, попали на гренландское побережье.
Молодого красавца-викинга с льняными волосами звали Фритьоф Нансен; ему недавно исполнилось двадцать три года. Он работал в музее натуралистом. За два года до этого он ходил на китобойце в водах Шпицбергена и Гренландии, приобретая отнюдь не книжные знания в зоологии. После долгих размышлений над маршрутом обломков «Жаннетты» он сделал следующий вывод: если соединить точку гибели и точку находки прямой, то она пройдет вблизи Северного полюса.
«Я тогда подумал, – говорил он позже Норденшёльду, с которым его связывала крепкая дружба, – что вместо борьбы с непроходимыми льдами в попытке достичь полюса надо вести себя умнее и совершить дрейф по пути обломков „Жаннетты“».
Так возникла новая идея. На ее доработку ушло несколько лет. Нансен понимал, что с ним будут считаться и окажут ему помощь только тогда, когда он завоюет репутацию серьезного полярного исследователя.
– Чтобы заставить говорить о себе, я решил пересечь Гренландию по ледовому покрову острова. Пересечь на лыжах в составе хорошо тренированной группы.
Кроме Норденшёльда, которому подобный переход не удался, все знатоки полярных районов отнеслись к затее отрицательно, поскольку двумя годами ранее молодой американец Роберт Пири не смог этого сделать, а еще раньше драматично закончилась немецкая экспедиция. Нансен непоколебимо продолжал подготовку к походу.
Памятный крест в дельте реки Лена, установленный на месте гибели экспедиции Делонга. Литография. 1882
Он заказал пять нарт длиной 2,9 метра и шириной 0,5 метра. Нарты были очень прочными, и каждая весила не более 14 килограммов. Они оказались настолько совершенными, что сорок восемь лет спустя (в 1936 году) Поль-Эмиль Виктор использовал для первого перехода по Гренландии с запада на восток ту же модель с незначительными изменениями. Многие исследователи долгое время пользовались «кухней Нансена» как для приготовления пищи, так и для получения питьевой воды из снега или льда. Нансен также разработал конструкции палаток, спальных мешков, одежды и лыж. Сам он превосходно ходил на лыжах. Отличными лыжниками были и сопровождавшие его три норвежца и два лапландца.
Фритьоф Нансен. 1888
В мае 1888 года экспедиция погрузилась на норвежское промысловое судно «Язон». Поход начался от Умивика, на восточном побережье Гренландии.
