Лица Божества по отношению к двум другим. Поэтому определение Бога, данное в Послании Иоанна, является первичным по отношению к пониманию Бога как Троицы и Творца. Поэтому христианский монотеизм уже не мог оставаться исповеданием Единицы.
Сотворение Богом мира, ангелов и человека также объясняется главной чертой Его характера, открытой нам через Иоанна – любовью и необходимость произливать ее на мир и человека: Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь[269].
Одним из важнейших пунктов христианской антропологии является учение об однократности человеческого бытия. Это положение христианского богословия прямо вырастает из понимания человека как единого целого. C учением об однократности человеческого бытия неразрывно связан догмат неповторимости искупительной жертвы Христа. Н. А. Бердяев говорил в этой связи: «Исключительная историчность и динамичность христианства связана прежде всего с тем, что центральный факт христианской истории – явление Христа – есть факт однократный и неповторяемый, а неоднократность и неповторяемость есть основная особенность всего «исторического»[270]. Идея однократности, неповторимости человеческой жизни порождает представление о личностной истории, истории отношения между Богом и душой.
Человеческая жизнь – это единая и однократная история тела, души и духа от их одновременного сотворения до вхождения в Царство Небесное опять-таки вместе. В Евангелии прямо сказано о том, что жизнь дается человеку всего один раз: …Христос… однажды, к концу веков, явился для уничтожения греха жертвою Своею. И как человекам положено однажды умереть, а потом Суд, Так и Христос, однажды принесши Себя в жертву, чтобы подъять грехи многих, во второй раз явится не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение[271].
Не менее важным моментом христианской антропологии, отражающим одну из сторон понимания человека как Образа Божьего, является учение о свободе воли.
В христианстве человек рассматривается как творец своей собственной судьбы и истории в целом. В свободе, отмечал Н. А. Бердяев, коренится разгадка постижения и Божественной жизни как трагической судьбы, и жизни мировой, жизни человеческой, как трагической судьбы и истории. Если бы не было свободы, не было бы и истории. Свобода, по мнению выдающегося русского мыслителя, есть метафизическая первооснова истории[272].
Основа свободной воли человека – его разум, еще одно проявление образа Божьего. Только свободный разум в состоянии сделать выбор между добром и злом. О росте свободы по мере приобщения к высшему знанию, Истине, говорится в Евангелии: Вы познаете Истину, и Истина сделает вас свободными.
Если же добровольное, то есть свободная воля эквивалентна знанию, а знание истины растет по мере приближения к Истине, то есть к Богу, то рост духовности, согласно христианской антропологии, должен способствовать повышению познавательных способностей человека и свободной воли субъекта истории.
Наконец, важным положением христианской антропологии явилась идея единства человечества. Евреи были единственным древним народом, который возводил свою историю к единому предку – Аврааму, а через него – к Адаму. Более того, это предание, столетиями передававшееся из поколения в поколение, с XIII в. до Р. Х., после освобождения из египетского плена было письменно оформлено Моисеем в первых пяти книгах Ветхого Завета. В христианстве идея национального единства трансформировалась в идею единства кровного родства всего человечества. Святой апостол Павел, проповедуя эллинам в Ареопаге, указывал на единство человечества как на одно из важнейших положений христианской веры: От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив преопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас…[273]
Афиняне! По всему вижу я, что вы как-бы особенно набожны; Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам:
Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворных храмах живет И не требует служения рук человеческих, как-бы имеющий в чем-либо нужду, Сам дая всему жизнь и дыхание и все…
…Итак мы, будучи родом Божиим, не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого.
Во-вторых, апостол проповедует эллинам новую христианскую антропологию, учение о человеке как образе Божьем, о генетическом единстве всех людей и о зависимости человека от Бога:
От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, Дабы они не искали Бога, не ощутят ли Его, и не найдут ли, хотя Он и не далеко от каждого из нас: Ибо мы Им живем и движемся и существуем, как е некоторые из ваших стихотворцев говорили «мы Его и род».
Наконец, третий момент речи Павла касался учению о покаянии, втором Пришествии Христа и воскресении мертвых:
Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться; Ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых. (Деяния, 17, 22–31).
Более того, христианство самим фактом своего существования способствовало распространению идеи единства человечества. Ведь, возникнув на Востоке, в Палестине, христианство становится по преимуществу религией Запада и тем самым объединяет мировой исторический процесс в единое целое. Неся весть о Христе всем народам, уча все народы Слову Божьему, согласно последней заповеди Христа, первые христиане несли во все концы мира Его учение, объединяя тем самым представителей разных народов.
Одним из центральных постулатов христианства является также мысль об онтологической поврежденности человеческой природы вследствие грехопадения и разобщенности всех составляющих элементов человека: тела, души и духа. Вследствие этого основная задача Мессии, Искупителя понимается как восстановление связи между человеком и Богом, утраченной Адамом и Евой вследствие грехопадения, восстановление первоначального образа Божьего в человеке. Грех – вот то, что разделяло долгие годы Творца и его творение и препятствовало восстановлению этой связи. Греховность человека не позволяла самостоятельными усилиями закрыть зияющую пропасть. Лишь только одно Божественное вмешательство могло помочь делу. Восстановить связь мог только Господь через прощение всех грехов человечества. Но прощение не могло произойти само по себе. Должен был быть кто-то, кто бы искупил грех. Этим кем-то и стал Иисус (с евр. «Йешуа» – Спаситель) Христос (с греч. «помазанник») – Сын Божий, онтологически соединивший в Себе Самом Божественную и человеческую природу.
Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения[274].
Бог из-за огромной любви к человечеству решил пожертвовать жизнью своего единственного Сына для решения стоящей задачи. В Евангелии
