Читаем без скачивания Восточный круиз - Владимир Синельников

– Это было бы неплохо, – согласился я. – Вот только еще кто бы определил: когда он будет врать, а когда скажет правду…

– Предоставь это мне, – хмыкнула джинна. – Я как-нибудь разберусь в откровениях этой мрази.

В первом же помещении, где все смогли более или менее свободно разместиться, я объявил привал. Ли извлекла из котомки вяленое мясо, хлеб, вино, и мы приступили к завтраку при мерцающем свете «живых огней».

Садхи примостился чуть в стороне, глядя на нас жадными глазами. Этот мерзавец не ожидал, что столько времени придется провести под землей, и не захватил с собой ничего из еды. Мириам подмигнула мне, сигнализируя, что клиент дозрел, и я, захватив кусок лепешки с ломтем мяса, присел рядом с проводником.

– Держи, – протянул я ему этот бутерброд, и Садхи с жадностью впился в него зубами.

– Интересно, откуда ты знаешь дорогу в эти места? – продолжил я, подождав, пока он утолит первый голод. – Или все не так страшно на самом деле, как ты пытался нам обрисовать?

– Мы все там погибнем, – убежденно произнес с набитым ртом проводник.

– Это я уже слышал, – поморщился я. – Ты лучше расскажи, почему так в этом уверен.

– Туда спускались пятеро магов, – сообщил Садхи, – а вернулся только один.

– И этот маг рассказал именно тебе о том, что случилось? Не смеши меня.

– Он ничего мне не рассказывал…

– Тогда откуда же ты так прекрасно осведомлен об этом?

– Мага нашел мой отец, – взглянул на меня Садхи. – Он тогда был молодым и ничего не боялся.

– И на досуге гулял по подземельям?

– Он не гулял, – возразил проводник, – а искал.

– Что?

– В городе до сих пор ходит легенда, что не все золото удалось вытащить на поверхность…

– Что-то не верится, чтобы золото оставили в подземелье, – недоверчиво произнес я. – Скорее уж оно закончилось, и выработки забросили…

– А вот и нет, – помотал головой проводник. – Золота там осталось еще столько, что можно скупить полмира… только добраться до него никому еще не удалось.

– И не пытались?

– Пытались, – вздохнул Садхи. – Не один десяток храбрецов спускался туда, откуда в ужасе бежали уцелевшие рудокопы, но ни один из них не вернулся.

– А маги зачем туда полезли?

– Ты думаешь, им не нужно золото? – посмотрел на меня, как на слабоумного, проводник.

– И что тебе рассказал отец? – Я вернулся к прерванному рассказу.

– Он тоже искал золото и однажды наткнулся на израненного человека, лежавшего в одной из выработок. Отец вытащил его на поверхность, но оказалось зря. Незнакомец умер, не приходя в сознание.

– И что?

– У него оказалась карта, которую отец забрал себе…

– И что было на этой карте?

– Дорога вниз.

– У тебя эта карта с собой?

– Откуда? – хмыкнул Садхи. – Я ее всего лишь раз и видел, а потом отец пошел туда и пропал…

– И ты запомнил с одного раза дорогу?

– У меня очень хорошая память, – похвалился про­водник. – Иначе я бы давно сдох, заблудившись в этих лабиринтах.

– Так поделись информацией, – предложил я.

– И вы меня отпустите? – с надеждой поглядел на меня Садхи.

– Если не соврешь, может, и отпустим…

– Надо все время держаться левого прохода, – про­водник махнул рукой в сторону раздваивающегося коридора. – Через два перекрестка будет небольшой зал, до которого добрались маги. А оттуда по третьей справа выработке можно спуститься на нижний горизонт, где осталось золото…

– Если маги не смогли спуститься ниже, то как же ты знаешь дорогу дальше?

– Я же говорю, у них была карта.

– А с нижнего горизонта как пройти к дворцу?

– Разве вам нужно не золото? – изумленно уставился на меня Садхи.

– Золото, – заверил я его, – но запасной выход никогда не помешает.

– Там будет большая пещера с озером, дно которого усыпано золотом, а за озером должен быть ход наверх.

– Ну все, привал окончен, – объявил я. – Идем дальше.

– А я? – с надеждой спросил Садхи.

– И ты тоже, – кивнул я.

– Но вы же обещали отпустить меня, – возмущенно заорал проводник.

– Мы должны убедиться, что ты не соврал, – я успокаивающе похлопал его по плечу. – Проводишь нас до зала магов и, если все совпадет, можешь идти на все четыре стороны…

Садхи, бормоча проклятия, поднялся и, подгоняемый Бесом, занял место во главе нашего отряда. Путь оказался неожиданно коротким. Набор проклятий проводника еще не успел закончиться, как мы неожиданно вышли в небольшой рукотворный зал, из которого дальше вниз вел десяток темных ходов. Я поднял свой шар с «живым огнем», чтобы получше рассмотреть открывшееся помещение. Садхи не соврал. От столкнувшихся здесь с чем-то непонятным магов остались лишь клочья одежды да разбросанные по всему залу кости.

– Вот, – Садхи стремительно нагнулся и что-то выхватил из царящего хаоса под ногами, – я не соврал!

В его вскинутой руке был зажат обломок посоха, в навершии которого сверкал и переливался на свету драгоценный камень золотистого цвета.

– Похоже, да, – согласился я, поворошив ногой смертный мусор. – С чем же столкнулись маги?

На мой вопрос последовал немедленный ответ. Пахнуло непереносимым смрадом, и из проходов впереди начали появляться существа, чем-то напоминающие гиен моего мира. Вот только здешние гиены были абсолютно без шерсти и величиной челюстей могли бы поспорить с саблезубыми тиграми.

– Гули! – выдохнула с ужасом Мириам.

А следом все смешалось в беспорядочной свалке. Существа нападали в абсолютном молчании, даже шагов их не было слышно. В воздухе раздавались лишь хриплые выдохи моих друзей, хруст ломающихся костей, шлепки мощных ударов и верещание нашего проводника, оказавшегося где-то под грудой навалившихся на нас тел. Нападение было до того неожиданным и стремительным, что даже ифрит не успел выпустить огненные клинки из своих ладоней и размеренно месил кулаками рвавшиеся к горлу кошмарные порождения тьмы. Я бил и колол вырастающие перед глазами оскаленные морды, но им не было конца. Нунчаки стали скользкими от крови, кинжал тоже и все норовил выскользнуть из рук. Справа от меня придушенно рычала Мириам, полосуя когтями нападавших. Слева работала в паре с Бесом Ли. Моего трусоватого голема было не узнать. Его рога разили молниями, после которых твари взрывались фонтанами черной крови вперемешку со зловонными внутренностями. Внезапно ифрит яростно взревел, и на нас дохнуло нестерпимой волной жара. На том месте, где он держал свой участок обороны, вспыхнул, закручиваясь в тугую струю, огненный смерч, который прокатился по нападавшим и ударил в противоположную стену. Языки пламени ввинтились в темнеющие проходы, откуда лезла, казалось, нескончаемая орда гулей, и в зале наступила тишина.