Девушки вскочили с земли, и негодующим взглядом уставились на женщину, посмевшую ударить беззащитного ребёнка.
— Вы что себе позволяете!? — воскликнула Минни. — Он просто рассказывал нам сказку, и всё!
— У него может случиться психологическая травма — хотите, чтобы мальчик на всю жизнь остался заикой?! — поддержала сестру Гро.
— Извольте представиться, юные леди! — ледяным тоном попросила женщина. — Что-то я не припомню, чтобы к нам в Дарквилль являлись вот так — безо всякого уважения к нашей культуре и правилам поведения! В противном случае, вы были бы уведомлены о том, что взрослым жещинам запрещено садиться на корточки в присутствии мужчин и детей. И уж тем более запрещено, — ядовито «процедила» она. — Носить в черте города брюки, джинсы и всё, что, так или иначе, позорит женскую честь. В том числе, и открытые волосы.
После столь подробного разъяснения здешних «правил поведения», женщина вновь обратила своё внимание на бедного «мистера Эндрюса» — бесцеремонно взяв того за ухо, и преспокойно отведя его на «безопасное» с её точки зрения расстояние от этих «развратных девок», как успели услышать сёстры. По пути жуткая дама пообещала мальчику: «Сегодня вечером, и завтра — останешься без ужина, ясно?!». Минни хотела было пойти за дамой и высказать той всё, что она думает о подобных методах воспитания, но Грослин удержала её за руку. «Пойдём лучше отсюда, — сказала она. — Видно, здесь все немного — не в своём уме». Минни возмутилась, однако сестра была права — в этом месте даже люди были такими же серыми и холодными, как и окружающая их повседневность. Не стоило лишний раз «лезть на рожон», чтобы не нажить себе ещё кучу каких-нибудь неприятностей. Что в этом месте, очевидно, легко было сделать не знающему местных законов приезжему человеку. Что интересно — ни одна из сидящих на скамейках женщин не вступилась за ребёнка. Они просто продолжали делать вид, что ничего не происходит.
Впрочем, кое-что изменилось — остальные ребята вмиг «испарились», испугавшись гнева своих собственных мамочек. Теперь они молча сидели рядом с ними на заснеженных скамьях, и только изредка взглядывали на странных леди, решивших дать отпор самой миссис Хлор — учительнице школы-пансионата для мальчиков. А это было доселе невиданной штукой! Потому что никто, никто в целом мире не мог и слова поперёк сказать их строгой, но справедливой учительнице, свято блюдущей законы Дарквилля по части воспитания подрастающего поколения.
Что же до мамаш, то те просто смотрели на двух девушек глазами, полными осуждения и презрения — скорее к их поведению и одежде, нежели к ним самим. Для них было абсолютно неперевариваемым фактом то, что женщина может ходить по улице (да ещё и в зимний период) — без чепца. А на ногах носить не только мужскую обувь, но и предмет интимного гардероба, призванного коренным образом отличать пол мужчины от пола женщины — брюки! Подумать только, какое страшное это слово для любой, кто только собирается замуж или уже давно пережил этот волнительный период. Брюки! В целом, их пуританское воспитание не давало им возможности для сколько-нибудь свободной фантазии, а потому всё, что выходило за рамки так называемого «приличного» — вызывало в их сердцах и душах голимый ужас. И ничего более.
Отметив про себя, что на этой площади как раз находится бар «Весёлый костыль», тихо притаившийся между парочкой серых подъездов жилых домов — сёстры Кроу вновь отправились на поиски гостиницы «Славный моряк», где, судя по всему, давно должна была поджидать их младшая сестра. Если только она сама смогла найти данное место, не угодив при этом в ещё одно уголовное дело. Миновав площадь, девушки попали на одну из длинных узких улочек, в конце которой возвышалось здание школы. Собственно, это не был «пансионат» в полном смысле слова, но высокое здание, напоминающее старинный замок, действительно было разделено на две части. В одной из них велись обычные занятия для смешанных групп детей, в другой же — жили и учились исключительно мальчики, постигающие азы военного дела, чьи родители избрали судьбой своих сыновей — вечную защиту Дарквилля от возможного вторжения. Табличка, висящая над широким парадным входом, гласила: «Средняя образовательная школа имени Чарльза Реквилла. Основана в 1963 году». Ниже помещалось массивное каменное табло, на котором было выгравирано следующее послание: «Сыны Дарквилля — честь и хвала Вам, возлагающим на свои плечи непосильный труд! Ваша храбрость, сила и ответственность помогут выстоять нашему городу в самые чёрные дни. Навечно. Чарльз Реквилл».
— Мда, «радостная» табличка осталась тут со времён Второй Мировой. — Мрачно заключила Минни.
— Как и люди. — Столь же мрачно отозвалась Гро.
Школа была сплошь оплетена плющом, который, несмотря на мороз, чувствовал себя прекрасно и оставался всё такого же ярко-зелёного цвета, каким и был в летнее время. От улицы её отделяли небольшие железные ворота, которые, в данный момент были открыты, так как уроки в здании ещё не закончились, а дети выбежали погулять на время «большой перемены».
Рядом со школой имелся маленький перекрёсток, представляющий собой деревянный столб, с прикрученными к верхушке четырьмя тёмно-зелёными указателями. На табличках белыми буквами указывалось четыре направления: «Школа», упирающаяся непосредственно в саму себя; «Площадь», табличка вела за спины девушек — туда, откуда они пришли; «Славный моряк. Гостиница» — стрелка, указывающая направо; и, наконец, «Кладбище» — стрелка вела в левую сторону — на запад.
Сёстры проследовали в указанном направлении, и вскоре оказались у славного каменного здания, на углу которого горела неоновая вывеска с названием. Голубой свет неона вселял надежду, что держатели этого заведения — люди, более или менее, но нормальные. А значит, вполне можно было рассчитывать на завтрак или, в крайнем случае, наличие бара или буфета. Короче, этот трёхэтажный дом показался девушкам единственным, кроме магазина электроники, современным зданием во всём городке.
Войдя в фойе, сёстры сразу увидели Синайю — та сидела за крохотным журнальным столиком у окна, в розовом плюшевом кресле и лениво перелистывала лежащий на коленях «Эсквайр». Когда девушки вошли, брюнетка оторвалась от бессмысленного созерцания страниц и улыбнулась, помахав перебинтованной рукой.
— Я думала, вы окончательно запутались в местном «лабиринте». — Радостно сообщила она.
— Ага, кружили битый час, пока на площадь не вышли, — подтвердила Грослин. — Ладно хоть, до этой чёртовой школы добрались. Давно сидишь? — просто поинтересовалась она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
