Читаем без скачивания Люди и Нелюди - Виктор Костин

На географии, вернее, перед ней отдал Бригиде еще флакон. Улыбается: «Хорошее у тебя лекарство», я киваю, подтверждая. Потом уже в столовой подошел Толини Хоникер, сказал: «Спасибо, выручил».

У него все получилось, тоже неплохо помогло, видно мое лекарство его ненаглядной.

Немного поговорили уже по-мужски, я сел с ним отдельно, вроде по делу. Мои обиделись сначала, но потом, вроде, ничего, простили. Сказали: – Нам посекретничать, а ты надоел уже нам.

Я понял что шутка, отошел.

Толини Хоникер поделился: – Как трудно, когда вот заработки слабые.

Он помогает в лавке на рынке кому-то. Вечерами на рынке торгуют разными хозяйственными предметами. Он то грузит, то ремонтирует. Правда в последнее время, вроде, лошадей мало что-то становится, со сбруй для лошадей переходят на запчасти к паровичкам, пока мало берут, да и дорого они стоят, но хозяин лавки говорит, что это перспективно. Толини Хоникер мне предложил поучаствовать, надо вложиться, правда, пару-тройку сотен, и за месяц-два можно десять-двадцать злотов получить прироста. Я поцокал языком, сказал, подумаю. Да, за 20 злотов за два месяца – это да, бизнес супервыгодный, я обязательно подумаю над этим предложением. Ничего Толини говорить не стал больше по семейным отношениям. Он предупредил, что не надо давать на шею садиться, а то потом будешь бегать за ними везде и еще и виноват будешь во всем. Я только поподдакивал, соглашаясь.

– Что, уже заездили?

– Да вон, – говорю, – сидят, планы мести мне готовят.

Он поглядел: – Да, эти могут.

Спрашивает: – Нелегко, когда невеста богаче?

– Да ничего, – говорю. Я похмыкал, вспоминая: – Я не поддаюсь.

Он: – Да, это хорошо.

Я спросил, не хочет взять себе кого из дворянок.

– Не знаю, пока держусь, но родители обещали простить, если возьму еще и дворянку. Не знаю даже, и жалко мою любовь, и знаешь, как тяжело с заработками.

Я сказал: – Понимаю тебя. – На том и расстались.

Натали Сергеевна проверила домашнюю мою. Сказала только: «Семь за грязь» и вызвала к доске, поставила 9, итого общая 8 пошла в журнал. «– Старайся, Витоли», сказал: «Обязательно буду» и сел довольный. Мы друг друга поняли, хотя для всего класса это был разговор об уроках и не более.

Пришел домой, пока готовят есть, делаю два флакона. Потом обед, и иду к Кастело поговорить о договоре и пузырьки, скажем, спросить, а то, хоть и есть запас, но подвигаются они что-то.

У Кастело проговорили долго, он обрадовался, что договор будет. Потому как без договора, если мать Валери упрется, он, скажем, побаивается. Он намекнул:

– Понимаешь, почему не порвал с аудиторской компанией? – Я кивнул. – Вот и по этой причине и не хочу чужих, потому как дела, сам знаешь, не всегда чистые бывают.

Таможня свое возьмет – и что тогда, прироста никакого, вот и крутись здесь, в столице, как хочешь. Имеется в виду заработок хороший, но и расходы, сам понимаешь, тоже столичные. В твоей аптеке, где ты живешь, и за 50 злотов девочка сидит, и не дворянка даже, а у меня только дворянки должны, а им стольник дай и еще премию выпиши за красивые глазки, а то улыбаться клиентам не будем. Вот такие дела, понимаешь, Витоли?

Я понимал.

– С разрешением, – он сказал, – все готово, только договор за тобой. – Спросил флаконы, сказал, завтра или послезавтра обещали. Он порадовался, на том и разошлись. Поехал домой, зашел в аптеку свою, сидит знакомая.

– Ой, а я вас жду-жду, вот, – показывает, – 20 флаконов, – и немного испуганно, – возьмете, а? А то много и срок большой на некоторых, – смотрит испуганно.

Кладу три серебряка: – Хватит?

– Да, да, спасибо, – обрадованно.

Забрал, иду домой.

Сложил у себя дома, пусть пока здесь еще много моих вещей. Пока ждал родителей, сделал еще один – а что без дела сидеть? Родители пришли, обняли, спросили, вроде как, и в шутку: – Как, новой жены не завел?

– Никого нет, – говорю. – Пока хватает, а там посмотрим. Может, вот сплаваю к этим, заведу себе энерджазинку, а, как думаете, они красивые, кстати. – Смеются, поняли, что шутка.

– Хорошо, как планы, почему в выходные не пришли? Мы ждали.

– Да как-то заняты были. – Рассказал, что Валери к матери ездила и что в договоре будет много чего интересного. Заинтересовались, проговорили часа два, правда без конкретики, просто по-домашнему.

Поэтому, когда вышел, то еще три серебряка, и я дома, там меня потеряли уже, поэтому пришлось повторно рассказывать, где был и что делал – все как всегда.

32.03.101 г. вторник

7 декада присутствия

Утро, два флакона, Валери, кофе, остывший понятно почему. Бужу уже сам поцелуями Марти, и мы продолжаем. Кстати, я, чтобы не заморачивать Кастело возможными детьми, предложил Марти пить это, чай с тамилом – а что, вроде, безопасно, по крайней мере все пьют без последствий, поэтому никаких проблем сейчас не испытываю, а Видэл пусть сам себе сына делает, я ему не помощник в этом, как бы двусмысленно это ни звучало.

Школа, Бригида, флакон, просит на завтра два, тоже дело, раньше сядешь, раньше выйдешь, соглашаюсь.

После школы Валери с Марти пошли к Кастело в аптеку. Валери – работать, а Марти составила ей компанию.

Я остался дома, мне работать надо, сказал.

Дали наказ не перетруждаться, я это и делаю. Два делаю, нормально, отдыхаю, два часа, пусть полтора – еще два флакона, все, хорош. Пошел полежать, будят, уже пришли.

– Соня, пошли ужинать. Ну как обычно, правда, я краем уха уже слышал, что они между собой соней меня зовут, и я не развеиваю эти слухи, а вот даже всячески поддерживаю.

Как же устал что-то я.

33.03.101 г. Среда

7 декада присутствия

Утро – два флакона, Валери, очень хорошо. Она тоже в халате, поэтому все посмотрели, пощупал, где хотел, и погладил, предлагала туда, отказался к обоюдному неудовольствию. Удовольствие потом все же ей доставил, но только магически, а что делать, скорей бы договор, а то я и не сдержусь так долго.

Пришлось даже сполоснуться, когда шел наверх. Все же запах, а Марти – девушка чувствительная у нас. Дальше – продолжение с Марти, оторвался по полной, чуть не назвал Валери. Да что такое со мной сегодня, но, пока нормально, вовремя одумался. Потом даже поспал полчаса.

Разбудили уже нас вдвоем, встал, пошел купаться. Зашла Марти, потерла спину и быстро ушла – уже прогресс, хоть такой. За столом потом правда сильно смущалась, а Валери прыскала от смеха на это.

Она ей: – Ну да, тебе бы такое зрелище.

В общем я вовремя обратил все в шутку, а то кто их, этих девушек, знает, еще поскандалят.

С флаконами пролетел, некогда да и устал что-то. Пришел, Бригида уже ждет, отдал ей два. Сказала, итого девять осталось, кивнул, соглашаясь, убежала, смешная, счастливая.

После уроков остался на собрание, что суть только итоги и все. Потом мои девушки убежали сами работать к Кастело. Как замечательно я их пристроил, главное, работает одна, а пристроены вроде как обе.

Сам остался – как же Натали да и я тоже соскучились. Сначала просто обнимались, потом целовались, потом… Потом это было нечто, как какое-то безумие. Просто уже не за кафедрой, а перешли в угол класса. Мало ли что от окна и прочее, а мы как дети на подиуме развлекаемся. Потом просто сидели и не могли никак наговориться. Рассказать все друг другу, что хотелось.

Натали Сергеевна пожаловалась, что выпила один флакон, сказал, завтра принесу еще, она только кивнула. Денег не предлагала, да я и не взял бы, не те у нас с ней отношения. Пришел домой, искупался, это надо.

Пошел за своими работницами. В аптеке ко мне с претензиями: – Почему не забрал, не надо больше?

О, а я и забыл, пообещал печенье за забывчивость. Простили, сказали, уже четыре упаковки, поблагодарил: – Хорошо, спасибо, заберу.

Зашел к Кастело, Марти не было, она ушла к матери, Валери в углу сидела, ей специально поставили отдельный столик. Работала, вся в отчетах, только макушку, голову видно за бумагами. Поднялась, улыбнулась мне, я махнул, села, работает ее и не видно за бумагами. Я показал, что взял на кассе, потом молча вытащил упаковку, Кастело так же молча положил кошель.

Посидели, попили кофе.

Он спросил – о погоде говорить.

– Нет, не надо, я все понял, я пойду. – Кивнул. Обещал отпустить Валери к семи раньше не может: дел много, сам видишь, – я тоже кивнул, соглашаясь, и ушел.

Да, вот дела, рядом в лавку, благо совсем недалеко, купил печенье. Принес извинения, долго отнекивалась, потом взяла, спасибо. Ушел, пока все долги раздал. Пришел домой, пока никого нет, два флакона и решил помедитировать, вроде, получается что-то, но пришли мои работницы и не дали дальше сосредотачиваться, потащили на ужин. Потом Марти и сон, каюсь, немного помог уснуть, устал я что-то сегодня.

Дальнейшая неделя прошла в трудах. Марти с Валери трудились у Кастело, разгребая завалы отчетов. Я не покладая не знаю чего, головы, наверное, делал флаконы, в результате отдал две упаковки Кастело и получил 144 злотов, он не спрашивает про отдачу половины в семью уже, видно, Марти рассказала про семейный банк. Она у меня спрашивала, я разрешил сказать, пусть похвастается.