подключить к нашим операциям по взятию под контроль НПЗ, алюминиевого комбината и других «вкусных» объектов. Старый упырь деньги любит, и, почуяв «ветер перемен» с удовольствием поможет за солидный бакшиш. Понятно, что с ним нужно держать ухо востро. Подставит и глазом не моргнёт. Не исключен вариант, что попробует собрать компромат и выпотрошить бывшего уголовника и «богатого кооператора» под угрозой тюрьмы, расправы или другой провокации. Может через своих подопечных, сделать из меня антисоветчика и шпиона, чтобы заставить раскошелиться. Вариантов масса. Значит нужно продумать контрмеры и защитные комбинации, чтобы старый козел, лишний раз и косой взгляд кинуть опасался. Прежде всего поработать со своими людьми и исключить возможность вербовки ближнего окружения, а потом, если Бобков дернется, заманить его в ловушку. Он в тысячи раз профессиональнее меня, а наши возможности даже сравнивать глупо. Но у меня есть два небольших преимущества. Первое, с началом кооперативного движения Политбюро даст негласный приказ МВД и КГБ не трогать коммерсантов, не давить проверками, расследованиями и вообще не лезть в их дела. Это можно будет использовать. Тем более, к тому времени, истошный вой СМИ о преступлениях партократов и «кровавой гэбни» станет массированным и начнёт звучать на весь Союз, формируя общественное мнение.
Второе преимущество состоит в том, что Бобков, таких как я серьезно не воспринимает. Значит, будет действовать стандартно, не опасаясь контригры. И на этом его можно серьезно подловить.
Если бы не необходимость, спасти людей в Спитаке, сто раз бы подумал, стоит ли связываться с этим высокопоставленным оборотнем. Но идти с ним на контакт придётся. Никакое бабло не заменит сотни тысяч спасенных жизней нормальных людей. А Бобков достаточно беспринципен, чтобы организовать мне выезды в Европу и США под крышей КГБ. Конечно, рано или поздно у блатных возникнут вопросы. Могут последовать предъявы. Но мне, честно говоря, на них плевать. И татуировки на пальцах, как только стану кооператором постараюсь свести. Новые времена наступают, и им надо соответствовать. Да и мне постоянное общение с уголовниками порядком надоело. К сожалению, по-другому бизнес в СССР сейчас вести не получится. Он полностью незаконен, контролируется бандитами и цеховиками, что часто почти одно и то же. Но как только по-настоящему запустится кооперативное движение, имел я в хвост и гриву эти стрелки, терки и уголовные морды. За исключением самых важных контактов типа Тенгиза. С такими придется встречаться лично. Остальных воров, гангстеров и прочих «джентльменов удачи», замкну на службу безопасности в лице Сереги и его подчиненных, настоящих и будущих. Пусть ездят на разборки, участвуют в терках и стрелках. А я постараюсь себя любимого максимально оградить от радости общения с уголовным быдлом. Распределю обязанности в команде, делегирую большую часть своих полномочий условным учредителям: Ашоту, Сане и Олегу, а сам сосредоточусь на стратегическом планировании и управлении проектами и предприятиями. Планов громадье с учетом послезнания. Недаром много времени в прошлой жизни посвящал изучению истории бизнеса и маркетинга, анализу развития рынков и наиболее перспективных отраслей экономики. Так что я знаю, куда, сколько и как вкладывать, чтобы получить фантастические прибыли. Правда нужно не зарываться и помнить, что дорога в ад вымощена исключительно благими намерениями. Но, увы, другого пути, к сожалению нет».
Глава 28
— Парни, вы все поняли?
— Всё, не волнуйся, Миша, с Германом договоримся. Он не откажется, уверен, — заверил Сергей.
Денис кивнул, подтверждая слова приятеля.
— Отлично. Тогда прямо сейчас поедем покупать билеты на завтрашний рейс в Ленинград, чтобы не терять времени. Тем более, мне с Ашотом тоже нужно лететь в Москву, — подвел итог я.
— В аэропорту проблемы могут быть, — отметил опер. — Билетов в Москву и Ленинград, может не быть в наличии. Туда много людей летает. Надо через знакомых доставать.
— И что ты предлагаешь? — поинтересовался я. — К Вардану Оганесовичу обратиться или твоему деду позвонить? Они, конечно, эту проблему решат быстро. Но стоит ли по мелочному вопросу таких людей беспокоить?
— Не стоит, — вмешался Ашот, опередив опера. — У каждой кассы здесь спекулянты ошиваются, да. На популярные спектакли, авиарейсы в большие города, билеты только у них можно купить. Но общаться с этой публикой надо в самом крайнем случае, да. Они делятся деньгами с ментами и не только, иначе бы работать не дали. Мы сделаем проще. Вазгена все большие люди знают и уважают, да. Он — знаменитость — чемпион по классической борьбе. Первенство республики выигрывал, призовые места на Олимпиаде занимал. Он попросит, никто не откажет. Билеты прямо к дому привезут, да.
— Неужто прямо к дому? — иронично усмехнулся я.
— Точно тебе говорю, да, — в голосе товарища проскользнули обиженные нотки. — Сам увидишь. Сейчас договорим, и я прямо к нему пойду. И Гурама с собой захвачу, вдвоем убедительнее будет. Может, придется немного переплатить, зато у спекулянтов не засветимся.
— Хорошо, так и сделаем. Если можно, забронируйте для нас четыре билета. Для ребят — два в Ленинград, а мы с тобой в Москву полетим, как договаривались.
— Гурам хотел с нами, весь мозг мне выел, да, — угрюмо буркнул Ашот.
— Пусть проводит до аэропорта, а дальше мы сами. Ты же ему сто раз уже объяснил. Через несколько часов будем в Москве. В самолете с нами ничего не произойдет, а если и случится какое-то ЧП, то Гурам точно ничем не поможет. К чему такая опека?
— Я тоже так считаю, да, — согласился компаньон. — Но ему приказали, быть рядом со мною. Пришлось домой звонить, и разрешения спрашивать. Дед, конечно, согласился, но со скрипом, узнав, что ты будешь со мной. Гурам все равно не отцепится, пока на самолет не посадит. Дед ещё хотел дядю Баграма на «ниве» нас встречать отправить, но я отказался. Сказал, сами на такси доберемся, да.
— Годится, — одобрил я. — Так и сделаем.
После секундной паузы, продолжил:
— Теперь подведем итог. Вова и Олег остаются в Кировакане с братьями. Ждут, когда с нами рассчитаются и забирают деньги. Сергей и Денис летят разговаривать с Германом о совместной
