развлечений, а не военная база или секретный научный центр…
— Логично… — сказал Сварог. — Молодец.
Так… Цветная фотография, аккуратный рядок из пяти отпечатков пальцев, строчка из букв вперемежку с цифрами. Что ж, здешняя полиция явно не так благодушна, какой кажется. По этому документику человека можно опознать безошибочно, соверши он преступление и оставь отпечатки пальцев. Загадочных букв и цифр — две строчки, похоже, чертов ящик, кроме радужки, срисовал еще какие-то уникальные параметры, только им с Яной присущие. Интересно, что бы это могло быть?
— Слушай, — сказал он, — сдается мне, этот чертов ящик все данные о приезжих старательно копит. И он сложнее, чем кажется… Что-то не тянет оставлять здесь такие данные о нас…
— Это тоже простенькая проблема, — заверила Яна. — Когда будем уезжать, я этому ящику изничтожу все нутро — и никто снаружи ничего не заметит.
Они отхлебнули еще кофе, закурили (женщины здесь, почти сразу подмечено, курили открыто, а зажигалки принес официант).
— И еще… — сказал Сварог и тут же замолчал.
Один из двух свободных столиков жалобно скрипнул — на него плюхнулась совершенно незнакомая дама, определенно подвыпившая. Жизнерадостно воскликнула:
— Молодые люди, не будете против, если я составлю вам компанию? Что-то не похоже, чтобы вам было весело…
— Извольте, далерия… — вежливо сказал Сварог.
— Далеретта, — с некоторой грустью, как показалось Сварогу, поправила она. — Далеретта Кабиния Датек, из столицы… столичная штучка, ха!
Тут уж ничего не оставалось, как назвать свои вымышленные имена и сказать, из какой они провинции.
— Ничего страшного, — сказала далеретта Кабиния, делая какие-то знаки официанту. — Я, в отличие от многих, ничуть не склонна считать вашу провинцию и ее жителей тем, что представляют юмористы. Я, надобно вам знать, сама из провинции, правда, из Лотшалка, это поближе к столице, но все равно глухая провинция. О нас тоже распускали много анекдотов и шуток — ну, эти напыщенные столичные снобы… — и добавила мстительно: — Зато и мы о столичных жителях давным-давно сочинили массу шуток и анекдотов. У вас, наверное, тоже?
— Конечно, — сказал Сварог. (На Таларе обстояло примерно так же: столица и большие города вышучивали отдаленные провинции, а те не оставались в долгу).
И, коли уж пришлось к случаю, рассказал старый гартвейнский анекдот о том, как коренной житель Равены попал в деревню и впервые в жизни увидел корову. Кабиния хохотала искренне, совершенно по-крестьянски, без тени жеманного светского хихиканья. Сварог попытался определить, кто же она такая. Лет сорока с лишним, с крашеными под блондинку волосами, золота на ней навешано раз в пять больше, чем на Яне, и камни гораздо крупнее. Тем не менее оставалось неуловимое ощущение если не вульгарности, то некоторой простоты. Платье такого же фасона, как на Яне, но материя другая, такое впечатление, подороже — незнакомая золотистая ткань, переливающаяся при каждом движении. Сварогу она ужасно напоминала продавщицу из советского универмага, решившую в отпуске посетить местечко пошикарнее, где бывает «общество». Преуспевающая лавочница? Сорвала куш в лотерею? (Он уже знал, всевозможных лотерей, в том числе и моментальных, здесь поменьше, чем в Равене, но все же немало). Впрочем, с тем же успехом она могла оказаться и эксцентричной миллионершей, решившей «выбраться в народ», как порой они с Яной на Таларе. На Таларе тоже, кстати, немало пусть не миллионерш, но изрядно разбогатевших купчих, выбившихся в люди из провинции, но на всю жизнь сохранивших ту самую простоту манер, — одни старательно пытаются ее изжить, просочиться в свет, а вот другие, наоборот, даже бравируют прошлым. Возможно, очаровательная девочка из провинции ухитрилась выскочить замуж за богача — и такое случается. Толстухой ее, конечно, не назовешь, но некоторая, как бы поделикатнее, приятная полнота присутствует. В юности она явно была красоточкой, да и сейчас ничего — для кого-нибудь постарше Сварога, что греха таить, чуточку избалованного доступными и придворными красотками и проказницами из Королевского Балета…
Официант принес недопитую Кабинией чашку кофе — и черную бутылку с яркой этикеткой. Поставил перед каждым чашечки из красного с белыми прожилками стекла.
— Не откажетесь со мной выпить за приятное знакомство? — спросила Кабиния, не дожидаясь их согласия, наполнила чашки напитком светло-кофейного цвета. — Еще не пробовали? В таком случае стоит попробовать. Здешний знаменитый кофейный ликер, только здесь и производят, почти не вывозят.
Выпили. Ликер Сварогу и в самом деле понравился — прихватить, что ли, с собой домой парочку бутылок? Он осторожно спросил:
— Приехали поиграть, далеретта Кабиния?
— Вот уж нет! — энергично возразила она. — Я, кстати, второго мужа вытурила за то, что играл… ну, точнее, за то, что играть решительно не умел, но играл с утра до ночи. Сама я не играю и вам не советую. Есть такая пословица, хе-хе! Игорный дом — единственный вид разбоя, когда жертва сама приносит разбойникам денежки. Конечно, определенный процент должен идти на выигрыш, есть даже закон… но это касается в основном игральных автоматов — а вот за столами, где карты, кости, шарики и все прочее, с непременным участием крупье… Вот там вас в два счета обчистят до нитки. Потом, правда, благородно подарят бесплатные билеты домой, циники… В общем, не вздумайте, ребята, болтаться по игорным домам.
— Мы и не собирались, — сказал Сварог. — Вот только часа два, как приехали, совершенно не представляем, как развлечься с меньшей опасностью для кошелька…
— Да тут масса хороших мест! — сказала Кабиния. — Всевозможные представления, классом выше, чем примитивные «веселые танцы», цирк, театры, концерты. Говорят даже, что приехала Тарина Тареми (Сварог насторожился). Всякие аттракционы да много чего еще. Тут, за углом, есть автомат, продает путеводители, купите, не пожалеете. А знаете что? — похоже, ее внезапно осенило: — Давайте побродим по таким местам втроем, я вам многое покажу, я-то тут в третий раз, уже неделю, начала скучать, главным образом оттого, что нет приятной кампании. Подкатывались пару раз шустрые молодчики, но по виду и ухваткам — типичные жиголо, которых интересует только мой бумажник… А вы, мне кажется, вполне приличные молодые люди… Пожениться собираетесь?
— Довольно скоро, — сказал Сварог.
— И правильно. По-моему, вы друг другу подходите, — она фривольно подмигнула. — И наверняка успели точно в этом убедиться? Ну, не смущайтесь, дело житейское… — она грустно опустила уголки рта. — Мне бы тоже не помешал новый муж, какие мои годы… Но чертовски трудно бывает распознать охотников за денежками, я женщина неглупая, но вот в этом плане иногда бываю страшно доверчивой… У вас в городе, кстати, нет ли подходящего холостяка? Солидного, обстоятельного, понимающего жизнь? И чтобы вредных страстишек было не особенно много. Я на этом свете пожила,
