Ричард спрыгнул с коня. Он так сутулился, что казался горбатым. Пальцы рук чуть не касались земли.
— Я совсем не сплю, — сказал он. — Так тяжела дорога к трону.
— И залита кровью, — заметила фея Моргана.
— Я прошел ее ради Англии, ради моей страны, — торжественно произнес король. — Ни минуты отдыха, ни минуты покоя… Если бы не мои смелые решения, Англия полыхала бы в пламени гражданской войны. Мой брат Кларенс хотел поднять восстание против короны — мне пришлось пожертвовать любовью к нему ради государства…
— Не трать времени, Глостер, — перебила его фея Моргана. — Я знаю, что тебе пришлось убить короля Эдуарда и многих других… Тебе не удалось только убить племянников…
— Что? — Ричард даже отшатнулся. — Этого быть не может! Мой верный друг сам их задушил!
— Намерение убить — преступление не меньшее, чем само убийство. Послать убийцу к невинным детям — преступление худшее из всех возможных.
— Ты врешь, ведьма!
— Я не ведьма, мой маленький горбатенький герцог, — прошипела фея. Даже голос у нее изменился. — А ты — не король. Ты детоубийца, и я думаю, что смерть твоя наступит скоро.
— А я и ее убью, — пошутил король.
Но так пошутил, что если бы смерть услышала эти слова, наверное, она отошла бы подальше. С такими людьми, как Ричард Третий, король Англии, лучше не шутить.
— Твои племянники живы, подумай об этом, — сказала фея Моргана.
— Оставь, я верю Тайреллу. Он получит от меня принцессу.
— Принцессу ты присмотрел для себя. Но ради трона ты объявил ее самозванкой, а теперь не можешь на ней жениться. Вот и придумываешь глупости. А этот Тайрелл тебя уже ненавидит. И при первой же возможности предаст.
— Уйди, Моргана, — застонал король.
— И ты не достиг высшей власти, — продолжала фея, будто и не слышала слов Ричарда. — Ты временный король.
— Кто же настоящий, постоянный?
— Мне неведомо будущее, — ответила фея Моргана. — Но если бы держать пари, то я поставила бы на Генри Ричмонда.
— Он даже не присоединился к Бэкингему, — сказал король. — У него нет денег собрать армию. Его никто не поддерживает. И некому ведать его английскими союзниками.
— А королева Елизавета?
— Ты поглядела бы, в какой хибаре она ждет свадьбы своей дочери! Я ее унизил как хотел, и она лизала мне сапоги. Ты бы посмотрела на нее!
— А ты заглядывал в ее глаза? Ты видел ненависть в ее глазах?
— Еще чего не хватало!
— Тогда ты — счастливый дурак, — засмеялась фея Моргана.
— Завтра я уничтожу Бэкингема!
— Своего последнего друга…
— Я уничтожу Бэкингема, и у меня не останется соперников в стране.
— Верни мне посох Мерлина! Ты обещал!
— Ты в самом деле думаешь, что мальчишки могли сбежать? Значит, возле моего сердца затаились предатели?
— Вот именно!
— Если достанешь мне головы принцев… то есть щенков Елизаветы, бастардов, то получишь посох незамедлительно.
— Знаешь, почему я до сих пор не ушла от тебя? — спросила фея Моргана. — Не так уж мне нужен тот посох…
— Тебя удерживает ненависть к людям?
— Меня удерживает любопытство. Я еще не видела такого законченного негодяя. Хочу досмотреть до конца спектакль с твоим участием. Хотя представление получается довольно тоскливое.
— Тебе придется долго ждать.
— Не думаю.
— Принеси мне головы мальчишек, и я тебя озолочу!
— Только этого мне не хватало! — в сердцах откликнулась фея Моргана и мгновенно растворилась в воздухе. Она не уходила и не исчезала. Просто была и не стало.
Король еще долго стоял на берегу и глядел вдаль.
Иной бы решил, что Ричард думает. А он наблюдал за тем, как терпит бедствие корабль недалеко от берега, как его несет на скалы, как ни стараются спасти свое судно моряки.
Король ждал, когда корабль погибнет.
Когда погибнут моряки на нем.
И тогда ему станет хорошо.
Король дождался, когда корабль разбило о прибрежные скалы.
Он вскочил на коня и вернулся к свите.
Если бы он обернулся, то увидел бы на вершине полуразрушенной башни силуэт женской фигуры в монашеском одеянии.
Но король Ричард никогда не оборачивался.
На первом же привале он приказал вызвать сэра Тайрелла.
Он сам допрашивал близкого соратника до утра. Но Тайрелл знал самое главное правило: никогда не признавайся. Чистосердечное признание тебя погубит. Скажешь правду, лишишься головы.
Поэтому он стоял на своем: сам задушил мальчиков, а потом закопал тела под башней. И если нужно, то можно трупы откопать.
Эти слова немного успокоили короля.
Вряд ли Тайрелл стал бы так рисковать и врать столь нахально.
Но Тайрелл был игроком. Он думал, что королю долго на троне не продержаться. И не успеет он раскопать яму под башней, которую уже никто не называл Садовой — теперь она называлась Кровавой. Так эта башня называется и по сей день.
Ричард ускакал на запад. По пути его отряды захватывали замки подозрительных баронов — тех, кто был дружен с Бэкингемом и мог пойти с ним против короля.
Так продолжалось, пока не поймали самого Бэкингема и не отрубили ему красивую голову.
Глава двадцать пятая. Кошка едет в лес
Как-то августовским утром в хибару к королеве заявился жених Лиззи Тайрелл в красном камзоле и шутовских рейтузах — одна штанина синяя, другая красная. Так он представлял себе благородную одежду. В иное время Лиззи подняла бы его на смех, но тут всем было не до смеха.
— Скоро свадьба, — заявил Тайрелл с порога. — Не вижу приготовлений.
Королева и Лиззи испугались. Они так надеялись, что Тайрелл забудет о них.
А тот все время помнил о свадьбе. Казалось бы, если ты не веришь, что твой хозяин удержится на троне, зачем тебе эта невеста? Не для себя ведь женился! А по приказу.
Но Тайрелл знал, что Лиззи — настоящая принцесса, и думал, что если он станет мужем принцессы, а потом предаст Ричарда, то останется жив, здоров, богат, и к тому же его сделают герцогом.
Так что он заявился в хибару королевы в полном шутовском наряде, опоясанный длинным мечом, и изображал вежливость и благородство. А королева, стараясь не встречаться с ним взглядом, всерьез обсуждала будущую свадьбу, хотя Лиззи рядом не было.
— Да потерпи ты, девочка, — сказала Елизавета, когда Тайрелл наконец убрался. — Нам надо потерпеть еще немного. Нас освободят. Я каждую ночь тайно встречаюсь с разными людьми, лучшие люди королевства готовы прийти к нам на помощь. Но мы не можем так просто избавиться от узурпатора. Он очень сильный и хитрый человек. У него армия, он господин нашей страны. А ты, как маленькая девочка, дразнишь его цепного пса.
— Не могу терпеть! Не хочу!
— А меня беспокоит сейчас совсем другое, — сказала королева. — Если наши друзья победят, то сюда придет Генри Ричмонд.
— Мой Генри! Скорей бы он приходил!
— Он придет, чтобы стать королем, — сказала Елизавета.
— Вот и замечательно! — обрадовалась Лиззи. — А я стану королевой!
— Он, как и все, думает, что твои братья погибли.
— Мы напишем ему письмо, чтобы он поскорее приходил и помог вернуть корону брату Эдди.
Королева вздохнула.
— Лиззи, — сказала она. — Не бывает двух королей в одном королевстве. Мы должны выбирать.
— Ой! — Лиззи замолчала, прижала ладони к лицу, и Алиса увидела, как между пальцев на щеки принцессы выкатываются слезинки.
Девушка поняла, в какое положение они с мамой попали. Каким бы хорошим ни был Генри Ричмонд, но он поднимает восстание против Ричарда, чтобы самому стать королем. И его сторонники, бароны и рыцари, идут за ним как за будущим королем. А королева Елизавета даже не может сообщить ему, что мальчиков спасли и вытащили из Тауэра. Во-первых, об этом сразу узнает Ричард, и тогда над Эдди и маленьким Диком снова нависнет смертельная опасность. Во-вторых, Генри может поставить условие: «Или я, или Эдуард». Принцев спасли, но вроде бы их и нет.
— Объявить, что они живы, — тихо проговорила королева, — значит не только снова подвергнуть их смертельной опасности, но и расколоть Англию. Сейчас все поднимаются против Ричарда за Генри Ричмонда. А в ином случае народ расколется на сторонников Ричмонда и сторонников маленького короля. А выиграет от этого только Ричард. И тогда, Лиззи, — королева печально улыбнулась, — тебе уж наверняка придется идти замуж за этого негодяя Тайрелла.
— Лучше смерть!
— Может, всем нам лучше тогда умереть:
Королева подошла к клетке с голубями, что стояла на окне, и насыпала птицам зерна.
Алиса подумала: «Как странно — принцы исчезли, и никто, даже их собственная мать, не уверен, стоит ли им оживать и выходить из леса».
