— Докладываю о жесткой посадке вражеского титаноносца!
— Принято, сержант Филлип, — ответил Корвон по воксу. — Я как раз смотрю в его сторону.
Обожженная, темно-коричневая громада упавшего корабля возвышалась над немногими уцелевшими зданиями Эвритмии, поврежденная, но не разрушенная. Более легкие транспортники спускались к поверхности, и, хотя огненные стрелы всё так же пересекали задымленное небо, большинство из них теперь были нацелены сверху вниз. Противовоздушные установки Корвона погибали одна за другой. Просчитав в уме вероятные посадочные векторы кораблей противника, капитан открыл вокс-канал.
— Третий эшелон, выдвигайтесь на южную сторону округа Мнемзины. Предполагаю высадку основных сил. При огневом контакте, удерживайте позиции и ожидайте дальнейших распоряжений. Не наступать, иначе десант свалится прямо вам на головы!
Вокс защелкал сигналами подтверждения. Связь все ещё держалась, но скоро об этом придется забыть.
— Четвертый, седьмой и девятый взводы — за мной. Красс, выводи «Теневые мечи». Посмотрим, что там упало в центре, и, если в транспорте что-то уцелело, исправим эту недоработку.
— Теоретически, капитан, — провоксировал из командного танка лейтенант Апелл, — вы, как старший офицер, должны оставаться здесь, со мной.
— Практически, — ответил Корвон, — я хочу убить парочку ублюдков своими руками.
Возражений не последовало.
— Апелл, смени позицию вместе с оставшимися взводами. Ждите моих приказов.
— Есть, сэр.
Груды камня, оставшиеся от разрушенных зданий, словно ожили. Здесь ждала своего часа половина сил, бывших в распоряжении Корвона. Зарычали многотопливные двигатели, и «Лэндрейдер» Корвона, сдав назад, развернулся и выехал из укрытия, сопровождаемый несколькими взводами космодесантников. Следом за ними показались три сверхтяжелых танка в кобальтово-синей раскраске, их гусеницы перемалывали в пыль обломки домов и сдирали остатки дорожного покрытия.
Отряд Корвона вышел на битву.
Пешие космодесантники бежали в авангарде, и группа быстро продвигалась к центру города. Опустилась неприветливая тишина, символ кратких минут между последним орбитальным залпом и началом первого серьезного наземного наступления. Все больше и больше транспортников опускались на поверхность Астагара, вздымая клубы пыли.
— Я не понимаю этой тактики, — заметил сержант Красс из башни ведущего «Теневого Меча». — Они даже не пытаются сформировать устойчивые плацдармы, а просто валятся с неба как попало. Куда они дели свою выучку?
— Засунули туда же, куда и свою честь! — сообщил по воксу боевой брат Лигустин, специалист девятого взвода по плоским шуткам.
Корвона не менее сильно удивляла небрежность атакующих предателей. На пикт-передачах из первых посадочных зон были запечатлены Пожиратели Миров, выпрыгивающие из десантных капсул, не дожидаясь своих союзников, а обтрепанные подразделения Армии, вылезавшие из своих транспортов, больше напоминали толпу, радостно несущуюся на позиции лоялистов. Потери противника были высоки, что играло на руку Корвону, а его лейтенанты умело направляли резервы XIII Легиона и легких егерей в зоны, где предатели опасно превосходили числом защитников Астагара.
Корвону волей-неволей пришлось делегировать им эту часть стратегии, ему и так приходилось одновременно отслеживать ситуацию на поверхности и на орбите. А теперь ещё и возможное появление на сцене титанов…
Объем вокс-траффика рос с каждой секундой, пока, наконец, передачи не начали непрерывно следовать одна за другой и даже перекрываться. Капитан получал отчеты о потерях, о текущих позициях своих передвижных командных центров, о положении беженцев в бомбоубежищах. Корвон, конечно, хотел бы отсечь большинство сообщений, ограничившись частотами взводов рядом с ним, но его останавливала необходимость видеть общую картину. Постепенно визор капитана заполнился тактическими данными до такой степени, что зона видимости сократилась до узкой полосы, напоминающей смотровую щель в забрале древнего рыцаря. Глабрион и Арат, его телохранители, заметили, как неуверенно ступает командир, и заняли позиции рядом с ним.
Настоящая полоса препятствий из груд разбитых машин, сожженных деревьев и разрушенных зданий заставила Красса направить «Теневые Мечи» кружным путем. Поразмыслив секунду, Корвон принял решение пересечь руины напрямую и как можно скорее выйти к титаноносцу.
— Красс, ищи выход на линию огня для своих танков. Девятый взвод, сопровождайте «Теневые Мечи», остальные за мной.
Просигналив подтверждение, пятнадцать легионеров отделились от основной группы и направились к танкам, которые, развернувшись на месте, скрылись в относительно свободном от развалин переулке.
Через некоторое время Корвон, наконец, выбрался на Виа Лонгиа, главный проспект столицы Астагара. Корабль предавших механикумов рухнул перпендикулярно ей, и километровый корпус пропахал новую улицу через пять кварталов. Нос транспортника покоился на мостовой, окруженными горами вывороченного камня, а высокая, сгорбленная верхняя часть казалась изломанной. Неуправляемая посадка перебила хребет корабля.
Сражение в городе становилось все более ожесточенным, часть пикт-каналов и вокс-передач из зоны боев уже отключились.
— Утрачен контракт с Верулом! — сообщил лейтенант Апелл. — На северном фронте сложное положение, предполагаю, что он погиб.
— Принято, — ответил Корвон. — Оцени ситуацию на месте. Передаю тебе командование подразделениями Верула.
Теперь у него осталось только два командных танка. Верна ли была его теоретическая оценка, что мобильность на поле боя окажется более выгодной, чем относительная безопасность управления войсками из бункера? Предсказать развитие ситуации оказалось невозможно, никакой опыт прежних боев не в силах был подсказать Корвону, как лучше уничтожать его собственных родичей-легионеров. Приходилось импровизировать.
Ультрадесантники осторожно подбирались к рухнувшему кораблю.
— Внимание, Красс, Апелл! Приближаюсь к транспортнику механикумов, признаков присутствия противника не наблюдается.
По развалинам Виа Лонгиа они подобрались вплотную к дымящемуся борту корабля. Оценив обстановку, Корвон решил рискнуть и обойти транспортник спереди, взяв с собой один из взводов.
Корабль лежал, накренившись примерно на десять градусов, на корпусе были хорошо видны следы жесткого входа в атмосферу и обстрела с земли. Языки пламени, лизавшие транспортник, понемногу перекидывались на близлежащие здания, но в целом вокруг царила тишина. Уцелевшие высотные дома приглушали грохот далеких взрывов и вой садящихся кораблей.
— Может, машины внутри уничтожены? — предположил Глабрион.
— Сомневаюсь, — ответил молодому воину Арат. — Я видел что-то подобное во время приведения Коралана к Согласию. Титаны там невредимыми выходили из пылающих обломков кораблей.
— Не похоже, чтобы двери…
Корвон резко поднял руку, и взвод бросился в укрытия среди развалин.
— Слышали? — спросил капитан.
Изнутри транспортника донесся громыхающий звук.
— Теоретически, двери могло заклинить, — прокомментировал Арат. — Без поддержки механикумов, единственное практическое решение для титанов — пробить дорогу наружу силой.
— Красс, приготовиться! — скомандовал по воксу Корвон. — Видишь цель?
— Никак нет, сэр, Виа Макраггиа заблокирована, мы прорываемся прямо через здания в сторону Платеа Лата!
— Вы направляетесь к Агоре?
— Да, сэр, оттуда у нас появится хороший обзор вдоль Виа Лонгиа!
— Двигайтесь так быстро, как позволит ландшафт, — посоветовал капитан. — И смотрите по сторонам во все глаза, там особо негде укрыться.
— Сэр… — начал Арат.
Двери в грузовой отсек транспортника задрожали от могучего удара изнутри.
— Отходим! — приказал Корвон.
Ультрадесантники отступали повзводно, вдоль Виа Лонгиа. Уже неподалеку от зоны падения город начал казаться странно невредимым, если не считать густого слоя пыли на всех поверхностях и выбитых стекол, хрустящих под ногами легионеров. По их следам, из брюха вражеского корабля, доносился рев, весьма подходящий пойманному в клетку дикому зверю.
— Это ведь не совсем нормально, да? — спросил Глабрион.
— Фокусы. Психологическая война, вот и всё, — уверенно ответил Арат. — Некоторые Легионы Титанов вытворяли такое во время приведений к Согласию, рычали, ревели… Местные от этого обделывались.
— Не высовываться! — предупредил Корвон. — Красс, ты на позиции? Слышишь, что здесь творится? Мне это сильно не по нутру.
Звуки ударов изнутри слились в непрерывный грохот, словно запертый в палате скорбного дома безумец молотил в дверь, требуя выпустить его. Наконец, с визгом раздираемого металла, появился гигантский цепной кулак, сопровождаемый пучками искр и каплями алой жидкости.
