Альву, казалось, и вовсе было наплевать на такую ерунду, как щит. Хотя пульсары и фаерболы, которыми щедро поливали Стрела и фланговый соперников, были, на мой взгляд, лишь условно несмертельными. То бишь слови такой подарочек дракон — он, может, и не выжил бы с дырой в шкуре. А вот за остроухого не ручаюсь. Хотя случись Варлоку все же встретиться с огненным шаром, сдается, то была бы самая дорогая горстка пепла, которую знавало это поле.
Но остроухий не зря считался лучшим игроком. От пульсаров форварда он просто отмахнулся, как от мошкары, использовав заклинание огненной руки. От атаки Стрелы уклонился, разминувшись с одним из фаерболов всего на пару дюймов. И все это под громовые раскаты сталкивающихся друг с другом заклинаний.
При этом Варлок не прекращал движения к цели — шаровой молнии. И если первые шаги он сделал по земле, то потом, резко оттолкнувшись, взмыл в небо.
Абсолютная левитация — мастерство, которым владеют немногие. Обычно для того, чтобы подняться в небо, требовался либо воздушный корабль, либо грифон, либо на худой конец длиннющая прелюдия в виде заклинания и пентаграммы. А чтобы в одну секунду устремиться ввысь выпущенным арбалетным болтом…
Стрела так не смог. Ему понадобилось две секунды, сложный пасс и активация накопителя — здоровенного амулета, который в виде браслета закрывал чуть ли не треть предплечья, — чтобы взмыть вслед за Варлоком.
Зато под прикрытием щита своего барьерного рыжий смог пустить в спину альва ледяное копье.
Остроухий, словно почуяв опасность, уклонился в последний момент. Полупрозрачная пика ушла в облака, все же стребовав с альва кровавую дань — располосовав плечо.
— Грязно! — Алекс, стоявшая рядом, возмутилась вслед за остальными выходкой Стрелы.
Болельщицы негодовали. И не то чтобы это было бесчестно… Но и благородства в поступке рыжего было ноль процентов. Хотя лозунг ректора «победить любой ценой» его атаку вполне оправдывал.
Альв на долю секунды завис в воздухе, развернулся к сопернику и, будто зачерпнув из воздуха пригоршню огня, швырнул ее в Стрелу. Та полетела к жертве, на ходу увеличиваясь в размерах.
Рыжего от огненного шквала, спустившегося свыше, спас щит, который держал его барьерный. Вот только самого барьерного прикрыть было некому. Этим и воспользовался фланговый Варлока. Щупальца тьмы дикими духами устремились к нему. Они летели через поле, оставляя за собой шлейфы чернильного тумана и страха. Секунда — и они уже спеленали барьерного, защищавшего своего рыжего капитана.
— А-а-а! — завизжали болельщицы.
— Так его! — слышалось от поборников честной игры.
— Давай, мой монстр! — крикнула в экстазе Алекс, обращаясь, видимо, к Варлоку.
У Стрелы остался лишь фланговый, который тут же ощерился целым веером атакующих заклинаний. Вот только теперь направлены они были не на Варлока, а на его команду.
Стрела и альв остались один на один.
Шаровая молния зашипела и, будто выпущенная из пращи, устремилась в сторону рыжего.
Стрела, к которому победа сама шла в руки, улыбнулся. Он совершил привычный пасс, и из его ладони полился свет. Только так можно было взять шаровую в руки. Стрела потянулся к ней. Секунда — и он схватил бы ее.
Но в последний миг Варлок настиг молнию. Удар по сгустку чистейший энергии с обеих сторон получился синхронным. От грохота у всех на стадионе заложило уши. Мне даже показалось, что шаровая молния, с которой такое происходило впервые, сплющилась. А воздушная волна отдачи прокатилась по всем зрителям так, что кое-кто даже пошатнулся. Ветер ударил мне в лицо, растрепал волосы, а полы легкого, незастегнутого плаща распахнулись.
Варлок, чье лицо в свете шаровой молнии казалось мертвецки бледным, коварно усмехнулся, глядя прямо в глаза сопернику. И из его ладони, прошив шаровую молнию, в Стрелу полетел разряд. Рыжий потерял концентрацию, его отбросило вниз и протащило по земле на спине головой вперед так, что он вспахал собой поле. Что же, альв показал, что тоже умеет играть жестко.
Шаровая молния зашипела, словно силясь удрать от Варлока, но тот сжал пальцы, и сгусток энергии уменьшился до размеров искры. Стал точно таким же, как в тот миг, когда распахнулась крышка шкатулки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вот это игра, — восхищенно прошептала Алекс, когда альв опустился на землю, держа в руке молнию.
— Так себе, — из чувства противоречия возразила я. — Всего-то сорок минут. А иногда игроки за этим шариком по два часа гоняются по полю, перманентно пытаясь убить друг друга.
Вообще-то я кривила душой. Игра хоть и вышла короткой, зато зрелищной. Интересно, если это всего лишь тренировка, то что же будет, когда наша команда выйдет в финал? В том, что она там окажется, я даже не сомневалась.
Алекс призывно встряхнула головой и, приняв самую соблазнительную позу, помахала кому-то рукой. Я обернулась, чтобы узреть, кто же тот счастливчик, удостоившийся милости первой красавицы академии.
Варлок. Кто бы сомневался. Вот только лицо альва отчего-то не выражало безграничного восторга. Хотя, может, у остроухих за оное считается непрошибаемая каменная мина?
Алекс, поняв, что ее знаки внимания постигла участь стрел, врезавшихся в крепостную стену, демонстративно гордо отвернулась. Она мельком глянула на наручный браслет с хроносами:
— О, у меня еще есть два часа до того, как забрать альва. Может быть, пройдемся по магазинам?
Вопрос, ответ на который не подразумевал возражений.
— Конечно. — Я и не подумала отнекиваться. — Мне как раз нужно зайти в рыбную лавку за селедкой и забрать в строительном фургончике два фунта гипса для дяди Морриса. Как раз успеем все купить, отнести ко мне домой и вернуться.
Врала я так искренне, что даже Алекс, знавшая меня как облупленную, поверила.
— Мне же к швее заскочить нужно, примерить платье для осенних танцев! — внезапно вспомнила она.
Демоны! И как я могла забыть про ту традиционную вечеринку? До уровня университетского бала по градусу официоза она не дотягивала, а по разгулу уступала пляскам в таверне. Весьма уступала. А ведь в этот раз Алекс наверняка меня на осенние танцы потянет. Какую бы причину придумать, чтобы не подписываться на сие сомнительное мероприятие? Но, увы, для Алекс даже моя смерть не будет веской причиной, чтобы туда не заявиться. Хотя деревянный бушлат уж точно будет самым экстравагантным нарядом на празднестве.
Тут до нас долетел крик тренера, который, жестикулируя, втолковывал игрокам:
— Вот как надо играть! Как Варлок! Чтобы всю нашу сборную хотелось дисквалифицировать. Пожизненно. За использование запрещенных чернокнижных зелий! Хотелось! Но не моглось! Тарий, для тебя повторяю отдельно: не моглось! — И тренер ткнул пальцем в того самого флангового, которого спеленала тьма.
ГЛАВА 4
Алекс еще раз стрельнула глазками в сторону сборной, поправила и без того безупречную прическу и, договорившись со мной встретиться через два часа у расписания, летящей походкой проскользила мимо трибун.
Ее фигуру провожала взглядом добрая половина парней. Но когда я обернулась к полю, то увидела, что Варлок, в отличие от остальных, пристально смотрит на меня.
Прищуренные зеленые глаза внимательно изучали, будто оценивали. Уже без высокомерия, а скорее задумчиво. Словно прикидывая, на что я могу сгодиться.
Стало неуютно. Очень. Так, что я поежилась и поплотнее запахнула плащ. А потом и вовсе развернулась и поспешила прочь со стадиона.
Двух часов должно было хватить, чтобы наведаться в библиотеку. Алекс считала меня, мягко говоря, не самой умной адепткой университета. Разуверять ее в обратном не было никакого желания. Потому я и сочинила про рыбную лавку, зная о нелюбви подруги к специфическим запахам.
В книжной обители я бывала часто и с библиотекарем Поллет Пейтор — невысокой, румяной, как сдобная булочка, и общительной эйрой — была хорошо знакома. Благо она понятия не имела о моих оценках и считала, что перед ней просто старательная и бедная адептка. Ну и немного прогульщица. Ведь если посещать все лекции, то и надобность в библиотеке возникает редко.
