На Филлине старый фельдмаршал служил прикрытием для своего начальника штаба – молодого и энергичного флаг-маршала Таорза, родственника и любимца Гдоода. Ходили слухи, что операцией изначально должен был командовать Таорз, и только противодействие и интриги Оонка заставили командующего космофлотом совершить такой обходный маневр.
Следом за фельдмаршалом шли двое, резко выделявшиеся среди космолетчиков. Трудно было найти более несхожих людей, тем не менее, они всегда держались вместе и даже заслужили прозвище "странная парочка".
Первый из странной парочки был неинтересен почти со всех точек зрения. Генеральный комиссар Службы Безопасности Улгеу (чин, равный маршалу). Высокий, болезненно худой, задумчивое лицо хорошо провяленной рыбы, темно-серый форменный мундир СБ… По слухам, прямой, ясный и гибкий как столб… реликт эпохи сдержек и противовесов… Находясь в освященной веками должности помощника командующего по безопасности, генеральный комиссар пытался выполнять привычную работу по старым правилам, не замечая, что все окружающие перестали по ним играть. Пээл слышал, что получается у эсбиста плохо: Таорз действовал напролом, не обращая внимания на Службу Безопасности, будучи уверенным, что Гдоод его поддержит, а победителей не судят.
Зато второй… В мешковатом маскировочном комбинезоне, широкий, почти квадратный, на две головы ниже рослого генерального комиссара… Гроссмастер Звездной Гвардии Груус, представляющий на Филлине этот род войск и осуществляющий общее руководство над двумя батальонами гвардейцев.
Звездная Гвардия считалась элитой вооруженных сил Империи. Гвардейцев было сравнительно немного – четырнадцать бригад, немногим более ста тысяч человек, но это были профессионалы высочайшего класса. Они владели всеми видами оружия, умели водить любые летательные аппараты и наземные машины, могли действовать в джунглях, ледяных пустынях, даже в космосе, были героями бесчисленных фильмов и комиксов.
Задачей Звездной Гвардии была защита жизни граждан Империи на планетах-колониях, и она образцово выполняла эту задачу, не отвлекаясь на политику и будучи в стороне от постоянного соперничества имперских властных структур. Гвардейцев сплачивала еще более сильная, чем у космолетчиков, кастовая солидарность. У них были свои школы, свои учебные и тренировочные центры, своя система воинских званий – от кандидата до генерал-гроссмастера, даже своя спецслужба, куда не было хода ни СБ, ни спецотделу космофлота.
Всем было известно, что гвардейцы пользуются намного большей свободой, чем все прочие граждане Империи, и хотя Гвардия традиционно была далека от политики, отставные гвардейцы в последнее время частенько оказывались в рядах недовольных. Пока что Звездная Гвардия считалась абсолютно надежной опорой режима, но в верхних эшелонах власти все чаще о ней задумчиво говорили, почесывая в затылке: "А кто их, этих гвардейцев, поймет? Вроде, растили мы их, растили, защитников, самых верных, а вот кого вырастили? И в самом деле, кого?…"
Совещание несколько разочаровало генерала Пээла. Он, признаться, надеялся, что речь пойдет о действительно насущных проблемах – снабжении, координации действий, аварийности, безопасных коридорах, еще раз о снабжении…
Вместо этого фельдмаршал Скроэг начал читать доклад, и Пээл в очередной раз восхитился изворотливостью флаг-маршала Таорза. Речь в докладе шла ни много, ни мало, а об изменении самой концепции военных действий на Филлине. За такую радикальную коррекцию тщательно разработанных планов можно и по шапке получить, а Скроэг – с него взятки гладки. Дедушка старый, ему все равно…
Минут через пять Пээл понял, что немного поторопился с выводами. Штабисты, по всему, поработали на совесть, подготовив планы на все случаи жизни, и теперь Скроэг (вернее, Таорз) просто заменял один такой план другим.
Согласно первоначальному плану, силы вторжения должны были действовать по тактике "Прополка". Танки продвигались максимально растянутым фронтом, не более чем по две-три машины на километр, выявляли очаги сопротивления и наводили на них воздушные силы. По необходимости, "пропалывающие" танки стягивались в пункт сбора для дозаправки, пополнения боеприпасами и ремонта. Целью операции было уничтожение вооруженных сил противника и подрыв его экономической базы, срок операции ограничивался четырьмя декадами.
План, излагаемый Скроэгом – Таорзом, брал на вооружение тактику "Сеть".
– Каждая эскадра, – разносился по залу скрипучий голос фельдмаршала, – Создает свою сеть. Сеть. Из наземной техники, приданной. Кораблям. Ячейки сети, взаимодействуя друг с другом и производя тщательную зачистку местности, стягивают живую силу противника. В определенные районы, где она будет… Где она будет в дальнейшем уничтожаться с воздуха с применением самого мощного оружия. Вплоть до ядерного…
Пээл горестно вздохнул про себя. Таорз планирует войну на полное истребление. Но сколько же можно повторять старые ошибки?! Уже ведь было, было! "Кронтэа без кронтов", уничтожили под это множество народа, а сейчас колонии Империи держатся на труде миллионов кронтэйских рабочих, занятых на шахтах, заводах и плантациях. Разве можно одновременно договариваться с филитами на одном континенте и готовить поголовное уничтожение на другом?! Что же это будет в итоге?! Как там сказал тот парнишка, Боорк, нам больше пригодились бы союзники, чем рабы, мечтающие о мести…
Единственное, на что еще можно надеяться, так это на неэффективность как тактики "Прополка", так и тактики "Сеть". Повоевав с филитами, поневоле убедишься, что они способны постоять за себя и не дадут так просто согнать себя в кучу и уничтожить мощным оружием вплоть до ядерного… Тем более, что Таорз, впервые в жизни командуя в реальном сражении армадой в несколько тысяч танков и летательных аппаратов, плохо представляет себе масштабы и сложность задачи. На его участке на каждую шестерку танков приходится по две с половиной тысячи квадратных километров, а ведь есть участки и пообширнее… А "взаимодействие между ячейками сети"… Да с этого можно только посмеяться…
Зато Таорз может смело рассчитывать на затяжку операции, присылку подкреплений, ну и конечно, что вся слава от покорения Филлины достанется космофлоту и никому больше.
С последним, кажется, был не согласен генеральный комиссар Улгеу. Дождавшись, когда фельдмаршал Скроэг закончит свой доклад, он взгромоздился на трибуну и с восхитительной прямотой заявил примерно следующее. Во-первых, в филлинской операции на космофлот возложена строго определенная и ограниченная задача. Во-вторых, как он будет выполнять эту задачу, Службе Безопасности дела нет. В-третьих, полного искоренения местного населения с завоевываемых территорий от космофлота не требуется, а все, если понадобится, сделает Служба и никто больше. В-четвертых, СБ не позволит космофлоту соваться в чужие дела и, в-пятых, лучше бы ему в эти дела и не соваться.
Высказавшись, словно гвозди вбив, генеральный комиссар поклонился собранию, и преисполненный достоинства, важно уселся на свое место. Тут же поднялся начальник штаба. Таорз снисходительно улыбался и прямо излучал хорошее настроение. Он-то хорошо знал, что за эффектными словами эсбиста реальной силы не стояло, а весь его демарш – не более чем сотрясение воздуха.
– Мы благодарны вам, господин генеральный комиссар, за вашу справку. Разрешите в вашем лице поблагодарить Службу Безопасности за проявленное желание помочь нам в нашем деле. Мы ценим это благородное стремление, хотя справимся со всеми нашими задачами и своими силами и, со своей стороны, приложим максимум усилий для снабжения вашей службы первоклассным материалом для проведения специальных исследований…
Таорз продолжал пинать поверженного противника, но Пээл уже его не слушал. При упоминании специальных исследований он снова вздохнул про себя. Как ни крути, а филлитам не спастись. Ученые, тьма их… Эти, если возьмутся, так уж искоренят, под самый корень искоренят… Зря он все-таки решил отдать им в помощь пилота, Боорка. Парень, конечно, – законченный разгильдяй, штафирка, но не стоило проявлять по отношению к нему столь утонченной жестокости. Увы, сделанного не воротишь, придется дожимать до конца…
