для него удобная, вот и все. И положиться на тебя можно, ты-то точно никого не кинешь, и липнешь сама к нему, а он… - Голос лился как ручеек. И ведь как говорит красиво, сволочь. Самое лучшее вранье - это когда оно перемежается с частичками правды. Ему бы в депутаты, те так всю карьеру делают. - А он кинет тебя при первой возможности. Ты же сама говорила, что он там к какой-то Алисе едет, думаешь, ты ему нужна будешь? Нет? Ну вот видишь, сама же все понимаешь. Выкинет тебя по дороге где-то, когда не нужна будешь, и это еще в лучшем случае. А то и грохнет, чтобы лишнего не болтала. А мне ты нужна. Увидишь, наконец, каково это, когда к тебе относятся соответствующе…
Нет, Ксюше точно надо будет подрезать язык. Много болтает с кем попало и о чем попало. Но Макс-то каков оказался, а был же такой тихоня, только раз попробовал вякнуть…
- Вообще, не удивлюсь, если он прямо сейчас ушел нас всех продать тем же блатным с коттеджа. Где еще он тут может машину взять?
- Нет! Кирилл не такой! Он меня два раза уже спасал!
- Ой, да ты же сама говорила, что случайно получилось. Не собирался он тебя спасать, просто так карта легла. Я-то уж знаю таких уродов, они, кроме себя, никого не ценят. А ты была инвестицией, которая уже окупилась. А сейчас сдаст нас в рабство, а сам дальше почешет, только посмеиваться будет. Ксюшенька, солнце, ты пойми, я только добра желаю и тебе, и всем нам. А с этим зверем добра нигде не будет. Сама же видишь, он нас всех как слуг держит. Хоть бы раз сказал спасибо, когда готовил или даже кофе ему приносил, нет. Замечала ведь, заюш?
Фу, как отвратительно лизоблюдски и неестественно звучит. Представил, что он тянет к секретарше свои грабли - и еле сдержался, чтобы тут же не прострелить ему голову. Где-то внутри начал набухать колючий ком злобы. Но рано, мне надо услышать ответ…
- Я тебя о многом не прошу, просто сними с меня наручники и все. Дальше я сам все сделаю. Это он только с закованными смелый, а так пару раз в бубен получит - сразу свой гонор поумерит. Я даже могу сказать, что я сам освободился, если ты его боишься, козла старого - чего это я старый-то? Он всего лет на семь меня моложе. - А за твои страхи я его еще дополнительно приложу. Я же все вижу, как ты бегаешь за ним, а он тобой помыкает только, как собачкой. Даже зовет тебя “маленький”, как щенка какого-то.
Видимо, на этом его аргументы закончились и наступила тишина. Вскоре, впрочем, прервавшаяся довольно громким криком Ксюши:
- Пошел ты! Пошли вы все! Вам всем от меня только что-то надо! Сволочи! Все мужики - сволочи! Ненавижу! И тебе я ничего не дам! Вот придет он, с ним разбирайтесь, а меня вы все достали, валите отсюда все!
Девчонка ревела и кричала в голос, уже даже не пытаясь быть тише. Что ж ты, мудак, наделал, девке же итак в жизни досталось… На глаза снова падала красная пелена бешенства и не было сил больше сдерживаться. Поэтому я одним прыжком перемахнул невысокий забор палисадника и направился к дому. Двор был засыпан щебнем и мое появление не осталось незамеченным. Ксюша распахнула рот и, кажется, даже перестала рыдать, только слезинки бежали по щекам. Максим повернулся и в миг побледнел.
- Зайди в дом и не отсвечивай - не своим голосом прокаркал я, посмотрев на секретаршу. - И собирайся, мы уезжаем отсюда.
Девчонка посмотрела мне в глаза, что-то там увидела и начала разворачиваться.
- Стой! Ключи от наручников дай!
Их оставлял всегда у нее - мало ли где выроню, потом ковыряться с отмычками, ну его. А ей уже доверял кое-как. Девчонка обернулась и снова посмотрела мне в лицо, робко спросила.
- Правда уезжаем? Ты меня не бросишь?
- Да и да. - Кое-как сдержался, чтобы не рычать на нее. - Скройся!
Я забрал ключи и поторопил ее шлепком пониже спины. В дверях она еще раз обернулась, посмотрела на меня, на Макса… Шмыгнула носом и скрылась внутри. Я тем временем подошел к Максиму, но он шарахнулся в сторону.
- Это нечестно… Итак тебе все само дается, даже бабы липнут, а кому-то… - Он прерывисто вздохнул - Грохнешь меня? Нечестно…
- Заткнись. Руки. - Говорить было тяжело, бешенство буквально физически душило.
Максим, все так же не отрываясь, смотрел на меня, но, кажется, понял, что его не будут сразу убивать, воспрял духом и сменил тон:
- Начальник, да бля буду, и в мыслях не было. Просто перед телкой хвост распустил и браслетки надоели.Давай поговорим? А? - И попытался заглянуть мне в глаза, для чего ему пришлось чуть наклониться.
Пришлось слегка расквасить ему нос, двинув лбом. Не смертельно абсолютно, даже кровушка не побежала, но обидно, наверное. Где-то глубоко внутри трезвая часть мозга пыталась что-то вякнуть про то, что надо просто пристрелить его и дело с концом, но куда там… Слишком много дерьма накопилось у меня внутри. И количество необязательных трупов за спиной. И потерянное время. И тот мужик, которого пришлось добивать. И то, что этот мудак довел Ксюшу. Вообще, было какое-то странное ощущение двойственности восприятия - с одной стороны меня душила злоба, заставляя поступать не в своих принципах, но где-то в подкорке еще крутились вполне адекватные мысли, вот только доступа к управлению телом у них не было.
- Руки давай, падаль, пока я тебя так не удавил! - От окрика парень чуть вздрогнул, сгорбился и протянул ко мне руки.
Не успел я повернуть ключ в наручниках, как тут же ушел перекатом влево и назад - и правильно сделал, не зря ждал чего-то такого. Больно ненатурально он сутулился и играл побитую собаку. Макс не стал долго думать и тут же попытался двинуть мне в ухо. И, скорее всего, мне бы этого хватило - благо, был он ощутимо крупнее меня, где-то метр восемьдесят пять ростом и под девяносто кило весом. Против моих-то сто семьдесят пять и семьдесят. И как Ксюха меня выбрала, кстати? Тьфу, вот самое время подумать…
Мир словно разделился -
