— Нет, не понимаю, — признался Пендрис, — но продолжайте: ваши речи непонятны для меня, но они такие интересные…
— Что мы получили с посмертием, Пендрис? Получили ли мы просто совершенное продление нашей несовершенной жизни, или же — нечто иное?
— Нечто иное, — предположил Пендрис.
— Что мы потеряли с посмертием? Только ли былое несовершенство нашей жизни, или же — нечто иное? Не гадайте, Пендрис, я вам скажу. В обрядах перехода в посмертие мы теряем нечто важное — то, что мы именуем «тенями» и надеемся сохранить в «призрачных шкатулках» — киоромерхенных суэнитах.
— Само собой, — согласился Пендрис.
— Изъятое из нас начало — эти самые «тени» — важно знаете чем? Оно делало нас нами. Оно давало нам свободу выбора. Вы видели крестьян, полностью лишённых «теней», не так ли, Пендрис? Наше с вами положение несколько лучше: изъятые у нас тени находятся с нами, или спрятаны в надёжных местах. Но они — всё равно изъяты. Наши тени, Пендрис, находятся в заключении в маленьких коробочках, а если выпустить их оттуда, будут неприкаянно слоняться по местности, пока их не вернёшь, но вернёшь не к нам, Пендрис, а обратно в эти дурные суэниты. Теперь понятно, почему наше хвалёное посмертие — болезнь?
— Но почему же, почему же мы не можем вернуть себе наши тени, если они для нас так важны?
— Потому что нас уже нет, дорогой Пендрис.
Глава 28. Шипы погибели
Когда Чичеро передал Дониа суть разговора с Плюстом, тот его внимательно выслушал и сказал:
— Пошли убьём Эйуоя!
Чичеро вздохнул и привычно ответил:
— Сейчас не время для этого.
Но тут из потайной двери в стене, открывшейся в десяти шагах от Чичеро с Дониа, вышел сам Бларп Эйуой, и сказал посланнику:
— В одном вы ошибаетесь, Чичеро. Время как раз пришло. Весь замок пришёл в движение…
Тут Дониа из Шкмо выхватил из рукава кинжал и с перекошенной физиономией набросился на Эйуоя. Тот, однако, был готов к его броску, и, играючи, поставил подножку, от которой Дониа растянулся на полу. Наступив тяжёлым сапогом на кисть руки, сжимавшей кинжал, Эйуой вновь обратился к Чичеро.
— Я знаю, посланник, что вы мне сейчас не доверяете, но я предлагаю вам присоединиться к большому отряду, который идёт убивать великана.
— Он лжёт! — завопил Дониа, лежащий на полу у него под ногами.
— Кто вы такой, Бларп Эйуой! — повторил свой давешний вопрос Чичеро.
— Об этом после, — отмахнулся карамцкий купец, — кто бы я ни был, победить великана Плюста необходимо, ведь так?
С этим трудно было не согласиться.
— Чичеро, убейте его, он работает на Плюста! — выкрикнул Дониа.
Бларп Эйуой рассмеялся:
— Что ж, идёмте к Плюсту все вместе. Там и выяснится, кто на кого работает.
Коридор вокруг них понимногу заполнялся гостями замка Глюм. Их лица выглядели весьма решительными, и все были вооружены. Хоть Глюм и служил тюрьмой для большинства гостей, всё же гостей здесь не обыскивали и оружие не отбирали. Великану, должно быть, эти меры представлялись излишними — учитывая численный состав и выучку охраняющей замок стражи (а также, наверное, на боевые возможности самого Плюста).
В коридоре собралось двадцать самых крепких гостей замка. Чичеро отметил про себя, как разоружённый Эйуоем Дониа затравленно озирается, словно ищет возможности улизнуть. Уж не он ли сам — шпион великана? Нет, никак невозможно: Дониа своими руками и по собственному почину убил двоих стражников!
— Ну, что вы решили, Чичеро? Идёте ли вы с нами? — спросил Эйуой. — Не скрою, вы нам можете быть очень полезны.
Ещё бы, подумал Чичеро, как же ему быть им не полезным. Конечно, для поединка с великаном им понадобится посланник Смерти. Кому же ещё доверишь эту опасную честь. Не простому же купцу из Карамца! Ну да ладно…
— Я согласен, — сказал он.
— И ты тоже пойдёшь с нами, — сказал Эйуой распластанному на каменном полу Дониа: ему, в отличие от Чичеро, выбора предоставлено не было.
Лёгким ударом карамцкого сапога Бларп сигнализировал Дониа, что надо подняться, после чего кивнул на него двоим из вновь прибывших:
— Кло, Амур, проследите за этим молодым человеком. Если попытается бежать — убейте.
Кло и Амур кивнули, нащупывая в рукавах метательные ножи. Эти двое принадлежали к древней гильдии циркачей — метателей стилетов.
— Теперь идём, — кивнул Эйуой на потайную дверь, из которой он вышел. И пояснил для Чичеро:
— За последний месяц я изучил здесь все тайные ходы. Этот — ведёт прямо к библиотеке. Оттуда по чёрной лестнице мимо трапезной залы мы пройдём на пятый ярус. Так мы сможем добраться к Плюсту, минуя три лишних поста стражников.
Проход был очень узким, и отряд под предводительством Эйуоя вытянулся в колонну: впереди шёл Эйуой, за ним — Чичеро, за ними все остальные. Дониа, бегства которого опасались, пустили куда-то в середину.
Из тайного хода они вынырнули в замковой библиотеке, как раз за массивным канделябром в дальнем её углу. Здесь же свернули в тёмный проём чёрной лестницы, заваленной каким-то барахлом. На четвёртый ярус взошли без приключений, на пятом их поджидало четверо стражников. Одного из стажников (как ни странно, мёртвого) взял на себя Эйуой, другого (также мёртвого) — Чичеро, двоих живых — идущие следом. Удар, другой, чей-то сдавленный стон, отражённый высокими сводами, — и путь свободен.
Чичеро успел отметить, что Эйуой для карамцкого купца отработал мечом удивительно чисто. Кто же он такой, этот Эйуой? И кто таков желающий ему смерти Дониа? Оба, не моргнув глазом, уничтожали стражников Плюста, и при том обвиняли друг друга в пособничестве великану.
— Впереди — спальные покои Плюста. Сейчас начнётся главное, — вполголоса произнёс Бларп.
Но перед главным их ещё ждала засада из десятка мёртвых стражников с бердышами. Чичеро исхитрился уложить троих, остальных убили Эйуой с товарищами, но и плюстова стража также не зевала: зарубила бердышами двоих представителей их отряда.
И вот огромные дубовые двери в великанский рост, за которыми их будет ждать Плюст. Чичеро двинулся было к ним первым, но Эйуой его придержал:
— Погодите, Чичеро. Здесь задача для меня.
Посланник с удивлением взглянул на карамцкого купца, и тот мягко объяснил:
— Вы же не знаете, каков этот великан в бою.
— А вы знаете? — спросил Чичеро.
— Догадываюсь.
Чичеро пожал плечами и уступил первое место Бларпу Эйуою. Войдя вслед за ним, он сразу увидел ноздреватого великана. Тот стоял в исподнем у противоположной стены огромного спального зала и с хищной ухмылкой глядел на входящих людей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
