И вот теперь Страйкер, еще не вполне оправившийся, сидел напротив принца Руперта за огромным, похожим на зеркало дубовым столом, занимавшим почти всё пространство в реквизированном Рутвеном помещении, потягивая отменное вино, пригревшись в свете трех десятков толстых свечей. На Страйкере был новый мундир, купленный на деньги Рутвена. Ярко-красная перевязь с золотой оторочкой тянулась от левого плеча к правому бедру, дублет и бриджи были сшиты из кирпичного цвета ткани отличного качества. Воротник и надетый поверх него латный воротник обрамляли узкий свежевыбритый подбородок, а на ногах красовались сапоги для верховой езды из мягкой кожи - подарок принца.
Лизетт сидела рядом, выглядя великолепно в ниспадающем белыми оборками и посверкивающем жемчугом платье. Собравшиеся за столом военные, несмотря на рыцарские манеры, не могли отвести от нее глаз.
Страйкер был рад увидеть за столом идущего на поправку прапорщика Бёртона, чья рука еще висела на перевязи, а кипучий темперамент Форрестера добавлял вечеру хорошего настроения. Сэр Джейкоб Эстли тоже сидел за столом, недоуменно качая головой под впечатлением от рассказа Форрестера.
- Простите, милорд, - заранее извинился Страйкер, закончив жевать кусок горячей баранины, - но не будет ли неуважением с моей стороны сказать, что Брентфорд, вопреки нашим надеждам, не стал смертельным ударом?
В комнате воцарилась тишина. Рутвен наклонился вперед, морщины на его лице стали еще глубже, когда он нахмурился.
- Будет, капитан, - буркнул он. - Но в то же время это будет правдой, как ни печально мне это признавать. Наше продвижение по городу и через эти чертовы баррикады было медленным, мучительно медленным. И в конце концов, нам не хватило времени.
Эстли кивнул. На то, чтобы достичь восточного берега реки Брент, у них ушло слишком много времени, и эта задержка вкупе с решительными действиями арьергарда Хэмпдена на чизвикском направлении лишила армию короля инициативы.
- Эти зеленомундирники атаковали нашу колонну в общей сложности пять раз, - сказал Руперт, не пытаясь скрыть своего восхищения людьми Хэмпдена. - Разумеется, это не должно было заставить нас остановиться, но дело в том, что наши ребята к тому времени устали как собаки, а люди Хэмпдена были полны сил. Он сделал ставку на время, и она принесла ему победу.
Войска прекратили сражение на ночь, что позволило главнокомандующему парламента графу Эссексу собрать свою армию, умело укрепив ее за счет лондонского ополчения под руководством генерал-майора Филиппа Скиппона, и перекрыть королевским войскам дорогу на столицу.
- Так вы говорите, простой народ вышел сражаться, милорд? - неожиданно поинтересовалась Лизетт у Рутвена.
- Да, мадемуазель, так оно и было. Тьма народа, собравшаяся на полях у Тернхэм-Грина, стоявшая плечом к плечу с солдатами круглоголовых. Настоящее море из человеческих тел. Море, слишком широкое, чтобы наши бравые ребята смогли его пересечь.
Лизетт потрясенно покачала головой.
- Какое зрелище. Простой народ восстал против своего короля? Для моей страны это просто немыслимо.
Рутвен откинулся на спинку стула.
- Их заставило ощетиниться разграбление города. Они представили, как наши ребята потрошат их собственные дома и кошельки, как это случилось в Брентфорде, и выступили против нас.
Страйкер кивнул. Бесчисленное множество раз ему приходилось видеть, как победители грабят города, и он не удивился, услышав о реакции лондонцев. Жители столицы огромной толпой вышли из города, чтобы перекрыть подступы к нему. Армия роялистов обнаружила, что все земли вокруг Тернхэм-грина черны от ополченцев, а разведчики доносили о вооруженных людях у каждого придорожного рва и ограды, у каждой конюшни, сарая, таверны вдоль дороги. Они доносили о полных вооруженными людьми кораблях на Темзе, длинных баррикадах в городских парках и пушках на углу каждой улицы.
- Я бы предпочел сразиться с изменниками прямо там и прямо тогда, - подхватил принц Руперт, чьи голова и плечи возвышались над собеседниками. - Но мой дядя оказался не готов противостоять такой орде, - он с сожалением покачал головой. Армия роялистов отступила из Брентфорда, занятого с таким трудом, обосновавшись сначала в Хаунслоу-Хифе, а затем в Кингстоне. - И вот мы здесь. В Рединге провизии и квартир пока хватает, но зимовать мы будем в Оксфорде.
- Могу я осмелиться, - Форрестер обращался и к принцу, и к графу одновременно, - спросить почему? После всех наших побед, начиная с Кинтонского сражения, почему мы должны отступить аж до Оксфорда?
Руперт поморщился, что намекало на его несогласие с решением короля Карла.
- Это место, в котором, как считает мой дядя, большинство жителей ему преданы. Оксфорд станет его столицей до начала следующей военной кампании. Мы отступим туда, чтобы переждать самые холодные месяцы, когда нашей армии слишком сложно будет продвигаться, и соберемся с силами. А по весне вернемся к Лондону с армией, увеличившейся намного больше, чем парламент в состоянии предположить.
- Закончить то, что мы начали в Брентфорде, - добавил сэр Джейкоб Эстли в своей грубоватой манере. Остальные согласно закивали.
Страйкер сунул в полный рот еще один кусок сочной баранины и оглядел комнату, позволив взгляду лениво скользить по шкафам, набитым книгами в драгоценных переплетах, и величественным фигурам, снисходительно взиравшим с великолепных полотен на стенах.
После того, как Лизетт убила Мейкписа и отвезла раненого Страйкера вместе с перепуганным предателем обратно в Брентфорд, она, наконец, нашла Форрестера и Скеллена. Втроем они доставили Мокскрофта в подвал резиденции сэра Ричарда Уинна.
И сэр Рэндальф Мокскрофт, теперь уже покинувший импровизированную темницу в компании королевских дознавателей, чтобы встретиться лицом к лицу со своим неопределенным будущим, послужил причиной, которая привела Страйкера сюда. Сюда, в этот город, с этой раной, с женщиной, которую он долгое время считал погибшей, сюда, в личные апартаменты графа Форта, попивать вино вместе с принцем.
Руперт неожиданно отодвинул свое кресло и встал, подняв бокал отменного вина.
- Господа, - громко произнес он, - давайте выпьем за капитана Страйкера. Выполняя мой собственный приказ схватить одного печально известного предателя, он, как вы знаете, преуспел. Об испытаниях, через которые ему пришлось пройти, выполняя этот приказ, нам поведали он сам и наши новые друзья Форрестер и Бёртон, заворожив своим великолепным рассказом.
В ответ послышались возгласы одобрения, Эстли азартно застучал по столу, и Руперту пришлось поднять свободную руку, призывая к тишине. Он по очереди обвел взглядом Страйкера, Форрестера и Бёртона.
