чем это ты здесь занимаешься? – выдернул меня из увлекательного процесса любования собой голос вернувшейся Трикси.
- Изучаю свою вторую форму, - ответил я, вернувшись в двуногое тело. – Руквуд сегодня открыл мне глаза на тот факт, что благодаря умению превращаться в грима я способен поглощать чужие души. Вот, пытался понять, чего еще во мне есть такого сверхъестественного, и заодно нащупать ту самую связь с миром мертвых. Но, похоже, щупал где-то не там, поскольку результат нулевой.
- Поглощать души? – с тревогой переспросила кузина.
- Ага, - беспечно отозвался я, возвращаясь под одеяло.
Одетая в махровый банный халат Беллатрикс, водрузила на тумбочку сверток своих шмоток, присела рядом со мной на кровать и все тем же обеспокоенным тоном попросила:
- Расскажи, что произошло во время ритуала.
- Ничего существенного, - удивившись странной реакции любимой, отозвался я. - Август нарисовал рунную схему и применил заклинание, которое должно было притянуть душу к крестражу. Все прошло штатно, вот только Грюм не явился. Потому что, как выяснилось, я сожрал его еще во время лечения Нимфадоры. А что тебя так встревожило?
Вместо ответа девушка взяла меня за руку, заглянула в глаза и уверенно заявила:
- Не бойся, Сири! Даже если теперь тебе нужно питаться душами, я не перестану любить тебя. Обещаю!
Я натурально выпал в осадок. Ни фига себе заявление! И главное, очень своевременное, поскольку с этой стороны посмотреть на свои способности я бы точно не догадался. Зато теперь стану очень пристально наблюдать и периодически прислушиваться к желаниям организма. Возможно, любимая права - получив огромный резерв, моя душа попутно утратила механизм продуцирования магической энергии. Я ведь все это время колдовал исключительно на «душевной подкормке», и потому даже теоретически не мог обнаружить проблему. А Трикси молодец, быстро сообразила. Умная она у меня!
Подобрав челюсть, я потянулся к девушке, обнял ее и заявил:
- Родная, мне безумно приятно слышать твои слова. Но давай не будем спешить и заранее настраиваться на худшее. Пока острой потребности поедать души я за собой не замечал. Надеюсь, так оно и останется впредь. Но если вдруг сущность грима во мне начнет преобладать, скрывать от тебя свою проблему я не стану, даю слово! Ты мне веришь?
- Да, любимый! – с жаром ответила Беллатрикс. – И я рада, что ты нашел в себе силы поделиться этим со мной.
Обхватив меня руками за шею, она впилась в мои губы жадным поцелуем, на который я охотно ответил. Чувствуя внутри постепенно нарастающее желание… нет, не перекусить душой кузины, а вдоволь насладиться ее горячим и сексуальным телом, источающим вкусный аромат цветочного мыла, я краешком сознания подумал, что у волшебников наверняка существует какая-то заморочка насчет душ. Вот только известна она лишь представителям старых семейств да ученым-исследователям вроде Руквуда. И если бы я был примерным мальчиком, как тот же Регулус, то сейчас тоже знал бы ее и, возможно, не радовался бы так активно наличию уникальной способности… Нет, завтра обязательно нужно растрясти Августа на полезные знания!
На этом тревожные мысли покинули мою голову, поскольку распаленная Трикси, наконец, сбросила свой халатик и накинулась на меня голодной пантерой. Вот только я не стал уступать девушке ведущую роль, сразу повалив ее на кровать и нависнув сверху. Запечатлев несколько сочных поцелуев на точеной шейке, я уделил самое пристальное внимание «близняшкам» любимой. Осторожно покусывая правый сосок, набухший от возбуждения, призывно торчащий и буквально умоляющий взять его в рот, я массировал пальцами упругие холмики, слыша тихие стоны, срывающиеся с губ кузины.
Вдоволь наигравшись с шикарными грудками, я спустился на этаж ниже - к аппетитному бутончику и принялся ласкать языком нежные лепестки, периодически задевая чувствительную «горошину». Беллатрикс нисколько не возражала. Довольно постанывая и шепча мое имя, она раскрывалась навстречу мне, демонстрируя свои прелести, отдавая всю себя без остатка. И я смаковал ее цветок, словно изысканное лакомство, даря наслаждение любимой.
В этот раз я не спешил, растягивая удовольствие и превращая ласки в долгую сладкую пытку. И даже когда находившаяся в шаге от оргазма Трикси погрузила пальцы в мою шевелюру и принялась отчаянно вжимать мою физиономию в свой пах, не стал ускоряться, все так же нежно и осторожно проводя языком по влажным лепесткам. И лишь когда тихие стоны девушки стали умоляющими, все же сжалился, обхватил губами налившийся кровью клитор, жадно втянул его в себя и принялся активно теребить кончиком языка.
Это стало последней каплей для моей партнерши. Зажав зубами угол подушки, Беллатрикс дико зарычала. Ее тело сотрясали судороги, бедра сжались, крепко зафиксировав мою голову. Подхватив девушку под упругие ягодицы, я продолжал стимуляцию, продлевая удовольствие любимой. Судороги стали более активными. Отпустив подушку, Трикси выгнулась дугой, заходясь в яростном крике. Но даже тогда я не отпустил свою жертву, крепко удерживая ее за попку и не прекращая работать языком.
В легких девушки давно кончился воздух, ее тело билось в моих руках, а пальцы безуспешно пытались порвать новенькие простыни. И тогда я решил поставить финальную точку в этой пытке – используя в качестве проводника собственный язык, плеснул немного целебной магии на «горошину» любимой, усиливая чувствительность нервных окончаний. Только-только успевшая набрать в грудь порцию живительного кислорода Трикси отчаянно взвизгнула, переходя на ультразвук, и оросила мое лицо горячим фонтанчиком пряной жидкости.
Вызванные мультиоргазмом судороги не утихали, а ноги красавицы всерьез вознамерились раздавить мою голову, словно спелый арбуз. Выпустив из губ свое лакомство и придерживая бьющееся в экстазе тело любимой, я победно ухмылялся. Эх, как же мне все-таки повезло с Беллатрикс! Несмотря на годы брака, в постели она осталась все такой же неопытной. А неискушенная в любовных играх девушка – это заветная мечта любого парня, поскольку ее легко удивить и не составляет труда удовлетворить. Возможно, именно поэтому мой первый брак оказался таким неудачным…
Услышав за спиной скрип распахиваемой двери, я с трудом повернул голову и обнаружил Долохова с Тоддервиком, которые, наткнувшись на мой удивленный взгляд, замерли на пороге комнаты с палочками наготове. За ними в качестве группы поддержки маячил Руквуд. Отметив, как стремительно меняются выражения физиономий волшебников, на которых тревога уступала место ошеломлению, а затем и смущению, я сообразил, что крики Трикси оказались слишком дикими, и Пожиратели всерьез вознамерились спасать пожираемую мной девушку. Но вместо картины жуткой кровавой расправы грима над беззащитной волшебницей обнаружили лишь два обнаженных тела в кровати. Сюрприз, млять!
Оценив, как выгляжу со стороны –
