— Вы имеете в виду… в каком-то роде… он шпион?
— О, больше чем просто шпион. Б.Х. — лидер. Он ненавидит завоевателей. Я уверен в этом. Он последователь Нана Сагиба, который хочет выдворить нас из страны.
— Он тоже Нана. Большой Нана. Я слышала, как его так называли.
— Я не знаю, носит ли он это имя, чтобы уподобиться лидеру, или оно принадлежит ему по праву. Самое главное мы узнали, кто он на самом деле и, учитывая это, должны действовать с величайшей осторожностью.
— Что узнали?
— Он выращивает дурман у себя в саду. Поскольку тхаггери упразднено нашим законом, он хочет открыто пренебрегать им. Кипинг подозревал… и теперь он нашел доказательства того, что он прав, и что Б.Х. помогал своим друзьям вернуться к тхаггери. Путешественники, найденные в лесу, были отравлены, и мы считаем, что яд поступил от Б.Х. Скорее всего это так, поскольку родственник одного из умерших путешественников осуществил месть, убив Ашрафа.
— Ох, бедный Ашраф, ставший вместо кого-то жертвой чьей-то мести.
— Вместо своего отца, конечно. Ашраф — единственный сын Б.Х. Было бы трудно нанести более тяжелую рану. Так что вы видите, мы имеем причины для беспокойства в своем собственном доме.
— Но что мы можем сделать в отношении Рошанары?
— Мы помешаем этому… но хитро и тайно. Устроить сцену во время погребального костра было бы крайне глупо. Я твердо уверен, что, если мы так сделаем, это вызовет немедленный бунт в нашем доме. Мы должны избежать этого. Когда вернется Кипинг, я обсужу с ним крайнюю необходимость отправить вас с Лавинией и детьми из Дели.
— Вы ожидаете беспорядки в Дели?
— Дели — главный город. Когда возникнут беспорядки, похоже, что они сосредоточатся в центре его.
Скажите, что вы предполагаете сделать с Рошанарой?
— Я должен буду подумать об этом деле, но в данный момент мне кажется, что ее во всяком случае следует удалить из города.
— Большой Хансам никогда не допустит этого.
— Я должен это сделать разумеется, не ставя его в известность.
— Это возможно?
— Мы должны сделать это возможным. Компания владеет несколькими домами в различных местах. В них можно пожить незамеченным некоторое время. Я совершенно уверен, что так поступить лучше всего. Хотя нам следует быть очень, очень осторожными. Том должен бы вернуться к вечеру. Он часто приезжает и уезжает, так что, если он снова уедет, это не вызовет никаких подозрений. Когда будут похороны?
— Я думаю, очень скоро, где-то через два дня.
— Тогда необходимы немедленные действия. Будьте готовы. Мне может понадобиться ваша помощь. И помните, никому ни слова.
— Я буду помнить, — сказала я.
Он улыбнулся и наклонился ко мне. Я подумала, что он собирается поцеловать меня, но он не сделал этого. Возможно, он увидел вспыхнувшую в моих глазах тревогу. Мне нужно скрывать свои чувства. Элис уже что-то заметила. Я должна быть уверена, что больше не заметит никто… особенно Фабиан.
События того дня отчетливо сохранились в моей памяти.
Очень скоро я смогла увидеть айю, поскольку она так же жаждала встречи со мной, как и я.
Я успокоила ее:
— Все в порядке. Мы постараемся не допустить этого, но необходимо быть осторожными. Ни в коем случае нельзя выдавать то, что мы собираемся, сделать. — Она грустно кивнула. — Сэр Фабиан проследит, чтобы все было в порядке. Вы должны выполнять все точно так, как вам скажут, не говоря никому ни слова.
Она кивнула вновь.
— Сейчас? — спросила она.
— Я скажу вам, когда мы будем готовы. Пока же вы должны вести себя так, как будто ничего не произошло.
Я знала, что она так и поступит. Она была в ужасе от того, что может случиться с ней, если Большой Хансам когда-либо обнаружит, что она была вовлечена в заговор, подрывающий его авторитет.
Позже в тот день прибыл Том Кипинг.
Фабиан вызвал Дугала и меня в кабинет и сказал, что мисс Филрайт тоже должна прийти, поскольку ее помощь может понадобиться, и теперь, когда она обручилась с Томом, она будет участвовать вместе с нами.
Было очевидным, что Том уже знал — Элис приняла его предложение. Его довольный вид подавляли дурные предчувствия, связанные с обстановкой.
— Садитесь, — сказал Фабиан. — И вы тоже, мисс Филрайт. Вы слышали о том, что произошло? — Он вопросительно посмотрел на Элис.
Элис подтвердила, что она уже знает.
— Мы должны выкрасть девушку из дома. Том проследит за этим. Существует несколько маленьких домиков, принадлежащих Компании, куда всегда может поехать кто-то из ее членов, если возникает необходимость спрятаться. Они используются в сельской местности как небольшие гостиницы. Тот, кто хочет на некоторое время скрыться, всегда может приехать туда как путешественник, не привлекая особого внимания. Том, расскажи о своем плане.
— Мы собираемся вызволить индийскую девушку из опасности, — сказал Том. — Конечно, можно было запретить обряд, обратившись к закону. Это то, что я предложил бы в обычных условиях. Но мы считаем, что это неразумно при взрывоопасной обстановке в настоящее время.
Фабиан пояснил:
— Я уверен, что и мисс Делани, и мисс Филрайт обе осознают растущее здесь среди людей напряжение. Наши враги распространяют среди сипаев слухи о том, что используемые ими пули смазаны жиром коров и свиней, которых они считают нечистыми. Они думают, что мы пытаемся, оскорбляя их, подавить их древние обычаи. Несколько пожаров началось в Барракнуре29. Прошу прощения, Том, что я отклоняюсь от темы, но я думаю, что для юных леди важно понять серьезность ситуации и то, почему мы должны действовать таким окольным путем. Имелись вспышки восстания, которые мы подавили, но по Ауду30 и Банделькхувду31 ползут слухи, подрывающие наш престиж. А теперь, Том, продолжай.
— У нас относительно Хансама есть большие подозрения. Он человек, который кажется способным возглавить людей. Именно из-за его присутствия в доме мы нужно действовать с величайшими предосторожностями, и мы с сэром Фабианом пришли к заключению, что пока не удостоверимся в его намерениях, мы должны сосредоточиться в данный момент больше на спасении жизни девушки, чем на соблюдении законности. Поэтому наш план заключается в способе выручить Рошанару из беды.
— Как? — спросил Дугал.
— Забрав ее отсюда.
— Вас увидят, когда вы будете уезжать, — сказал Дугал.
— Нет, если мы сделаем это так, как придумали. Она не уедет, пока не стемнеет.
— Ее могут хватиться в доме Хансама, — сказал я.
— Мы надеемся, что там полагают, будто она осталась одна в своей комнате, убитая горем от потери своего мужа. Согласно традиции она должна была бы проводить последнюю, как они считают, ночь на земле в медитации и молитве. Для этого они оставят ее в одиночестве. Все, что она должна сделать, это выскользнуть из своего дома, но не входить в этот. Она пойдет в бельведер.
