— Да, пожалуйста! — просияла Тэнди.
— Скажите ему, куда мы едем и почему.
— Разумеется. А теперь, дамы, прошу вас сесть.
— Сесть? — чуть не взвизгнула Ева. — Некогда нам рассиживаться. Ехать надо!
— Эти вещи так быстро не делаются. Присаживайтесь поудобнее, пока мы принесем вам пальто и прогреем машину. Тэнди, разве вам не хочется самой поговорить с Аароном?
— Да-да, спасибо, я с ним поговорю. Соммерсет вынул из кармана сотовый телефон и подал ей.
— Я сейчас свяжусь с акушеркой и вернусь через минуту с вашими пальто.
Недостатков у Соммерсета была неисчислимая тьма, но Еве пришлось признать, что действует он эффективно. Не прошло и четверти часа, как они уже выезжали в ворота. Все, включая Соммерсета, севшего в машину по настоянию Мэвис и Тэнди.
Шел непрерывный разговор — о раскрытии шейки матки, о схватках, о точках фокусирования, о кормлении грудью. Ева с ностальгической тоской вспоминала о том, как совсем недавно выезжала с группой захвата на задержание. Полицейские, профессиональный разговор, возможность смерти или увечья.
Это куда меньше травмировало психику.
Дважды за время поездки Леонардо приходилось свешивать голову между колен. Ева не могла его за это винить.
— Я высажу их у входа, а потом буду искать место для парковки, — сказал Рорк, бросив взгляд на Еву. — Я не поеду до самой мексиканской границы. Поставлю машину и вернусь. Честное слово.
— Просто помни: если не вернешься, я тебя разыщу и руки-ноги поотрываю.
— Учтено.
В приемном покое их приветствовали две жизнерадостных медсестры с блестящими глазами, и Ева вздохнула было с облегчением, передавая свою ношу с рук на руки, но ее радость была недолговечной.
— Ты должна пройти с нами.
— Пройти с вами? — Она уставилась на Мэвис. — Леонардо…
— Он должен нас зарегистрировать. — Мэвис схватила Еву за руку и уцепилась за нее. — Ты должна быть с нами. Ай!
Теперь Ева поняла, что происходит, и взглянула на Соммерсета.
— У нее опять схватка.
— Да, именно так и бывает. Идите с ней. Я приведу Леонардо и Рорка.
Ей казалось, что это неправильно и несправедливо. Почему она должна оставаться наедине с этим хотя бы ненадолго? Но рука Мэвис буквально приклеилась к ее руке, а медсестры уже вели их куда-то.
— Ты не собираешься что-нибудь выкинуть до того, как остальные члены команды будут здесь?
— Нет, вряд ли.
— Времени у нас полно. — Медсестра Мэвис улыбнулась Еве. — Меня зовут Долли, и я позабочусь о вас, Мэвис. Рэнда будет здесь с минуты на минуту.
— А меня зовут Опал. Сейчас мы устроим вас в вашей палате и посмотрим, далеко ли вы продвинулись. Что-то я не вижу ваших сумок.
— Их сейчас привезут. — Тэнди нащупала и схватила свободную руку Евы. — Мы были в гостях, когда это началось. Мой приятель… жених… отец ребенка… В общем, он сейчас приедет.
— Мы позаботимся, чтобы его послали прямо к вам. Не беспокойтесь, мамаша. Это у вас обеих в первый раз, верно? И вы подруги, да? И рожать надумали вместе? Ну разве это не здорово?
— Умереть, не встать, — пробормотала Ева.
Глава 22
Она ненавидела больницы. И они могли сколько угодно увешивать выкрашенные в пастельные тона стены картинками с изображением ангелоподобных младенцев, устраивать уютные уголки ожидания со стульями и скамейками, одевать персонал во все цвета радуги. Все равно это была больница: такое место, где доктора и всяческие медицинские инструменты и механизмы завладевают вашим телом и при этом так или иначе обязательно причиняют вам боль.
Благодаря звездному статусу Мэвис ее поместили в родильную палату, больше напоминавшую номер люкс в роскошном отеле. Тэнди, купавшуюся в лучах отраженной славы, поместили в столь же роскошную палату напротив по коридору.
Ева надеялась, что, определив своих подопечных на их новые квартиры, она может считать себя временно свободной, но эти надежды разлетелись в прах. Мэвис согласилась разжать тиски, которыми сжимала ее руку, только при одном условии: если Ева обещает пойти к Тэнди, проверить, как она там, и тут же вернуться назад.
— Мы с Леонардо собирались вместе ей помогать, но теперь мы обе перешли на обратный отсчет. И у нее никого нет и не будет, пока Аарон сюда не доберется.
Ева поняла, что должна обращаться с обеими женщинами, как с опасными ранеными животными. Она осторожно погладила стиснутую, с побелевшими костяшками руку Мэвис.
— Конечно, без проблем. Я все сделаю.
Она пересекла коридор, открыла дверь и увидела совершенно голую, чудовищно беременную женщину, которой помогали надеть короткий голубой халатик.
— Господи! — Ева зажала глаза ладонью. — Прошу прощения. Мэвис хотела убедиться, что с тобой все в порядке.
— О, обо мне не беспокойся. — Голос Тэнди звучал беспечно и жизнерадостно. — Тебе сейчас надо быть с ней.
— Без проблем. Я ухожу.
— Ой, Даллас, погоди! Ты не могла бы еще раз позвонить Аарону? Просто хочу убедиться, что он уже едет.
— Запросто. — Ева пересекла коридор в обратном направлении, открыла дверь и была вознаграждена видом голой беременной Мэвис. — О господи, ради всего святого, и почему никто не прикроет этот срам?
Мэвис захихикала, пока Долли накидывала на нее розовый халат.
— С Тэнди все в порядке? А Леонардо скоро будет? А Аарон?
— С ней все в порядке. Я проверю.
Ева выбежала в коридор, словно спасаясь от пожара. Там, в относительной безопасности, она удостоверилась, что Аарон наконец-то сел в такси, а Леонардо только что закончил возню с регистрацией.
— Смелее, — сказала она себе и вернулась к Мэвис.
— Смотри, я на мониторе! — Мэвис сидела на кровати, вся раскрасневшаяся от возбуждения. — Видишь, это сердцебиение ребенка, а вот эта штука — для измерения схваток.
Долли со щелчком натянула на руку гигиеническую перчатку.
— Сейчас мы проверим расширение шейки матки.
«Господи, сжалься надо мной».
— Я буду в коридоре.
— Нет, не уходи!
Мэвис вытянула руку. Ева обреченно взяла подругу за руку, а Мэвис тем временем развела ноги и приняла гинекологическую позу.
— Леонардо уже поднимается, — сообщила Ева, старательно устремив глаза на лицо Мэвис и никуда больше.
— Около трех сантиметров, — объявила Долли. — Времени у вас полно, так что расслабьтесь. Дайте мне знать, могу ли я вам что-нибудь принести. А вы — Даллас, верно?
— Да.
— Что я могу вам принести?
— Огромный бокал вина.
Долли засмеялась.
— Нет-нет, никакого алкоголя, пока ребенок не родится. Вот когда родится, мы все за него выпьем и тост скажем. Может быть, чашечку чая?
Ева хотела попросить кофе, но вовремя вспомнила, что больничная бурда ничем не лучше той, что дают в полицейском управлении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
