Читаем без скачивания Призраки пропавшего рейса - Беар Гриллс

— Исключено. Офицер по оперативным вопросам на этом судне я. Вся связь через меня.

— Повторяю: дайте мне мистера Джегера.

— Отказать. Вся связь через меня, — повторил Рафф.

Джегер увидел, что первый «Черный Ястреб» открыл огонь. Он это сделал, используя ГАУ-19, свою наводящую ужас шестиствольную пятидесятимиллиметровую пушку-пулемет системы Гатлинга. Во время трехсекундной очереди воздух под вертолетом почернел от использованных гильз. За эти три короткие секунды он выпустил около ста способных пробить даже броню патронов, каждый размером с кисть маленького ребенка.

Эти очереди прошили воздух в добрых трехстах ярдах от кабины экипажа, но их смысл был кристально ясен: мы можем изрешетить ваше судно так, что от него останутся одни клочья.

— Следующая очередь придется в ваш корпус, — пригрозил командир «Черного Ястреба». — Дайте мне поговорить с Джегером.

— Невозможно. Джегера на борту «Эйрландера» нет.

Рафф тщательно подбирал слова. Строго говоря, это было правдой — Джегера там действительно не было.

— Слушайте меня очень внимательно, мистер Раффара. Мой штурман обнаружил пригодный для посадки участок земли в ста пятидесяти километрах к востоку, в квадрате 497865. Я приказываю вам приземлиться там. И имейте в виду, когда вы это сделаете, вам придется предъявить мне всех членов своего экипажа до единого. Как меня поняли?

— Временное прекращение связи.

Джегер услышал сигнал входящего сообщения на своем телефоне: «Что ему ответить?»

Джегер быстро набрал ответ: «Если они нас посадят, нам конец. Всем. Сопротивляйся».

— «Черный Ястреб», это «Эйрландер», — снова раздался в трубке голос Раффа. — Наш ответ — нет. Мы продолжаем движение по запланированному маршруту. Мы представляем собой международный экипаж в составе гражданской экспедиции. Не мешайте нам осуществлять полет. Повторяю: не мешайте.

— В таком случае взгляните на открытую дверь нашего ведущего судна, — ответил командир «Черного Ястреба». — Видите эту фигуру? Это один из ваших обожаемых индейцев. В качестве бонуса у нас есть и несколько человек из вашей экспедиции.

Джегер лихорадочно обдумывал ситуацию. То, что на борту «Черного Ястреба» находились амагуака и кто-то из его людей, означало, что враг окружил одну из засад и захватил как минимум несколько человек живыми. Использовав место, где недавно находился «Ju-390», в качестве посадочной площадки, было совершенно нетрудно погрузить пленников в вертолет.

— Я думаю, кое-кто из вас может знать этого дикаря, — насмешливо произнес командир «Черного Ястреба». — Его имя означает «большая свинья», и оно ему очень подходит. Смотрите, как он умеет летать.

Через несколько секунд из первого «Черного Ястреба» выпала крохотная человеческая фигура.

Даже с этого расстояния Джегер видел, что это один из воинов амагуака. Его рот был раскрыт в беззвучном крике, и он быстро исчез в облачной массе. Тем не менее Джегер успел разглядеть украшение из коротких перьев у него на шее — гвайраг’ваджу, — каждое перо которого означало убитого в бою врага.

Тело брата Пурууэхи скрылось из виду, и Джегер почувствовал, как в его груди вскипает слепая ярость. Гвайхутига спас Джегеру жизнь, когда ракета разрушила подвесной мост, а теперь поплатился жизнью за попытку Джегера и его людей спасти собственные шкуры. Он в отчаянии изо всех сил ударил кулаком в стену самолета.

— У меня имеется еще несколько дикарей, — продолжал командир «Черного Ястреба». — Если вы по-прежнему настаиваете на отказе изменить курс и направиться в квадрат 497865, мы каждую минуту будем выбрасывать по одному человеку. Ах да, члены вашей экспедиции отправятся вслед за индейцами. Делайте то, что вам приказано. Измените курс. Минута пошла.

— Временное прекращение связи.

Телефон Джегера снова запищал: «Что ответить?»

Джегер перевел взгляд на Дейла и Нарову. Что, черт возьми, он мог ответить?

Нарова помахала ему сумкой, полной документов.

— В этом самолете имеется кое-что, что они хотят заполучить, — объявила она. — Им это необходимо. Они не могут нас сбить.

Пальцы Джегера замерли над клавиатурой «Турайи». Ему трудно было решиться набрать этот ответ, но он знал, что обязан это сделать. Преодолевая подступающую к горлу тошноту, он написал: «Самолет им нужен целым. Они нас не собьют. Не подчиняйся. Сопротивляйся».

— Мы продолжаем полет по намеченному курсу, — услышал он голос Раффа. — И имейте в виду: мы ведем видеосъемку и в режиме онлайн передаем запись на сервер, где видео тут же загружается в Интернет. — Разумеется, не все из этого было правдой, но это был классический пример импровизации и блефа, к которым любил прибегать Рафф. — Благодаря этой съемке вас привлекут к суду и вам придется отвечать за свои преступления…

— Бред собачий, — перебил его командир вражеского вертолета. — Ты что, не понимаешь, кретин, что все наши вертолеты без опознавательных знаков? Нас невозможно привлечь к суду, потому что нас не существует. Или ты считаешь, что кто-то сможет предъявить обвинение призракам? Ты идиот. Делай, что тебе приказано, или принимай на себя ответственность за последствия. Эта кровь на твоих руках.

Еще одна фигура выпала из вертолета.

Пока человек падал в бездну, Джегер пытался защититься от мысли о разбивающемся насмерть Пурууэхе. Было невозможно определить, кого из индейцев выбросил из вертолета его экипаж, но смерть оставалась смертью, а убийство убийством.

Мозг Джегера готов был взорваться от отчаяния.

Сколько крови ему придется взять на свою совесть…

— Пока все идет отлично, — продолжал командир «Черного Ястреба». — Мы использовали двоих из имеющихся у нас дикарей. Остается еще один. Вы собираетесь исполнять мой приказ, мистер Раффара, или этому последнему тоже придется немного полетать?

Рафф не ответил. Если бы он изменил курс и посадил «Эйрландер» — а также «Ju-390» — в указанном квадрате, погибли бы все без исключения. Во время занятий по крав-мага и Рафф, и Джегер узнали, какие два приказа нельзя исполнять никогда и ни при каких обстоятельствах. Нельзя было соглашаться на то, чтобы тебя перевозили или как-либо иначе перемещали в другое место, а также на то, чтобы тебя связывали. И первое, и второе означало катастрофу и никогда ничем хорошим не заканчивалось.

Джегер отвел глаза, стараясь не смотреть на то, как третья фигура беспомощно размахивает руками, рассекая залитое солнечным светом синее небо и как будто пытаясь схватиться за разреженный воздух. Мозг Джегера пронзило воспоминание — Пурууэха, рассказывающий ему о том, как часто он летал, как топена, большой белый ястреб, парящий над горами.

«Я много раз летал высоко, как топена, — сказал ему тогда Пурууэха. — Я летал к дальним горам и видел далекие земли».

Это воспоминание было настолько мучительным, что Джегеру показалось: еще немного — и он не выдержит.

— Итак, мистер Раффара, теперь нас ждет самое