«искренняя беседа», все обстоит еще хуже. Единственная причина почему мы еще на одной стороне в том, что я разделяю ваши конечные цели, но вот методы сотрудничества нам еще предстоит обсудить.
— Много болтаешь, — хмыкнул Арс и посмотрел на часы.
— Сам сказал, у нас полно времени, — кивнул я и не спеша перебрался на переднее сидение седана, откинул спинку и устроился поудобнее.
— Не настолько, — недовольно сказал Арсений, — вертушка будет тут через тридцать минут.
Я чуть оживился.
— Вот, — довольно указал я пальцем на здоровяка, — можешь же когда хочешь. Почему вот нельзя было сказать сразу? Глядишь, и ребята твои по периметру выживут. Ты ведь не приказывал им стоять насмерть?
— Приоритет сдерживание и замедление врага, — чуть приоткрыл текущую обстановку Арсений, — если все пройдет гладко, эвакуация следом за нами на второй вертушке.
— Славно, — кивнул я, — так общаться мне нравится больше. Слушай дальше, и ты тоже оценишь, как полезна взаимная коммуникация. Вы с Олежкой меня обманули и отказывались отвечать даже на банальный вопрос, когда вылет в Лондон.
— Завтра.
— Теперь уже знаю, спасибо. Слушай дальше, сам просил и причину, и последствия. Я не думал покидать остров, я же себе не враг. Просто решил поискать информацию сам.
— Во вражеских боярских стенах?
— Называй как хочешь. Важнее результат. Я был на тайной базе Скрябиных.
Брови Арсения дернулись в удивлении, и здоровяк заинтересованно подался вперед.
— На настоящей? — не веря своим ушам переспросил Арсений.
— Настоящей. Один вход находится под особняком Скрябина, но судя по услышанному внутри, есть другие. База спрятана под землей и защищена боярскими кровными печатями высшего порядка. Точные размеры неизвестны. Учитывая, что над ней работал Бутурлин, это может быть целая сеть. Внутри два крыла. Одно с тоннелем эвакуации, через который мы и выбрались с острова. Второе крыло предположительно исследовательское. Полагаю, что-то связанное с нелегальными артефактами. В доказательства есть диктофон одного из внутренних сотрудников и надежный свидетель, который может дать показания, — максимально четко и доходчиво изложил я.
С каждым моим словом скрытая внутренняя ярость Арсения постепенно стихала и к концу совсем исчезла.
— Свидетель это она? — кивнул в сторону женских голосов Арсений, — даст показания?
— А какой у Лены выбор? Только ей надо обеспечить защиту и иммунитет. Бояре ее по какой-то причине дистанцировали от дел и собирались сегодня использовать на допросах. А после того, что Лена видела сегодня, ее не оставят в живых.
Арсений вновь нахмурился, размышляя над моими словами.
— Дам ответ только когда сам ее проверю, — безапелляционно заявил Арс.
— Идет. Только учти два момента. Первый, она не только ценный свидетель, но и ключ внутрь базы Скрябиных. Без нее никаких шансов туда попасть нет.
— Учту, — хмыкнул Арсений, — а второй момент?
— Елена Скрябина полетит завтра с нами, — заявил я свое условие.
Весь разговор пошел немного не по плану из-за вмешательства сраного Коновницына. Поэтому я утратил инициативу и не могу диктовать Арсению все свои условия, как планировал изначально.
Все же, как ни крути, людские потери Арсения выравнивают наш бартер-баланс и требовать что-то становится сложнее. Ведь единственный козырь, который у меня остался это мое участие в операции в Лондоне.
Без меня им не добраться до сестры.
Не люблю действовать без запасного плана, но выхода нет.
— Исключено, — жестко ответил Арсений, — отряд собран и сбалансирован. Мы туда летим с конкретной задачей и четким ограничением по времени в два дня.
— Меня устроит вариант оставить Лену в аэропорту, отеле, да хоть в транзитной зоне или сумке от багажа.
— Да плевать я хотел, что тебя устроит, Марк. Это невозможно и точка. Есть четкий состав с конкретными задачами. Мы и так выбились из всех возможных планов и риски куда выше изначально прогнозируемых.
— С конкретными задачами, да? — зацепился я за слова Арсения, — хочешь сказать, я единственный в команде, кто ничего не знает?
— Не начинай, Марк. Тут ты меня злодеем не выставишь, особенно после всех моих усилий по инъекции. Да и ты сам сбежал с острова и пропустил дневной вводный инструктаж и знакомство с командой.
— За инъекцию спасибо, работает прекрасно, — искренне поблагодарил я, — но вот во втором мы опять расходимся во мнениях. Ты считаешь, что я сбежал с острова, я же считаю, что про инструктаж надо было сказать. Знаешь, как это делается? Словами через рот.
— Чего ты хочешь? Извинений? — усмехнулся Арсений, — обойдешься. Я не буду извиняться перед зеленым малолеткой за то, что действовал по протоколу. Ты вообще кем себя возомнил? Это принятое мной решение с учетом обстоятельств на тот момент. Я бы поступил так еще сто раз из ста. Кто ж знал, что ты у нас такой… инициативный.
— Ладно, Арс, — примирительно поднял я руки, — давай договоримся. Ты мне даешь доступ к информации, а я не самовольничаю в Лондоне. У нас одна цель и нам обоим важен результат, зачем упрощать боярским свиньям жизнь и мешать друг другу?
— Лондона мало, парень, — серьезно ответил Арсений, — ты погряз в этом всем так глубоко, что я не могу тебя отпустить.
— Вербуешь зеленого малолетку? Хочешь сделать из меня своего агента на острове врага? Богдановой и Олежки мало?
— Если хочешь доступа к информации, то только так.
— Опять военные клятвы, — вздохнул я.
— Тебя же самого это от многого защитит. От тех же имперцев. Одно мое слово и тот инцидент в поместье Бутурлина станет моей секретной спланированной операцией. От суда тебя это не укроет, но пережить открытые допросы тебе станет куда проще. Ведь все зависит от вопросов, которые тебе будут задавать, не так ли?
А вот и долгожданный пряник от Арсения. Я уж думал у него нет полномочий предлагать подобное. Ведь насколько я смог понять ситуацию, Арсений возглавляет обособленную ячейку. Она хоть и поддерживается Императором,
