Рейш поднялся на переднюю палубу. В полумиле виднелись невысокие холмы, дальше простирались болота. Высадиться на краю трясины — не очень приятная перспектива... К радости Рейша ветер переменился — теперь он дул с востока, и корабль медленно повернул на запад; возможно, его также подгоняло слабое течение. Повернув сканскоп, Адам заметил далеко на западном побережье цепь странных возвышенностей, неровных выступов.
Внизу послышался шум голосов, сердитые восклицания, затем тяжелые гулкие шаги. На палубу вышел ваннэк, следом спешили Траз и Анахо. Существо на мгновение задержало взгляд на Рейше, будто хотело его запомнить, затем медленно повернулось и оглядело горизонт. Неожиданно — так быстро, что Рейш не смог бы ему помешать, даже если бы захотел, — ваннэк устремился к борту, странно пошатываясь, словно неотлаженный робот, и бросился в воду. Мелькнула блестящая черная шкура, и существо скрылось из виду.
Какое-то время Рейш следил за поверхностью озера, но ваннэк бесследно исчез. Час спустя, желая узнать, как близко они подошли к берегу, Адам направил сканскоп на запад — и у него похолодело в груди. То, что он принял за возвышенности или утесы, оказалось башнями из черного стекла. Впереди высился огромный город-крепость ваннэков. С надеждой, рожденной безысходным отчаянием, Рейш стал рассматривать северные болота; теперь они казались надежным и безопасным укрытием.
Из моря черной жижи выступали островки жесткой белой травы. Рейш спустился вниз и принялся искать какой-нибудь материал для плота, но поиски ничего не дали. Обивка дивана была намертво прикреплена к каркасу и отрывалась кусками. Спасательной шлюпки на борту не оказалось. Адам вернулся на палубу и попытался придумать, что делать дальше. К нему подошли локхары: мрачные лица, рубашки пшенично-янтарного оттенка, белые волосы развеваются на ветру, открывая блестящую черную кожу.
— Ты знаешь, что это? — обратился Рейш к Зарфо.
— Должно быть, Ао-Хаха.
— Если нас поймают, что нас ждет?
— Смерть.
Приближался полдень. Солнце разогнало дымку, закрывавшую горизонт. Впереди отчетливо вырисовывались башни Ао-Хаха.
Их заметили. На воду спустили баржу, и она помчалась вперед, оставляя за собой белые буруны. Адам поднял сканскоп. На палубе стояли субваннэки, мужчины с мертвенно-бледной кожей и аскетически мрачными лицами. Попробовать оказать сопротивление? Попытаться захватить их судно? Скорее всего, такая попытка окончится полной неудачей.
Слуги ваннэков забрались на корабль. Игнорируя Рейша, Траза и Анахо, они приказали локхарам:
— Всем спуститься на баржу. Оружие есть?
— Нет, — пробурчал Зарфо.
— Тогда пошевеливайтесь. — Тут они обратили внимание на Анахо. — Кто тут? Субдирдир? — Субваннэки удивленно засмеялись. Потом осмотрели Адама с ног до головы. — А это что за порода? Странная компания! Ну-ка, на баржу, быстро!
Впереди, сгорбившись, шли локхары. Они знали, какая участь им уготована. За ними шагали Рейш, Траз и Анахо.
— Всем выстроиться на палубе у борта! Повернуться спиной! — субваннэки вытащили оружие.
Локхары безропотно повиновались. Рейш не ожидал, что прислужники решатся на такое хладнокровное убийство. Охваченный яростью, ругая себя за то, что сразу не оказал сопротивления, он крикнул:
— Неужели мы так просто позволим убить себя? Сразимся с ними!
— Быстрей! — лающими голосами выкрикнули слуги ваннэков. — А то будет хуже! К борту!
Возле баржи забурлила вода. На поверхности появилась черная массивная фигура. Раздались четыре звучных аккорда.
Субваннэки вздрогнули, на мгновение сквозь маску бесстрастия проглянула досада. Они махнули пленникам.
— Спуститься в трюм!
Баржа вернулась в огромную черную крепость. Прислужники что-то недовольно бормотали друг другу. Судно миновало дамбу и, притянутое мощным магнитом, само пристало к пирсу. Пленников вывели на берег и повели к воротам Ао-Хаха, главной базы ваннэков.
Глава 15
Блеск темного стекла, голые стены, широкие полосы черного бетона, гигантские блоки, тяжелая масса камня в сочетании с открытым пространством — полное отрицание органики. Архитектурный стиль, который предпочитали ваннэки, показался Рейшу бездушно утилитарным и абстрактным. Тупик — со всех сторон их окружали черные бетонные стены.
Раздалась команда:
— Стоять! Всем оставаться на месте!
В любом случае выбора у пленников не было; они выстроились вдоль стены, подавленные и потрясенные пережитым.
— Вода здесь. Справлять нужду в корыто. Вести себя тихо, не шуметь! — Субваннэки ушли, не оставив охраны.
— Но нас даже не обыскали! — удивился Адам. — При мне оружие!
— Отсюда недалеко до ворот, — сказал Траз. — Неужели вы собираетесь просто стоять, пока нас не убьют?
— Мы не доберемся до выхода, — прорычал Зарфо.
— Значит, будем покорно ожидать своей участи, как скот?
— Именно так я и поступлю, — заявил Белдже, бросив на Рейша взгляд, полный горечи и укоризны. — Я никогда не вернусь в родной Смаргаш, но, возможно, мне сохранят жизнь.
Зорофим хмыкнул.
— Сохранят жизнь, бросив в шахты?
— Это всего лишь слухи.
— Человек, попавший под землю, больше не увидит солнца. Там царство пнумов и их отродий-полулюдей. Они любят устраивать засады и играть в кошки-мышки со своими жертвами. Если нас не казнят, то отправят работать в шахту.
— И все из-за жадности и нелепого безрассудства какого-то свихнувшегося чужака! — запричитал Белдже. — Да, Адам Рейш, тебе за многое придется ответить!
— Замолчи, трус, — спокойно произнес Зарфо. — Никто тебя не заставлял идти вместе с нами. Вина лежит на нас. Нам всем надо стыдиться: Рейш полностью положился на наше умение, а мы показали себя недостойными такого доверия.
— Каждый сделал, что мог, — вмешался Адам. — План был рискованным, мы потерпели неудачу. Вот и все... Теперь о возможности побега: что-то не верится, что нас оставили без всякой охраны, предоставив полную свободу действий.
Джаг Джаганиг невесело хмыкнул.
— Здесь ты не прав. Помни, для прислужников ваннэков мы — животные, лишенные разума.
Рейш повернулся к Тразу; способности юноши кочевника не раз изумляли его.
— Ты смог бы довести нас до ворот?
— Не знаю... Быстро — вряд ли. Тут столько разных поворотов. Я плохо ориентируюсь в закрытом пространстве.
— Тогда лучше оставаться здесь... Там, где нельзя действовать силой, попробуем выкрутиться с помощью языка.
Прошел день; бесконечно тянулась ночь. Две луны создавали причудливые узоры на земле и стенах крепости. Холодным утром измученные голодом, охваченные возрастающим беспокойством из-за полного отсутствия внимания тех, кто должен решить их судьбу, даже самые нерешительные и трусливые из локхаров поневоле начали размышлять, где находится выход на свободу, и осторожно выглядывали из места заточения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
