Читаем без скачивания Три недели в Советском Союзе - Александр Абердин

— Господин Арафат, эту видеосъёмку я делал двадцать четвёртого февраля две тысячи десятого года на Северном Кавказе. Вы видите на этом экране моих друзей. — Он рассказывал кто есть кто и когда взорвалась боеголовка американской ракеты, спокойным голосом сказал — Жаль, что я держал вот эту видеокамеру в руке, господин Арафат, а то бы вы увидели, как на мне сгорела вся одежда. Этот крик, который вы слышите, мой крик ужаса. Я не смог сдержаться. — Когда фильм закончился — Он пояснил с глубоким вздохом — Теперь вы понимаете, господин Арафат, почему Аллах послал меня в прошлое. Я не хочу показывать этот фильм израильтянам сейчас. Может быть покажу его им позднее. Если вы последуете моему совету, то поможете мне спасти мир и тогда Аллах воздаст вам за это сторицей. Я обеспечу палестинцам счастливую и безбедную жизнь, а для этого вам только и нужно, что жить мирно рядом с вашими братьями по крови, господин Арафат, ведь палестинцы и евреи семиты одного корня и вас разделяет только религия. Фактически вы будете жить в одном государстве, хотя у вас и будет своё собственное государство в государстве со всеми атрибутами власти, вот только служить палестинцы будут в армии Израиля. Мы инвестируем в развитие вашей экономики десятки миллиардов рублей, господин Арафат, построим на вашей территории сотни гостиниц, в которых вы будете принимать миллионы туристов и поэтому нищета и безработица вам не будут угрожать. Единственное, что от вас требуется, это перестать ненавидеть евреев. Любить их я вас не заставляю. И тогда вы сможете, наконец, отказаться от вашей привычки каждую ночь спать в другом месте, обзаведётесь хорошим, красивым домом и будут руководить своим государством. Скажите мне честно, вас устраивает именно такая перспектива?

Ясир Арафат развёл руками и ответил:

— Как я могу противиться воле Аллаха и отказываться принимать помощь его посланника? Скажите, раффи, вы останетесь с нами или как только ваша миссия здесь закончится Аллах заберёт вас к себе? Мне нужно знать это для того, чтобы объяснить всё своим сподвижникам. Разумеется, кроме того, что вы посланник Аллаха я им ничего не скажу, иначе они начнут задавать множество лишних вопросов.

Сергей грустно улыбнулся, покивал головой и с притворно тягостным вздохом ответил палестинцу:

— Ах, дорогой мой друг, Аллах не так благоволит ко мне, как к другим своим детям. Мне придётся ещё очень долго и упорно трудиться, чтобы выполнить его волю, но я верю, что и мне за это воздастся. Такова воля Аллаха. Друг мой, на вас также возложена Аллахом особая миссия. Вы должны сделать свою Палестину светским исламским государством и стать для всего мусульманского мира провозвестником новых идей. Каких именно, вы сами вскоре поймёте. Сейчас в мусульманском мире понемногу набирают силу сторонники исламского фундаментализма, которые считают своим главным врагом Америку и Израиль. Это очень опасное направление и позднее, уже в Израиле, я покажу вам, к чему это привело в конечном итоге. Вот тогда мы вместе с вами и сформулируем тезисы этих новых идей. Я взял с собой в дорогу семерых мусульман из Советского Союза. Они знают, кто я такой и даже более того, они мои преданные друзья. Мы вместе обсудим эти проблемы перед тем, как идти на переговоры с премьер-министром Израиля. Такая возможность у нас будет. Вы согласны стать духовным лидером арабского мира, Ясир?

Ясиру Арафату такое предложение понравилось настолько, что он вскочил на ноги и стал мерить небольшой кабинет шагам, затем подошел к Сергею и спросил:

— Советский Союз будет оказывать мне поддержку?

— Не только Советский Союз, но и Германия, мой друг, Объединённая Германия и если вы пойдёте на то, что Израиль станет федеративным государством, в состав которого войдёт независимая де-факто Палестина, то недалёк тот день, когда его президентом станет палестинец. — Сказал Сергей — Такая возможность будет дана вам по новой конституции Израиля. Именно с таким предложением я обращусь к премьер-министру Израиля и полагаю, что он не отвергнет его с порога. Советскому Союзу есть что предложить Израилю такого, чего ему не предложит Америка.

Ясир Арафат воинственно сверкнул глазами и ответил:

— Я согласен, раффи. Мы можем лететь.

Вскоре они были уже в Тель-Авиве. В аэропорту не смотря на позднее время их встречало много народа, в том числе и премьер-министр Израиля Ицхак Рабин. Сергей как надел на себя в полдень белый фрак, так и прилетел в нём в Тель-Авив и возвышался над коротышкой Ясиром Арафатом, одетым свой обычный полувоенный френч с револьвером в кобуре, как белоснежный туристический автобус над танкеткой. Израильтяне взирали на гордо взирающего на них Арафата с некоторой толикой ужаса в глазах, однако, когда он и советский посланник, окруженные плотным каре немецких и советских спецназовцев прошли по ковровой дорожке к встречающим, Ицхак Рабин смело подошел к ним и поприветствовал, как ни в чём не бывало по-английски, после чего поблагодарил Сергея:

— Господин специальный посланник, я очень признателен вам за то, что вы так быстро отреагировали на мою просьбу. Какие у вас будут предложения, господин посланник?

Сергей тотчас ответил:

— Ваше превосходительство, я хотел бы провести консультации с господином председателем и после этого вместе с ним немедленно прибыть в вашу резиденцию на переговоры. Вы уже решили, где вы нас разместите?

После короткого обсуждения этого вопроса Сергей и Ясир Арафат сели в поданный им «Мерседес», за рулём которого восседал Евгений и вскоре они поехали в Иерусалим в сопровождении охраны. В лимузине Арафат громко рассмеялся и с видимым облегчением воскликнул:

— Я думал, что по нам немедленно откроют огонь!

Лёва, сидевший вместе с ними, успокоил его:

— Не волнуйтесь, товарищ Арафат, я закрыл бы вас собой.

Ясир Арафат, который уже знал, что капитан Гинзбург еврей, с уважением в голосе сказал:

— Нисколько в этом не сомневаюсь и обещаю вам, что палестинцы перестанут нападать на израильтян. Ведь вы именно поэтому готовы отдать за меня жизнь.

Лёва молча кивнул головой. В Иерусалиме в их распоряжение был предоставлен небольшой, но очень уютный отель, в котором они могли бы разместиться с комфортом, но вместо этого сразу же отправились в конференц-зал. Прежде, чем начать совещание, Сергей раздал всем по голубой капсуле, так как малость взбодриться никому не помешало бы. Может быть именно поэтому они выработали вместе с Ясиром Арафатом программу действий всего за каких-то одиннадцать часов. Причём на двух языках, арабском и английском. Сергей, который был, как всегда, во всеоружии, немедленно распечатал этот текст, который занял тридцать две страницы и председатель ООП подписал все шесть экземпляров Серёгиной ручкой и воскликнул:

— Воистину, раффи, ты послан самим Аллахом! Ещё никогда я не видел так ясно, что мне надлежит сделать для своего народа.

Он протянул ему «Паркер» с бриллиантом в четыре карата, но Сергей, вежливо поклонившись, сказал:

— Мой дорогой друг, оставьте себе эту ручку на память, как мой подарок, который я делаю вам с чистым сердцем. По воле Аллаха эта ручка заменит всем палестинцам автоматы Калашникова и в ваших руках она будет куда более действенным оружием. Ну, что же, теперь нам есть о чём говорить с господином Рабином и я думаю, Ясир, что после того, как он прочитает ваше программное заявление о путях развития исламского мира, уже не советские и немецкие офицеры будет охранять вас, а агенты «Моссад». Вы делаете огромную услугу всей западной цивилизации, взяв на себя роль лидера исламского мира.

Командир немецкого отряда спецназа, которого Сергей также дал посмотреть полуторачасовой фильм об арабских террористах, сразу же с солдатской прямотой сказал:

— Господин президент, этого не потребуется. Моё командование направило меня вместе с моими людьми в Израиль для того, чтобы я исполнил любой приказ вашего друга. Полагаю, что он прикажет мне охранять вас до тех пор, пока всё не устроится.

Сергей не ошибся в своих предположениях. Когда премьер-министр Израиля прочёл программное заявление Ясира Арафата, а он сделал это очень быстро, то сразу же спросил:

— Господин председатель, этот документ можно огласить немедленно, ещё до начала наших с вами переговоров?

Ясир Арафат быстро вошел в роль политика. Он вальяжно кивнул головой и с широкой улыбкой ответил:

— Разумеется, господин-премьер министр. Иначе зачем бы я тогда его подписывал? Этот документ рождён по воле Аллаха и теперь я не отступлюсь от своих слов никогда.

После этого переговоры пошли, как по маслу. Израиль без какого-либо скрипа отдавал под руку Ясира Арафата даже куда большую территорию, нежели спустя годы интифады и даже согласился на то, что большая часть Восточного Иерусалима также отойдёт палестинцам. Удивляться этому не приходилось, ведь Израиль и Палестина становились федеральным государством с единой столицей — Иерусалимом и имели одну на двоих армию, равно как и одну полицию. После восьми часов переговоров Ясир Арафат всё же скис и сказал, что он не спит уже третьи сутки. Сергей, который выглядел малость пободрее, был с ним полностью солидарен, хотя и согласился поговорить полчаса с Ицхаком Рабином. Как только председатель ООП ушел на подгибающихся от усталости ногах, премьер-министр спросил его: