Так что...
Мы с Ником долго гуляли по главной набережной Бристана, теплой даже снежными миранскими зимами. Целовались, держались за руки, словно помолодев сразу на много лет.
А потом я поняла... Что хочу чего-то большего. Хочу этого мужчину, такого манящего, такого... источающего спокойную теплую энергию. Что он мне не просто нравится, как медик, временный руководитель и заслуживающий мое уважение разумный.
Николас понял меня без слов, взял в охапку и повез... нет, не в дом, в котором мы жили. А в небольшие однокомнатные апартаменты, которые мужчины использовали, когда вынуждены были не вылетать из столицы.
И там...
Там я снова вспомнила, как это быть просто женщиной, которую ласкают, которой хотят доставить столько удовольствия, чтобы она кричала, не сдерживаясь. Чтобы запрокидывала голову, сидя на своем мужчине, ощущая его плоть в себе, его руки на своей коже. Чтобы сгорала до углей от каждого поцелуя, каждого легкого касания. Чтобы отключила все мысли, закидывая ноги на плечи своего любовника. Чтобы чувствовала, как его энергия прошивает тело, проникая с каждым толчком, оседая каплями пота на коже и пряной сладостью на губах. И содрагалась всем телом на пике наслаждения, забывая даже собсвенное имя.
О, космос...
И нет, я ни о чем не жалею. Ни в тот момент, ни в ту ночь, ни на следующее утро.
***
Я прошла в кухонный отсек и решила, что приготовлю обед для нас всех. Обычно этим занимался андроид-помощник, хотя, как я неожиданно для себя узнала, Ликон тоже оказался любителем кулинарии.
С братом Романа сближение шло медленнее всего. Возможно, в силу того что давление его “ауры” еще немного меня пугало. Но в целом мужчина был мне приятен, наверное, в том числе из-за того, что он был внешне почти не отличим от Романа, симпатию к которому я чувствовала еще с начала полета на нашем катере.
У нас даже был небольшой момент... смягчивший меня по отношению к нему, когда я застала миранца в его кабинете с закрытыми глазами после какого-то явно непростого рабочего разговора.
Я тогда молча зашла за его рабочее кресло, положила руки ему на плечи и стала разминать их медленными уверенными движениями.
Миранец тогда практически застонал от наслаждения, а я... меня накрыло его концентрированной “тьмой”, вызывая совершенно нецеломудренные желания. Вот так просто. Хотя я, если честно, даже не думала о чем-то подобном.
-Тяжелый день, - с участием спросила я.
Ликон положил руки на мои ладони, стиснул их, а потом развернулся ко мне и осторожно посадил меня на свои колени. Я сначала охнула, а потом поняла, что никаких негативных эмоций по этому поводу не ощущаю. Обняла мужчину за шею и положила голову на его плечо.
И мой жест казался мне сейчас настолько естественным, словно мы с Ликоном уже давно составляем пару. Я заметила, что и с другими мужчинами постепенное сближение идет словно как-то само.
-Ты ведь знаешь, что я защищаю ваши интересы в переговорах между представителями Мирана, Зитара и Содружества, - спросил у меня миранец.
Да, я знала. И сейчас, когда военное ведомство Мирана расшифровало записи гало-камер с “Нового начала” и данные бортового журнала, а также представило на рассмотрение наши показания и показания Милана Икзона, Романа и Микеля Ройтера комитету по урегулированию юридических споров между планетами Содружества, мы уже несколько дней ждали хоть какой-то ответ. Собранные данные должны были доказать, что обвинения против нашего экипажа - фикция. Тем более, в комитет была предоставлена информация о том, что Миран не просто предоставил нам временное убежище, и мы находимся на его территории в качестве официальных переселенок.
Контракт переселения, кстати, можно было разорвать в одностороннем порядке. Мы не были обязаны здесь жить, пока не сменим гражданство. Хотя, даже после этого мы не обязаны будет здесь находиться. Нас не имеют права держать. Поначалу нас держала на планете угроза Зитара и необходимость Ии и Марии восстановиться. Теперь же...
А хотела ли я теперь улететь? Теперь уже я стала сомневаться в этом желании.
Да и Нава, ради которой я здесь и осталось в первую очередь, меня просто ошеломила во время нашего вчерашнего разговора.
Так, снова я отвлекаюсь.
- Есть новости? - спросила я.
- Запрос отозван, - сообщил Ликон, осторожно и несмело поглаживая меня по спине.
Я повела плечами, но не потому, что хотела, чтобы он прекратил. Просто после ночи с Николасом, в общем... Мое либидо будто взбунтовалось против меня. А мужчины подливали масло в этот пожар, провоцируя меня вот такими выражениями симпатии, как эти объятья или касания, которым я не могла противиться из-за ощущения внутренней нужды в контакте.
- Это же замечательно, - вскрикнула я. Схватила миранца и стиснула его в объятьях от радости. О, космос, неужели обвинения с нас сняты. Как же хорошо - а почему ты не рад?
- Теперь путь для тебя и Навы свободен, - сказал мужчина сухо.
- А если я не уеду? - отозвалась я шепотом, - если я, если я поняла, что здесь...с вами... для меня и дочери это место становится...домом, которого у нас не было много лет. Наве нужно вливаться в социум, она уже влюблена в эту планету и не хочет отсюда улетать, а я... всегда хотела работать в каком-то тихом спокойном месте. На “Начале” мы с дочерью действительно были счастливы, но знали, что рано или поздно это путешествие между планетами длиной в пять лет должно закончиться. Нава взрослеет, на катере ей стало тесно, я тоже это понимала, как и капитан.
-Ты не говорила, - отозвался Ликон, внимательно меня выслушав.
-Ты не спрашивал, - хмыкнула я.
-То есть вы хотите остаться здесь... с нами?
Я замерла, задержала дыхание, а потом медленно кивнула.
Уже знала, что и Ия, и Кира не захотят покидать Миран. Да и Мария, как оказалась, тоже здесь теперь задержится.
А что меня ждет там, на других планетах?
Раньше у нас с Навой никого не было, потом появились капитан Перес, Ия, Кира. Теперь Николас, Роман и Ликон.
Миранец стиснул меня в ответных объятьях. А потом повернул мою голову и приложился губами к моим губам, осторожно пробуя меня, с надеждой на то, что я не отстранюсь.
А я... Я просто не могла отстраниться.
***
Чуть позже на кухне ко мне присоединился и Роман, который в последние дни пропадал в своем управлении.
-Как ты, Полия? - спросил у меня миранец, помогая раскладывать на тарелки фрукты с моего родного Дилоса.
-Хорошо, - нисколько не солгала я.
Мне действительно было сейчас максимально комфортно как душевно, так и физически. Словно я отправилась в неожиданный отпуск, в котором наполняясь силами, в том числе, скорее всего, от энергии окружающих меня мужчин.
Связь между нами, невидимая, но ощутимая, крепла и становилась глубже. Я привязывалась к ним все больше. Все больше задумывалась о том, что действительно могу с ними остаться.
- Ник уже сказал тебе? - Роман осторожно прислонился к моей спине и положил руки на обе стороны стойки, перед которой я стояла.
Я подумала о Нике, о том, что между нами случилось. Сразу запекло и щеки, и уши, даже губы.
- Хотел, наверное, сделать сюрприз, - прошептал миранец, прислоняясь губами к моей макушке.
- Не отвлекай меня, Роман Этель. Я сбиваюсь с мысли - сообщила я строго.
-Так точно, доктор Бар, - хохотнул миранец.
- Так о чем речь?
- Миран предлагает тебе работу, - наконец раскололся Роман, - в медцентре Ника. Старшим медиком со своим ассистентом.
- Очередной бонус от Мирана? - усмехнулась я, - прямо из штанов выпрыгивают как хотят, чтобы я не смогла отказаться.
- Между прочим, тебя наградить собираются. Как и Ника. За ситуацию с лихорадкой, - выпалил миранец и стукнул меня лбом по затылку, - ну вот, я все разболтал. Позор мне, безопасник не выдержал допроса своей женщины.
Про то, что я "его женщина" было сказано так естественно, словно ни у меня, ни у него не было в этом сомнений.
