Читаем без скачивания ВЛАСТЕЛИНЫ МИРОЗДАНИЯ - Филип Фармер

– Где остальные? - спросил Вольф.

Лувах ткнул пальцем. Вольф поглядел и увидел, как оставшиеся из отряда идут вразброд вокруг закругления этого крошечного мира. Он позвал всех и голос прозвучал у него жутко в этой странной атмосфере. Лувах прошел было вперед, но Вольф скомандовал ему остановиться. Следуя указа-ниям Вольфа, Аристон, Тармас, Теорион и Ринтрах образовали восьмигранник с “вратами” в центре. Потом все начали сходиться, сохраняя одинаковое расстояние между собой и двигаясь с равной скоростью. “Врата” раскачива-лись из стороны в сторону, но висели на месте.

После двух минут медленного и терпеливого движения Властелины наконец ухватились за гексагоны. На этот раз Вольф не спросил у Валы в какие “врата” входить. Он направился в левые.Остальные последовали за ним, и физиономии у них тотчас вытянулись. Они стояли на другом цилиндре, и на противоположном конце его виднелась еще пара “врат”. Вновь последовали утомительная погоня и сближение. Вновь Властелины прошли через “врата”, на этот раз правые. И вновь оказались на другом цилиндре.

Так случилось пять раз. Властелины смотрели друг на друга красными усталыми глазами. Ноги у них дрожали от изнеможения, груди болели. Они покрылись потом, горло у каждого пересохло как при самуме в Сахаре, и они едва держались на ногах, цепляясь за гексагоны.

– Так продолжаться больше не может, - заявил Ринтрах.

– Спасибо за откровение, - заметила Вала. - Мог бы для разнообразия высказать что-нибудь пооригинальнее.

– Очень хорошо. Мне ужасно хочется пить, так хочется, что я бы не отказался глотнуть чьей-нибудь крови. Твоей, например.

Вала рассмеялась.

– Только подойди, и я точно проткну тебя этим мечом. Твоя кровь жидковата и дурно пахнет, но не беспокойся, я заткну нос.

– Почему-то мы всегда выбираем “врата”, которые ведут куда угодно, но только не те, которые ведут к Уризену, - сказал Вольф. - Пожалуй на этот раз нам следует разделиться. По крайней мере хоть кто-то попадет к отцу.

Все заспорили, Вала и Лувах молчали. Наконец Вольф объявил:

– Мы с Валой и Лувахом пойдем в одни “врата”, остальные пойдут в другие, так-то вот.

– Почему с Валой и Лувахом? - спросил Теорион. Он подозрительно прищурился, и в его голосе послышались злобные нотки. - Почему с ними? Вы трое знаете что-то, чего не знаем мы? Вы собираетесь покинуть нас?

– Я беру Луваха, потому что он единственный кому я могу доверять, - объяснил Вольф. - А Валу - потому что она среди вас лучший мужчина.

Он оставил Властелинов пререкаться, а сам пошел вместе с сестрой и Лувахом в левые “врата”. Несколько минут спустя во “врата” прошли и остальные. Увидев Вольфа, Луваха и Валу они смутились.

– Но мы прошли в правые “врата”! - заявил Ринтрах.

Вала рассмеялась.

– Похоже отец сыграл с нами еще одну жестокую шутку. И те и другие “врата” ведут на один и тот же цилиндр. Я подозреваю, что они все здесь такие.

– Он играет нечестно! - возмутился Аристон.

При этом Вольф с Лувахом расхохотались, минутой позже и остальные, за исключением Аристона, присоединились к ним.

Когда смех, в котором правда слышались нотки отчаяния, замер, Вольф сказал:

– Может быть я и ошибаюсь, но по-моему каждый из цилиндров в этом… этом кружащемся мире имеет “врата”, и если мы будем также продолжать действовать, то в конце концов пройдем через все, которые есть. Только в таком случае мы умрем раньше, чем отыщем хотя бы намек на истинный путь. Нам следует придумать что-нибудь новенькое.

Наступила тишина. Властелины сидели и лежали на твердом сером металле, а над ними в беззвучной серенаде вращались цилиндры. Близнецы-гексагоны над основаниями цилиндров, казалось, насмехались над ними.

Наконец Вала сказала:

– Я не верю, что ситуация безвыходная. Это не похоже на отца. Он не прекратит игру, пока у нас не останется хотя бы крупица дыхания и силы для борьбы. Он хочет довести нас до агонии и сломить. И он расчитывает - я уверена в этом - что в конце концов мы найдем “врата”, которые приведут нас в его крепость. Он должно быть делает ставку на то, что мы догадаемся в чем дело, и примем решение, и будет разочарован, если мы спасуем. Поэтому я считаю, что нам следует хорошенько подумать. Очевидно “врата” на всех цилиндрах замкнуты между собой, то есть, они ведут друг на друга, если входить в них обычным путем, через ту сторону которая украшена драгоценностями. Но что если “врата” двуполярны? Что если другая сторона приведет нас к цели?

– Я пробовал другую сторону, - сказал Вольф, - как только мы попали сюда.

– Да, ты опробовал входные “врата”. Но проверил ли ты какие-нибудь из двойных “врат” на цилиндрах?

Вольф покачал головой.

– Усталость и жажда лишили меня разума. Я должен был подумать об этом. В конце концов это единственное, что нам остается попробовать.

– Тогда поднимайтесь и пошли, - скомандовала Вала. - Соберитесь с силами, возможно это и окажется выходом из этого проклятого крутящегося мира.

Снова Властелины загнали в тупик близнецов-гексагонов и ухватились за них. Вала первой прошла через сторону не украшенную драгоценностями. Она исчезла, Вольф последовал за ней. Пройдя через “врата” и опять очутившись на цилиндре, он почувствовал что его воодушевление рассеива-ется как вино в вакууме. Потом он увидел на основании “врата” и понял, что они пошли верным путем.

В нескольких дюймах над поверхностью нависал только один гексагон. Но он вращался вокруг своей собственной оси, совершая полный оборот каждые полторы секунды.

К этому времени на цилиндре собрались остальные Властелины, раздраженные тем, что все еще находятся на крутящейся поверхности. Но когда они увидели вращающиеся “врата”, то взбодрились и одновременно пали духом при мысли о выходе и связанной с этим опасностью.

– Почему они вращаются? - слабым голосом спросил Аристон.

– Понятия не имею, братец, - ответила Вала. - Но зная отца, я подозреваю, что “врата” имеют только одну безопасную сторону. То есть, если мы выберем правильную сторону, то пройдем невредимыми! Но если ошибемся… Как видите, ни одна из сторон не инкрустирована драгоцен-ностями, обе выглядят совершенно одинаково и ничем не отличаются.

– Я так измучен, что мне все равно, - заявил Аристон. - Пусть даже смерть - лишь бы избавиться от этих страданий навсегда.

– Так не стоит противиться душевным порывам, - сейчас же отозвалась Вала. - Ты можешь первым испытать “врата”.

Вольф ничего не сказал, но другие присоединили свои голоса к предложению Валы. Однако Аристону похоже уже расхотелось умирать: он запротестовал, говоря, что не настолько глуп, чтобы рисковать собой ради них.