Читаем без скачивания Стальной ворон. Книга 2 - Екатерина Стадникова

Мария всматривалась в надвигающуюся ночь сквозь незваного гостя. В звенящей тишине Джулсу чудилось биение ее сердца. Мысли рассыпались, оставляя только желание наконец разрушить эту проклятую стену непонимания. Он обдал стекло теплым дыханием и пальцем написал два слова: «Я здесь».

Хозяйка дома вздрогнула и рывком задернула занавеси! Звук металлических колечек обжег пощечиной. Те мгновения тишины, что обрушились после, оглушили и ослепили. Джулс пошатнулся и потерял равновесие. Подобно снежинкам, он, покачиваясь, устремился к земле. Надежда лопнула, а жизнь утратила смысл. Кристальная пустота расставила все по местам, демонстрируя истинную ценность вещей, казавшихся важными.

Внезапно парадная дверь распахнулась, и Мария, кутаясь в платок, накинутый поверх простого платья, шагнула в полоску света.

— Зачем ты пришел? — спросила она безлюдный двор.

— Зайди в дом, простудишься, — попросил Коллоу, опускаясь на дорожку в нескольких метрах впереди.

— Зачем ты пришел? — настойчиво повторила Мария.

— Показать тебе правду, — признался он.

И это был единственный честный и прямой ответ из всех. Сам Джулс надеялся начать с того, как ему жаль и как хотелось бы получить прощение, только все это не имело отношения к сути.

— Я готова, — чуть хрипло отозвалась Мария.

Коллоу стащил перчатку. Тело действовало отдельно от разума. Он поймал крошечную кисть женщины с хрупкими пальцами, склонился и приложил к своему лбу. Без предисловий и длительных речей ни о чем Джулс просто отдал все, что вспомнил, Марии. Одним куском и сразу. Прямиком в сознание.

В широко распахнутых глазах женщины читалось облегчение. Коллоу отступил на шаг. Ему отчаянно не хватало воздуха. Мария прижала руки к груди. Робкие снежинки, запутавшиеся в ворсинках платка, превратились в выпуклые капельки. Такие же, как те, что дрожали на ее ресницах.

— Мам… Мам, не плачь. — В горле застрял ком.

Уже не разобрать, кто первым распахнул объятья. Только момент, когда рухнула стена, навсегда впечатался в память.

— Ну что ты «мамкаешь». И не стыдно? Мастер Тени, — прошептала Мария, прижимаясь щекой к бархатно-черной форме.

— Ох и влетит тебе за прогулы от Дарроу, — с чувством сообщила Робин, пододвигая себе стул.

— Плевать, — бесцветным голосом отозвалась Эмьюз.

Она сидела на кровати, скрестив ноги. Тень снова ждала бури. На этот раз самой ужасной из всех. Беда заключалась в том, что девочка ни с кем не могла поделиться своими опасениями.

Воображение рисовало панику в Ордене, деморализованных и взбешенных Танцоров, потерявших своего начальника из-за нерешительности глупой девчонки. «Как думаешь, что сделают с Тенью, по чьей вине погибнет Мастер?», — спрашивал внутренний голос. Хорошо, если просто убьют. В какой-то момент Эмьюз сама жаждала справедливого наказания. Сейчас, как никогда, она понимала, насколько в действительности дорожит дядюшкой Джулиусом.

Эмьюз поднялась с твердым желанием попытаться хоть что-то изменить, если еще не совсем поздно.

— Ты… куда? — поперхнулась Би.

— К Финну и Дарроу. Исправлять ошибку, — бросила Тень и выскользнула за дверь.

Так быстро по коридорам она не бегала никогда. Топот подошв едва заглушал шум крови в висках. Эмьюз уже не извинялась перед теми, на кого натыкалась по дороге. А жалела только о том, что не сорвалась раньше.

Тень с минуту молотила дверь кулаками и ботинками, прежде чем сообразила, что кабинет ректора заперт и пуст. Новая волна жутких картин, нарисованных воображением, едва не вогнала девочку в глухой ступор. Усилием воли Эмьюз заставила себя развернуться и отправиться на поиски Дарроу.

Тело почти не слушалось. Чувство вины рвало душу в клочья. Эмьюз видела смерть и мертвецов, оттого слишком ярко представляла дядюшку Джулиуса холодным и неподвижным.

Сердце подпрыгнуло в груди, когда девочка заметила робкий лучик света, пробивавшийся в щель по дверью кабинета декана. Забыв о приличиях, Тень влетела в комнату без стука и опешила под пристальным свинцовым взглядом.

Теренс Дарроу, стоял опираясь руками о крышку стола. Казалось, мужчина вот-вот разрыдается. На его лице отпечаталась такая неописуемая мука, что только слепец не заметил бы ее. В то же время Теренс просто-таки излучал доброту.

— Милая, добрая девочка, что бы тебе ни наговорили — это неправда, — произнес господин декан чуть надломленным голосом. — Мы не откажемся от тебя и дадим тебе положенное образование. Настолько, насколько это будет возможно. Сэр Финн в срочном порядке отбыл из Шейдивейл лично решить все вопросы.

Кровь похолодела.

— Что случилось с Джулиусом Коллоу?! — выпалила Эмьюз.

— С Сэром Коллоу? — Глаза Дарроу округлились. — А что с ним может случиться?.. Постой? Ты… Зачем ты хотела меня видеть?

— Уже не важно, — девочка нащупала позади себя дверь. — Скажите, посылку Мастеру Тени еще можно вернуть? Ту плашку?

— Нет. При чем тут это? — Декан поправил очки, сползшие на кончик носа.

— Извините, — пробормотала Эмьюз и выбежала вон.

Из слов Дарроу девочка вынесла для себя только то, что все пропало. И что дядюшку Джулиуса уже не спасти. Она забилась в первую попавшуюся подсобку, заваленную швабрами, и взвыла, как от боли. Здравый смысл отказал. Эмьюз колотила стену и кричала.

Вдруг Орин обжег грудь! Белая вспышка и жар заставили мгновенно прийти в себя. Она сжала амулет сквозь одежду.

— Сириус, помоги! — Эмьюз плюхнулась на колени.

Из ниоткуда в сознании возник образ той самой комнаты, где Тени приняли посвящение. Только сейчас она была пуста.

— Отправлюсь туда… немедленно. — Девочка поднялась и отряхнула юбку.

Пусть она не до конца понимала, куда именно собралась, но зыбкая ниточка к спасению вернула присутствие духа. Вокруг бурлила жизнь. Ничего не подозревающие студенты обсуждали серию мелких краж по всему университетскому комплексу, меню ужина или просто весело болтали ни о чем. В какой-то момент Эмьюз почудилось, что она их всех ненавидит. За что? Да хотя бы за глупую беспечность, когда для нее мир враз сделался серым.

— Что с тобой? — насторожилась Робин, открывая подруге дверь.

— Мне нужна помощь, — призналась Эмьюз.

Рассказ получился коротким и эмоциональным. Тень объяснила про плашку и про то, что точно знает, кому грозит опасность. Призналась, как украла проклятый предмет из дома Тэсори, и не забыла про записку. А еще не утаила ни слова о своем провале днем.

— Расскажи ректору, Дарроу, Танглу, в конце концов! — Би бледнела сильнее и сильнее с каждой новой подробностью.

— Нет, — вклинилась Лют. — Даже если Мастер погибнет, Ордену не нужна паника. Скорее всего, его место займет пара. И ни одна живая душа не узнает, что случилось. Дивные и так слишком обнаглели. Достаточно одной атаки на Звездный, чтобы понять это. А уж если все обойдется, Эмьюз выставит себя набитой дурой. Истеричкой, не способной адекватно анализировать ситуацию. Это скажется на карьере.

— Как оно может обойтись! — Тень закрыла лицо руками.

— Очень просто, — фыркнула Фьюри. — Яник говорит, что плашки — обычные носители информации. Неужели ты так плохо думаешь о Коллоу, что уверена, будто горстка данных способна ему серьезно навредить? Разозлить, расстроить, но не убить точно.

— Все-то твой Яник знает, — огрызнулась Эмьюз.

— Не знает, — хмыкнула Лют. — Просто умеет быть незаметным и слушать. Чужие связные бывают очень болтливы. Но мне искренне любопытно, в чем мы можем тебе помочь.

— Ответ простой. — Тень расправила плечи. — Мне надо попасть в комнату посвящения.

— Когда? — Тон Фьюри стал деловым.

— Сейчас, — без колебаний сообщила Эмьюз.

— Всегда пожалуйста! — Лют рывком поднялась на ноги.

Робин протестующе замахала руками.

— Вы обе спятили, — простонала она. — Хоть раз сделайте что-нибудь правильно!

— Хорошая заявка на победу, — легким движением Фьюри достала и открыла свое зеркальце.

— Что ты задумала? — Пришла очередь Эмьюз бледнеть.

— Увидишь. Джулиус Коллоу, — приказала стеклу Лют, но реакции не последовало. — Тогда… Вильгельм Хьорт.

И снова тишина. Эмьюз попробовала остановить свою пару, но та легко взмыла под потолок и продолжала уже оттуда. Лют выкрикивала зеркалу имена, какие знала. Яник Сокольски, Моисей Сааб, Таранис Финн, Теренс Дарроу, Руфус Тангл, Росарио Тэсори, Симадзу Синдо, Дороти Пейдж, — но никто не отзывался.

— Вопрос снят? — обращаясь в основном к Би, с вызовом уточнила блондинка. — Всем плевать. Это писк слепого котенка в темноте. Я согласна идти куда угодно и делать что потребуется, лишь бы не быть таким котенком. Не поддерживаешь мою позицию — оставайся.

Ожесточенность в кукольных чертах Лют казалась зловещей. Вся миловидность сошла на нет, обнажая нечто звериное. Металлический блеск в глазах отдавался звоном хищной стали. Такой эту Тень испугался бы кто угодно. Робин зажала рот ладонями, словно бы поняла самую уродливую из правд.