серьезно?!
Лекс действительно считает, что я могу быть такой?!
Пелена сходит с глаз, и я уже готова высказаться по этому поводу, как замечаю, что его губы еле сдерживаются, чтобы не растянуться в улыбке. А в глазах пляшут смешинки с чертиками вместе.
Ну гад!
Размахиваюсь и бью его по плечу.
Лекс уже откровенно ржет надо мной.
Я его еще раз хочу треснуть, но он успевает отскочить.
– Эй, эй! Надо еще включить в просьбу отмену побоев! Аха-ха!
– Я тебе дам, побои! Да я убить тебя готова сейчас!
– Ну все, все! Пошутил я! Ты бы видела свое лицо! Аха-ха! Я еле сдержался, чтобы сразу не рассмеяться!
Мы бегаем по парковке вокруг машин. Он от меня, смеясь, а я за ним – на полном серьезе с желанием прибить. Нет! Ну это надо было такое сказануть!
– Я тебе дам, пошутить он решил! Я тут уже предположила все, что ты мог бы у меня попросить, и думала, как мне это выполнить, а ты решил поиздеваться!
– Но знаешь, в каждой шутке есть доля шутки, а остальное… – игриво двигает бровями Лекс, – да и вообще, яблоко от яблони…
– И все-таки я тебя сейчас убью! – цежу сквозь стиснутые зубы и кидаюсь вдогонку за ним.
Лекс оббегает машину, и у меня не получается его догнать и осуществить задуманное.
– Эва, а ты страшна в гневе, оказывается! У тебя так глаза горят, почти как во время секса, но только почти. Ммм… хочу снова увидеть тебя пылающей, – продолжает подтрунивать надо мной.
– Ох… вот доберусь до тебя, и ты почувствуешь, как я умею пылать, более того, ожог первой степени я тебе гарантирую!
– Малыш, первая степень – это поверхностные ожоги.
– Оу, ну тогда четвертая тебя устроит?
– От тебя я приму все что угодно!
– Ой и договоришься ты, Лекс! – не оставляю я попыток его схватить и пару-тройку раз дать по умной головке.
Лекс останавливается, и я пользуюсь этим, быстро оббегаю машину и только хочу его треснуть, как он хватает меня за эту же руку и разворачивает спиной к себе. А второй своей рукой крепко фиксирует мое положение.
А затем прямо в мое ушко томно шепчет:
– Я говорил тебе, как мне нравится, что ты меня так называешь? Просто балдею, когда ты так произносишь мое имя.
У меня и без того дыхание сбилось, пока гонялась за ним, а теперь еще его слова и то, как он их произносит, – вообще крышу сносит. Чувствую, что воздуха не хватает не от беготни, а от возбуждения, которое зарождается глубоко внутри и требует удовлетворения.
– А еще я обожаю твои эмоции. Ты такая живая, Эва! И я хочу питаться твоей энергией, хочу, чтобы ты постоянно была рядом, – а через мгновение добавляет, – может, ты вернешься уже ко мне в квартиру, м?
– Хм… ты это что, предлагаешь нам съехаться?
– А почему бы и нет? Да и родителей твоих от одного бремени избавим.
– То есть ты сейчас назвал меня бременем?..
– Черт! Не умею я красиво говорить… В общем, Эва, я хочу, чтобы ты ко мне переехала. Как ты на это смотришь?
Молчу. Не знаю, как ему ответить. Думаю, жить с мужчиной мне еще рано, я пока не готова к такому серьезному шагу. К тому же… а где конфетно-букетный период? Как мама говорит, такое теплое и трепетное отношение у пары обычно бывает только в этот период. Когда же влюбленные начинают жить вместе, все недостатки выходят наружу. А у меня они есть, я знаю. И это означает, что если я хочу этот пресловутый конфетно-букетный период… а я хочу!.. То жить с Лексом мне еще рано.
Но озвучивать эти мысли ему не решаюсь.
Разворачиваюсь в кольце его рук:
– Лекс, моя семья переживает не лучший свой период. Мы сейчас все нужны папе, чтобы поддержать его. Я не могу вот так просто взять и уйти. К тому же ты сам знаешь, сколько ссор было между мной и отцом из-за бабушки. Теперь я хочу познать отца, который меня любит, оберегает, сопереживает мне и помогает во всем. Понимаешь?
– Ясно, – немного недовольно произносит он, – хорошего секса мне не видать в ближайшее время. Я понял.
– А ты меня рядом только для этого хочешь? Я для тебя лишь объект сексуального удовлетворения?
Сама не поняла, как вспылила.
Попыталась высвободиться из его рук, на что Лекс еще сильнее меня стиснул в объятиях.
– Малыш, ну что ты завелась? Я же пошутил. Ну? – трется подбородком о мой лоб. – Ну хватит дуться из-за ничего, а?
– Ах, для тебя это «ничего»? – снова пытаюсь освободиться из его пут.
– Эва, ну перестань. Я не так выразился. Малыш, я хочу, чтобы ты была рядом, потому что люблю, а секс – это естественное желание, между прочим. Ты разве не хочешь?
Молчу. Специально. Выжидаю.
– Эва?
– Да, я тоже хочу. И я тебе объяснила, почему сейчас не время. К тому же мне еще надо решить, куда идти учиться. Скоро конец августа. И пора уже определиться, бросаю я универ и начинаю готовиться к поступлению на следующий год или все же, как папа, буду юристом.
Ощущаю его теплый поцелуй на своем лбу.
– Малыш, какое бы ты решение ни приняла, я тебя поддержу, будь уверена.
С благодарностью поднимаю на него глаза.
И ведь не сложно же сказать то, что хочу услышать, зачем смуту наводить?
– Спасибо, Лекс. Для меня это очень важно.
Быстро поцеловала его в губы:
– Тебе уже пора на работу.
Лекс смотрит на часы на своем запястье, утвердительно кивает:
– Хорошо, малыш, я поехал.
Чмокает меня в губы, а после ведет за руку к своей машине.
Садится на переднее сидение, заводит двигатель, а руку не отпускает.
– Твои родители за нами наблюдают уже
