— Успели. Сейчас сработает регенерационная ванна. Там находится человек. Молча помогаешь ей…
…Ей? Значит, там женщина? Кто? Чья?..
… — выбраться, ведёшь в душ, это синяя дверь напротив тебя. Поможешь вымыться, затем оденешь. Одежда в шкафчике раздевалки. Сейчас быстро проверь, где и что, чтобы не путаться. Всё понятно?
— Да, хозяин. А где сама капсула?
Ник показал на змеящиеся шланги и кабеля, уходящие за ширму.
— Там. Давай быстрей. Осталось десять минут.
Яяли заторопилась. Так, вот и капсула восстановления. Смотреть сейчас, кто в ней лежит, бесполезно. Она полностью заполнена особым газом. Синяя дверь! Помещение для раздевания. А вот и помывочная. Шкафчик. Одежда здесь, в пакете. А тут… Какое роскошное полотенце! У неё куда хуже…
— Где ты там?!
— Бегу, хозяин!
Хвала Богам, успела! Точно в тот момент, когда чуть слышно звякнул сигнал, с негромким хлопком откинулась крышка капсулы. Регенерационный газ мгновенно всосался в стенки, будучи тяжелее воздуха. Саури замерла — внутри лежала великолепно сложенная человечка с удивительно красивым лицом, полностью обнажённая, как и полагается при таком лечении. Вот её веки дрогнули, раз, другой. Открылись затуманенные ещё глаза редкого фиалкового цвета.
— Вы меня слышите, госпожа?
В огромных глазах появились какие‑то проблески разума. Она попыталась шевельнуться — к удивлению Яяли, той это удалось. Да что же она застыла то?! Напрягая все силы помогла человечке выбраться из капсулы, не побрезговав положить её мокрую руку себе на плечо. Лишь бы добраться до помывочной, а там — опустить её в ванну, за это время она должна прийти в себя…
…Когда всё закончилось, вывела незнакомую красавицу к Нику. Тот тоже был явно удивлён результатом. Удовлетворённо и восхищённо вздохнул:
— Получилось!
Затем перешёл на незнакомый саури язык, что‑то спросил. Человечка тихо ответила. Ник кивнул, затем снова обратился к Яяли:
— Аккуратно. Помоги ей подняться наверх.
— А вы, хозяин?
Неожиданно усмехнулся в ответ:
— Если я к ней прикоснусь, то придётся брать её в жёны. Потому то я и вызвал тебя. Так что давай, бери её под локоть и веди на первый этаж главного здания. Там помогут роботы. Комната для неё уже готова, а через неделю её заберут…
Все семь дней, именно столько времени длится человеческая неделя, саури находилась при человечке неотлучно. А та потихоньку приходила в себя. Наконец, ночью прилетел древний вертолёт, на котором находились две девушки в военной форме. При виде их вылеченная фиорийка впервые проявила какие‑то эмоции, даже расплакалась. Впрочем, девушки тоже. Они долго стояли обнявшись втроём, потом горячо что‑то говорили Нику, кланялись, он отвечал на их тарабарском наречии, затем гости и бывшая больная улетели. Когда стих бешеный ветер, поднятый винтами, а несуразный корпус старинной машины исчез за горами, Рогов обернулся к стоящей слева от него саури:
— Знаешь, кто это был?
— Нет, хозяин.
Яяли уже привыкла называть так мужчину.
— Идём, надо это дело отметить.
— Какое?
— Выздоровление Лиэй дельТумиан! Она отказалась от фамилии мужа, потому что не желает иметь ничего общего с этими извергами…
Хоть и не хотелось, но подчиниться пришлось. К её удивлению, стол был довольно скромный. Гораздо меньше блюд, чем обычно. Ник уселся за стул, показал ей, как уже стало привычно, на место напротив себя, затем робот подал небольшую глиняную бутыль, запечатанную непонятной субстанцией. Рогов кивнул, и паучок ловко вскрыл пробку, плеснул немного в высокий бокал ярко–рубиновой жидкости. Ник взял бокал, зачем то качнул, глядя на свет через напиток, затем понюхал, прикрыл восхищённо глаза, сделал крошечный глоток.
— Просто волшебно! Если бы такого нектара было бы побольше, Атти бы озолотился не меньше, чем на яффарах! ИИ, давай.
Протянул свой бокал паучку, тот наполнил бокал до верха. Мгновение постоял, но человек отдал новый приказ, и робот шустро подсеменил к саури, наполнил бокал и ей. Человек сделал ещё глоток. Потом, заметив, что его рабыня сидит неподвижно, усмехнулся:
— Давай. Я разрешаю.
— Спасибо, хозяин…
Яяли робко сделала первый глоток и едва не выронила бокал от изумления — она даже не могла представить себе, что существует такой напиток! Да, это вино. Но какое! Просто непередаваемый вкус и ощущения, и лёгкая эйфория, и ощущение радости, и нежность — всё в одном бокале. Она на мгновение даже забыла обо всём, прикрыв свои глаза и, наконец‑то, откинувшись расслабленно на спинку стула…
— Это напиток Богов!
Наконец смогла выдохнуть саури, придя в себя после потрясения.
— Верно. Здесь его называют именно так…
Голос человека почему то был грустен, и Яяли вдруг стало стыдно за всё, что она причинила ему, за смерть Клана аль Арийя, за убийство его жены и… Ребёнка. Он не лгал насчёт него. За оставшиеся часы она успела проверить его слова по своим каналам и ужаснулась содеянному. Нет, ей не раз приходилось делать то, что потом зачищали воины. И в уничтожении враждебного клана для неё нет ничего постыдного. Но вот то, что она подняла руку на беременную…
— Эту фиорийку зовут Лиэй дель Тумиан…
— Вы уже говорили это имя, хозяин…
Странно, Ник сидел на стуле боком, отвернувшись к стене. Резко вскинул руку, приказывая жестом — молчи! Яяли торопливо опустила осмелевший было взгляд, и человек продолжил:
— Она была очень красива. О красоте юной графини слагались легенды по всему Фиори. Однажды Лиэй встретила на балу в столице молодого юношу, чуть старше её, но тоже известного всему государству. Его звали Атти дель Парда, и он оказался злейшим врагом её отца. Но…
Ник вздохнул, и саури почем уто стало очень грустно….
— Они полюбили друг друга с первого взгляда. Так им тогда казалось. Пятнадцать лет назад… Только вот вражда отца юной графини никуда не делась, и вскоре разразилась война. Атти наголову разгромил родителя девушки, а его самого убил в поединке. Последнее владение Тумиана сдалось на милость победителя. Все ждали, что дель Парда возьмёт Лиэй себе. Либо в жёны, либо в наложницы…
Человек вновь сделал глоток из бокала, повертел его в руках. Яяли же ждала продолжения этой истории со всё нарастающим нетерпением.
— но тот удивил всё Фиори. Девушка была сговорена покойным отцом за одного вельможу из сопредельного царства. Но что это значило в те времена? Ничего. Дель Парда — победитель, и мог делать с пленницей всё, что ему вздумается. А он отпустил и девушку, и обоих её сестёр–близняшек к жениху… Не тронув и пальцем…
…Снова глоток. Ещё один, и вновь неторопливая, но спокойная речь человека:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
