за эту силу. И пойми, здоровяк, если бы они не забрали у нее эти два пальца, сейчас по улицам Свеля носилась бы безумная пиромантша, жгущая все налево и направо темной пиромантией. Так что можешь гордиться своей девушкой, у нее хватило сил противится этом искушению. А теперь помолчи, мне пора работать. Сенгра ускарлир кор!
Перед лицом Крины вспыхнуло синеватое и какое-то холодное пламя, что окутало ладони целительницы. Мягко водя ими над головой и лицом девушки и что-то нашептывая лекарка отрезала Охотницу от всего происходящего вокруг. За это Крина была ей очень благодарна, меньше всего ей сейчас хотелось смотреть на кого-либо, даже на Хвеля. Глотая горькие слезы пиромантша вцепилась здоровой рукой в мягкое одеяло и стараясь громко не всхлипывать замерла на больничной койке.
Сказ девятнадцатый. Выговор
Вся последняя седмица для Риналы выдалась, наверное, самой тяжелой за всю ее жизнь. Каждый день в госпиталь поступали десятки воинов, каждый из которых проходил через руки полевых медиков, к которым попала и сама девушка. Еще больше солдат получали мелкие ранения и всем этим тоже занимались лекари из «полевого» отряда. От постоянного использования Чудес у Риналы почти все время стоял непонятный легкий звон в ушах и тупой болью пульсировали виски. Девушка даже не знала, что можно до такой степени устать занимаясь, казалось бы, столь привычным для нее делом.
К несчастью не только для вымотавшейся блондинки, но и вообще для всех защитников города, армия тварей и не думала отступать. Вот уже седмицу враг держал город в осаде, пресекая все попытки людей прорваться наружу. Пара вылазок, предпринятых для того, чтобы дать гонцам шанс выбраться из окружения, провалились. Потери в обоих случаях были около двух-трех десятков защитников города, что было недопустимой большой платой за неудачу. Хотя при последней вылазке людям удалось поджечь часть осадных машин врага, так что даже это было хорошей новостью.
Тварям же, казалось бы, было плевать на потери. Практически каждый день город штурмовали то с одной, то с другой стороны. Три уцелевших требушета почти без остановки обстреливали дома и улочки Свеля огненными снарядами, гниющими трупами, а иногда и «живыми» представителями вражеского воинства. Из-за всего этого почти вся окраина города была разрушена, а среди защитников города и его жителей начали вспыхивать болезни, хотя до настоящей эпидемии пока что не доходило. И конечно справляться с этой проблемой тоже было задачей полевых медиков.
Сегодня работой для Риналы, и нескольких ее временных соратников, было как раз-таки предотвращение распространения какой-то хвори в одном из южных кварталов Свеля. Почти все ее старые товарищи этим утром отдыхали после ночных патрулей. Только Аркум вызвался проводить девушку до окраины квартала – дальше его уже не пустили бы. Поэтому буквально на заре парочка покинула все ту же гостиницу, где они всей группой остановились еще до начала осады, и поспешила на юг города.
— Мог бы остаться дальше спать, — пожалела идущего рядом парня Ринала.
— Все нормально, я не хочу, — покачал головой Аркум, но тут же, не удержавшись, громко зевнул и пару раз хлопнув себя по щеке все же смущенно признал. — Ладно, может немного.
Негромко рассмеявшись девушка вдруг насторожилась и потянув носом хмуро спросила:
— Вы опять вчера с Хвелем пили?
— По кувшину эля, не больше, — пожал плечами Арк.
Глубоко вздохнув Ринала все же недовольно заметила:
— Ты же и без этого не высыпаешься. Вот во сколько вы вчера пришли с дежурства?
— Не помню. Но это было во второй половине ночи, наш участок снова штурмовали.
— Вот видишь! А потом вы еще и пили, естественно ты постоянно не высыпаешься.
— Да я понимаю, — скривился Аркум и посмурнев негромко добавил. — Но по-другому я не знаю, как это переносить. Тварей я не боюсь, но все эти смерти… Я не знаю, как ты это выносишь. Сколько наших уже погибло? А жителей города?
— Много, — тихо ответила девушка. — Хорошо если половина защитников еще может хоть как-то сражаться. Что происходит среди жителей я даже не берусь точно утверждать. Нам не выдают всей информации, но ты и сам понимать должен: все эти болезни, набор в ополчение, диверсии тварей, перенаселение из-за беженцев. Горожане ко всему этому были готовы куда меньше нашего, так что и погибло их еще больше чем защитников.
— Ага… поэтому мы, как и почти все, мне кажется, пьем. По-другому не долго и свихнуться.
— Но ты бы все же был с этим посдержаннее, — вздохнула Ринала.
— Ладно, если ты просишь, — кивнула Аркум, а затем решил перевести тему. — Как там Крина кстати?
— Вроде как завтра-послезавтра ее уже должны выпустить. Харад – ее целительница из пиромантов, я вроде говорила о ней, сказала, что Крина в целом уже здорова. Если честно я в шоке от ее способности исцелять ожоги. Раньше думал, что это преувеличение, мол пироманты лечат ожоги даже лучше самых сильных клириков. Но вот честно, мне бы не удалось так быстро восстановить руку Крины до такого состояния.
— Все на столько хорошо? — удивился Арк.
— С рукой да. Шрамы и рубцы никуда не денутся, но подвижности она почти не потеряла. Правда остается сама Крина, — вздохнула девушка.
— А что с ней? Все в порядке или?.. — многозначительно почесал у виска парень.
— Не думай об этом! — легонько стукнула его Ринала. — Крина в порядке и ей удалось сохранить разум в
