– Значит, ты родился совсем недавно? – уточнил Дан.
– Именно так. По меркам моего народа, я всё ещё личинка, – признался гость.
– А выглядишь как взрослый… И рассуждаешь как взрослый, – не поверил касадор.
– Это легко объяснить, – ответил григио. – Я часть коллективного разума. При необходимости мы способы обучаться с его помощью. Меня натаскивали именно так. Пока что я слишком узкий специалист: способен только передавать слова и взаимодействовать с людьми. Однако со временем я буду взрослеть. К сожалению, мой век будет недолог. Я обладаю повышенной защитой от внешних воздействий, как люди. Однако не способен прожить и ста лет. Я… На ваш язык моё название можно перевести как «во-благо». У меня есть чёткая цель, и я быстро умру.
– И зачем вам это? – спросил Дан. – Собираетесь делать свою шпионскую сеть?
– Нет… Дело не в этом. Ваше возвращение… Возвращение людей и их бурное развитие заставили наше общество присмотреться к вам повнимательнее, – признался абориген. – Вы – новая раса, способная выходить в пустоту, стремящаяся к межзвёздной экспансии. Мы… Умирающий народ. Мы заперты на Эрфе… Но, возможно, если мы поймём вас и изучим ваши возможности приспосабливаться, то и сами сумеем вернуться на путь развития.
– Откровенно… – заметил Дан. – Вам разрешили это?
– У меня высокая автономность, но от Самой Старой я получил приказ быть предельно откровенным. И старшие полностью это решение одобрили, – как бы ни был похож абориген на человека, тем не менее, его холодность и безэмоциональность сбивали с толку. – Мы не хотим, чтобы вы считали нас врагом. И для нас, и для вас это может закончиться плохо. Как бы ни был слаб наш народ, но мы пока ещё можем постоять за себя.
– Раньше ваши старшие не были так к нам расположены! – отложив вилку, сказала Пелла. – С чем это связано?
– С расколом, – ответил григио. – Наши старшие разделились. Часть настаивает на начале войны против людей, а часть призывает к сотрудничеству с вашим видом. Рано или поздно они достигнут взаимопонимания… Однако, по нашим расчётам, война всё-таки успеет начаться.
– А-а-а-а! Вот и ответ на мой вопрос! – обрадовался Дан и объяснил Пелле. – Предельная откровенность в обмен на сотрудничество во время войны с ними же… А потом снова скрытность и тайны!
Пелла поджала губы и с осуждением посмотрела на Дана. Её взгляд не смутил касадора, но заставил вернуться к делам:
– Так… И что там с войной? Когда начнут?
– Они уже начали. Среди отколовшихся старших были те, кто контролирует младших. Те, кого вы называете григио, уже собирают вокруг себя тех, кого вы называете хаблами. Орда двигается на запад континента, – абориген даже попробовал изобразить сожаление. – Пока мы не можем остановить их. Однако делаем всё, чтобы замедлить. У вас в запасе несколько месяцев. Может быть, год.
– Обнадёживает. Тут как раз люди друг с другом решили массово зарубиться! – усмехнулся Дан.
– Как продвигаются ваши дела с поиском стабилизатора? – абориген, казалось, совершенно не понимал, где стоит остановиться, а где продолжить обсуждение. Впрочем, если учесть, что ему было несколько месяцев от роду, то это было понятно и объяснимо. – Удалось найти хоть что-нибудь?
– Пока ищем, – ответил Дан. – Но человек, которого мы наняли, вышел на след, и не прекратит расследование.
– Это ещё одна новость. Со стабилизаторами всё оказалось хуже, чем мы думали. В наших записях была неверная информация… – абориген продолжил бы говорить, но Дан громко хлопнул рукой по столу, чувствуя, как подступает бешенство.
– Слушай ты, жучок! Можешь объяснить мне одну простую вещь? Вы вообще понимаете, что делаете, как делаете и к чему это всё ведёт, а?! – рявкнул он.
– Не понял вопроса, – признался тот, чуть сжавшись, потому что касадор его, откровенно говоря, испугал.
– Вы говорили, что вы единый разум! А теперь одна ваша часть начинает с нами войну! – прошипел Дан.
Пелле было что сказать, но она решила для разнообразия помолчать. Её Дан сейчас тоже пугал. Таким страшным она его ещё никогда не видела. Разве что тогда, в Стеинхольвеге… Когда Дан узнал, что из-за какого-то психопата умер старый священник.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– У вас тоже бывают внутренние конфликты… – осторожно заметил григио.
– А я этого никогда не скрывал! – рявкнул Дан. – Я сразу сказал, что мы эгоистичные твари, а не единый разум!.. А теперь оказывается, что и со стабилизаторами не всё просто! Что непросто, жучок, что?!
– Я… Мы думали, что планета выпадет из пространства, – проговорил тот. – Но всё будет хуже: она, наоборот, в него вернётся…
– Вернётся… – Дан втянул воздух сквозь стиснутые зубы. – С той же скоростью, что несётся сейчас? Недавно земля дрожала. Это оно?
– Земля дрожала уже дважды, – ответил григио. – Когда отключился первый из накопителей, никто ничего не почувствовал… А недавно отключился второй.
– Дай догадаюсь… Между отключением каждого последующего накопителя будет проходить всё меньше и меньше времени, да? – уныло предположил касадор.
– Да…
– Что это значит? – решилась, наконец, спросить Пелла.
– Это значит, Пел, что через год, максимум полтора, Эрфа окажется в реальном пространстве и времени, проход ко мне на Землю схлопнется, а планета сорвётся с орбиты и отправится в свободное плавание в космосе. Потому что скорость у неё такая, что можно галактику покинуть! Только мы об этом не узнаем! Нас либо смоет, либо изжарит, либо заморозит!
– И что можно сделать? – спросила Пелла, чувствуя, как волосы на голове начинают шевелиться.
– Ждать и надеяться, – ответил Дан. – Либо Альфареро успеет найти стабилизатор, либо всё… Конец…
– Сожалею, что принёс вам такие вести, – в голосе григио не было ни капли сожаления.
– Пускай ваши старшие сожалеют… – ответил Дан. – Тебе ещё годика нет, а тебя уже в это дерьмо впутали.
– У меня есть послание к вам от Самой Старой! – тихо, с некоторой опаской, проговорил абориген и процитировал: – Она говорит, что верит в вас, Дан. Она уверена, что вы сможете найти стабилизатор. И обещает вам с этого момента полную поддержку ваших начинаний. Кроме того, к вам в подчинение перехожу я и двое моих собратьев. Мы похожи на людей, защищены от условий Эрфы и способны сопровождать вас. Мы быстро учимся и способны легче понимать людскую культуру. Это всё…
– И, конечно, она забыла сказать, что вы, можно сказать, родственники меня и Пеллы!.. – буркнул Дан, постепенно успокаиваясь.
– Как это родственники? – удивилась девушка.
– Помнишь, я как-то отказался объяснять тебе основы генетики? – спросил Дан. – Нет? В общем, если коротко… Мы все состоим из клеток, а в клетках есть молекулы. Одну из них называют молекулой ДНК. Она содержит гены – последовательность белковых соединений, отвечающих за то, как ты будешь выглядеть, какими возможностями будешь обладать, как твой организм будет расти, жить и стареть… Ты похожа на своих родителей, потому что половину генов взяла от мамы, а половину – от папы. Эти молекулы есть в любой части нашего организма. В волосах, в коже, в мышцах… Везде. В любой нашей клетке. А теперь подумай… Почему «устойчивые» и похожие на людей григио появились только после нашего визита?
– Почему? – всё ещё не понимала Пелла.
– Потому что они взяли нашу с тобой ДНК и слили её с ДНК своих собственных младших!.. Пожертвовали большей частью личинок, чтобы вывести вот этого! – Дан ткнул в сторону григио пальцем. – Так что он содержит твою и мою ДНК!
– Дан, во мне лишь пять долей из ста твоей ДНК… – тихо заметил в ответ «новый родственник». – И около четверти от Пеллы.
– Всё! Это твой внук! – кивнул Дан девушке, и пока та ошарашенно хлопала глазами, переваривая услышанное, пояснил аборигену: – Для лучшего понимания человеческой культуры… У нас считается нехорошим поступком без спроса брать чужие гены для своих целей. Ими обмениваются во время интимных процессов. Однако, если спросить разрешения, то никто обычно не отказывает. Не в интимном процессе, конечно, а в передаче генов другим путём!..
