Читаем без скачивания Чужая в чужом море - Розов Александрович

- Точно! – согласился Уфти и полез в кабину самолета.

Канадка повернулась в сторону, откуда все так же раздавались последовательные серии: лязг – хлопок – щелчок. Рон продолжал швырять камни, а Пума стреляла, как зведенная. По ее спине стекали тонкие струйки пота, было видно, что она здорово устала, и только очень большим усилием воли, раз за разом, перезаряжает оружие и поражает цели.   

- А ей не вредно так переутомляться?

- Ей полезно, - сказала Мзини, - У нее от этого аппетит и нарастает мясо. Рон все делает правильно, как сказал док Керк. Когда он увидит, что Пума по-настоящему устала, он пойдет с ней купаться, и проследит, чтобы она поела. Рон для нее все, понимаешь? 

- Это точно, - подтвердил Уфти, возвращаясь с ноутбуком в руке, - Рон для нее и лучший парень на свете, и няня, и кроватка с подушкой.

- А она для него? – спросила Жанна.

Настоящий папуас пожал плечами.

- У нас в школе французский учат по Экзюпери. Это был военный пилот, потом у него был бизнес с авиа-почтой, а потом, на следующей войне, его сбили над Атлантикой. А еще он сочинял умные сказки, и в одной из сказок есть такая фишка: «ты отвечаешь за того, кого приручил». Хрен знает, почему так получается. Наверное, инстинкт.

- Короче, дай мне ноут, - перебила Мзини, - я буду Жанне показывать фотки. 

Года полтора назад Жанну занесло на международный экологический форум, который проходил на одном из миниатюрных мальдивских островков под названием Манафу. Ее поразило, что сам островок, 400x400 метров – это сплошной парк, а сооружения (кроме электростанции и корпуса управления) вынесены на пирсах в море. Лийс оказался чуть больше Манафу, но его площадь была организована почти так же. Правда, домики на Лийсе выглядели более утилитарными  (однообразные прямоугольники, окрашенные, впрочем, в яркие веселые цвета – лиловый, желтый, оранжевый и салатный). На фото с высоты птичьего полета, эти домики, самолетики, дирижабли и кораблики казалось игрушечным – как городок из кубиков, построенный ребенком. Не верилось, что тут военная база - даже на более крупных планах, виднелись только катера, вроде тех, которыми в США пользуется береговая охрана, и небольшие гидропланы несколько футуристического вида. Морская полиция Майами и то выглядит более воинственно.

- Вы, похоже, не готовитесь там к серьезным столкновениям, - заметила Жанна.

- Типа, да, - подтвердил Уфти, - Это техника против пиратов, и еще на всякий случай. Если, например, ООН надавит на Мадагаскар в смысле отмены нашей аренды.

- И что в этом случае?

- Ничего, - ответил он, - Мы сюда, по-любому, пришли надолго. Китайцы с Индусами - тоже. Любой, кто начнет на этих островах серьезную войну, неминуемо столкнется с ними. В этом весь фокус. Вот фото их острова Гран-Глориоз, в пяти милях от Лийса.

Канадка щелкнула по указанному фото…

- О, боже!… - вырвалось у нее, - Это что, мобильный космодром?

- По ходу, это – ракеты средней дальности, а вот это – комплекс ПВО/ПРО, который их прикрывает. А вот те штучки за рифами западного берега – ракетные эсминцы. Это мы такие скромные, а они вообще не стесняются. Им, правда, направили из ООН какую-то ноту про эти ракеты, но индусы послали всех в жопу, а китайцы вообще не ответили. Но они тоже воевать не собираются. Я же говорю: на всякий случай. Потому и нет никакой секретности на счет фото. Пусть все будут в курсе, что территория охраняется.

Жанна вздохнула и покачала головой.

- Лучше я посмотрю что-нибудь мирное… Вот это, например.

Выбранная на удачу серия фото оказалась, и правда, мирной. Мзини комментировала:

- Это мы ловим меч-рыбу… Ни фига не поймали. А это меня учат кататься на серфе. Там снаружи рифов бывает такая волна – жуть! А внутри – маленькая, не страшно… А тут я поймала лобстера. Большой, правда?.. А вот Пума подстрелила групера. Он был вкусный, но на фото это не видно… А вот это – Пуму взвешивают на спор. Тогда она весила всего 37 кило, а ком базы не поверил, и просрал ей двадцатку. Видишь, какой он надутый? Как хомяк!.. А тут пробуют нашу первую самогонку из трифи. Кому – нравится, кому – нет. Дело вкуса… О! Это ролик, как Уфти меня взял прыгать с парашютом. Между прочим, я сама прыгнула, меня даже не надо было под жопу толкать. Но все равно страшно… 

Лязг, хлопки и щелчки прекратились - Пума устала и отправилась купаться. Вернее, она поехала в озеро, стоя на плечах Рона.

- Тренировка чувства равновесия, - сообщил Уфти, - Важный элемент.

- Важный элемент чего? – настороженно спросила канадка, -  Стрельба по движущимся целям, потом - равновесие... У меня нехорошее чувство, что Рон делает из нее убийцу.

Настоящий папуас покачал головой.

- Не убийцу, а солдата. Хорошего резервиста. А убийцей она была поневоле. В банде.

- Не чувствую большой разницы.

- А ты сейчас чувствуешь себя в безопасности? – спросил он.

Жанна прислушалась к своим ощущениям.

- Пожалуй, да. Наверное, так и должно быть, когда тебя охраняют вооруженные люди, умеющие обращаться со своим оружием. Но я не одобряю этот настрой на стрельбу.

- Ты можешь одобрять или не одобрять солдатское ремесло. Это твое право. Но рядом с солдатом ты в безопасности. Этим он отличается от бандита, от сопляка из призывного контингента или от имитации вроде миротворца из «голубых касок». 

Дузу, уже успевший разжечь маленький костер, похлопал Уфти по плечу.

- Я возьму ваш котелок и вашу воду. Буду варить «rooibos».

- Конечно, бери. Ройбос – это здорово.

Танзаниец кивнул и полез в меганезийский самолет. Похоже, он хорошо знал, что и где там лежит. Со стороны озера послышался короткий возглас, а следом громкий всплеск: закономерный финал упражнения на равновесие в таких условиях.

- Шлеп! - констатировала Мзини, закурила сигарету и, повернувшись к Жанне, задала неожиданный вопрос, - Ты считаешь, что солдаты вообще не нужны?

- Это не так просто, - ответила канадка, лихорадочно соображая, как изложить простым языком доктрину разумного пацифизма, - Представь себе будущее без насилия, войны и голода. Люди спокойно живут, любят, растят детей, работают, отдыхают. Это хорошо?

- Очень хорошо, - согласилась африканка, - У меня будет пять детей, ферма и два мужа. Один – умный, а один - сильный. Я сделаю под окном клумбу из автопокрышек, и еще пруд с цветными карпами – я такой видела по TV про Японию. Его не трудно вырыть.

Жанна улыбнулась и кивнула

- А теперь скажи, зачем в этом будущем солдаты?

- Чтобы все это защищать, зачем же еще?

- Нет, Мзини. Представь: нет никого, кто бы стал отбирать твою ферму с карпами.

- У! – буркнула та, - А куда же они все исчезли?

- Представь: они больше не хотят воевать, а хотят жить, как нормальные люди.

- Это почему они больше не хотят?

- Представь: им объяснили, что им тоже лучше жить по-человечески.

- Ты говоришь про то же, про что я говорю! – радостно объявила Мзини, протянула руку, взяла лежавший на ее одежде пистолет-пулемет, и продолжала, - Вот у меня оружие. Не бойся, оно стволом вверх, на предохранителе и без патрона в стволе. Оно только для…

- Иллюстрации, - подсказал Уфти.

- Да. Вот! Я хочу тебя грабить. Объясни, почему лучше этого не делать. Начинай.

Глядя на юную африканку, для которой война и вооруженный разбой были такими же обычными явлениями, как для жителя Нью-Йорка – счета за электричество и налоги, Жанна, не без злорадства, подумала: «Посадить бы сейчас сюда, на мое место доктора Хобсбаума с его теорией этики ненасилия – что бы он запел, находясь на этом берегу, напротив этой полудикой голой девчонки с автоматом, из которого она уж точно не раз стреляла в людей? Так что? Не судите оппонента строже, чем себя? Не относитесь к оппоненту, как к средству? Будьте беспристрастными в формулировании собственных целей и попытках понять цели оппонента? Нет, скорее всего, он бы просто обделался».   

- Ты не можешь объяснить, - констатировала Мзини, - Никто не может. Теперь возьми.

Она протянула канадке свое оружие, держа его за середину корпуса.

- Но я все равно не умею им пользоваться.

- А я тебе буду говорить. Возьми, пожалуйста. Иначе я не смогу делать иллюстрацию.

Жанна нерешительно сомкнула пальцы на пистолетной рукоятке, и африканка тут же убрала руку. Пистолет-пулемет оказался у канадки в руках. 

- Что дальше? – спросила она.

- Сдвинь предохранитель. Это флажок рядом с твоим указательным пальцем. Вот так. Теперь потяни назад штуку, которая справа, и отпусти. 

Оружие в руках у Жанны негромко клацкнуло. Мзини встала, сделала несколько шагов назад, и подчеркнуто-спокойно сказала:

- Оно готово. Если нажать крючок, то выстрелит. Я хочу тебя грабить. Что ты делаешь? 

- Наверное, я попробую тебя напугать. У меня же оружие.