В эту ночь преследовали и убивали лишь зрелых мужчин, и только тех из них, кто отказывался сложить оружие и сдаться.
Женщин и. детей, стариков и больных, рабов и всех воинов племени зодак, у которых хватило ума сдаться, щадили.
Взошедшее солнце стало свидетелем того, как кочевники-победители разделили добычу и погрузили сокровища на огромные колесницы. Так велико было богатство, накопленное воинственным племенем зодак за долгие годы, что пришлось использовать и грузовые телеги разбитого племени. Воины джегга забрали также и остатки племени зодак. Ведь Джомдат поклялся, что вражеское племя должно быть уничтожено. Детей, женщин и всех оставшихся в живых примут в племя джегга.
Обыскав весь город, люди Джомдата не нашли и следа Тонгора. В мертвом городе не нашли ни его трупа, ни его оружия.
И хотя Джомдат и его военачальники продолжали поиски, допрашивали пленных, им не удалось разрешить загадку исчезновения Тонгора…
Единственное, что удалось им узнать, лишь еще больше удивило их, поставив перед ними еще одну неразрешимую задачу.
Странные слова сказал ухмыляющийся старый шаман (и знахарь) племени зодак, который проповедовал мерзкий, требующий жертвоприношений, культ бога Ксатусаркиа, Повелителя Червей. Этот культ, полный жестоких пыток и кошмарных убийств, являлся неким подобием религии.
Злорадно посмеиваясь, дряхлый знахарь сказал:
— Вы ищете чужестранца Тонгора? Здесь вы его не найдете!
— Где же он тогда, старик? — сурово спросил Джомдат.
Губы шамана скривились в ехидной улыбке, и он произнес:
— Вы найдете его в пасти Червя!
Дальше старый знахарь говорить отказался, и никакие уговоры и пытки не смогли развязать ему язык.
Джомдат почувствовал, как холодная рука отчаяния сжимает его сердце.
Сказав слово «червь», не имел ли в виду старый знахарь бога, которому поклонялся? Не давал ли он понять, что пленника принесли в жертву во время какого-нибудь мерзко^ ритуала? Либо в его устах слово «червь» было синонимом слова «смерть»? Ведь в одинокой темноте могилы царствует лишь Червь.
Вождь наморщил лоб, пытаясь решить эту загадку. Древний город Иб иногда называют городом Червя. Потому ли это, что он являлся культовым центром поклонявшихся повелителю Червя… или, может быть, те обрывки легенд, что слышал Джомдат… правда? Молва утверждала, что в катакомбах под древним городом Иб обитает отвратительное существо… гигантский червь.
Джомдат продолжал искать своего друга Тонгора до полудня, до тех пор, когда уже не мог больше откладывать возвращение в Альтаар. Он так и не сумел найти вход в то таинственное и, вероятно, легендарное подземелье, существующее, согласно поверьям, под руинами древнего Иба. Возможно, и нет никаких катакомб. Возможно, Тонгора убили. Хотя Джомдату очень не хотелось прекращать поиски, он вынужден был это сделать. Раненых воинов следовало доставить обратно в Альтаар, где их раны можно промыть, смазать и перевязать.
Когда огромный караван колесниц победившего племени джегга выехал из ворот павшего Иба на бескрайнюю равнину, Джомдат последний раз взглянул на безмолвные руины. Он подумал о том, пожмет ли он еще когда-нибудь руку Тонгора.
И злобно произнесенная фраза ухмыляющегося шаману снова прозвучала у него в голове. Она преследовала его и будет еще долго преследовать…
«Найдете его в пасти Червя!..»
Глава 10
ПОДЗЕМНЫЙ МИР
На диких и вольных равнинах музыка битвы звучит,
И гнев молодого Джомдата противнику гибель сулит.
Враг побежден. Но напрасно Тонгора ищет Джомдат:
Тот, разорвав свои цепи, бежал в мир подземный — в ад.
В пещеры ужасные ныне путь Тонгору лежит.
Туда, где живому нет места, где страх и безумье царит.
Один на один со смертью, во тьме, глубоко под землей
С кошмарною, мерзкою тварью в схватке сошелся герой.
Сага о Тонгоре, XVII, 15, 16Тонгор камнем падал в непроглядную тьму. Из черной бездны дул сырой ледяной воздух. Он был отвратительным, влажным, затхлым… зловонный запах разложения, который бил по органам чувств, словно вонь гнезда змей, которые извивались, свернувшись клубком среди собственного помета.
Падая, Тонгор вложил меч в ножны, так чтобы обе руки его оказались свободны. Он не подумал, когда прыгал, что колодец может оказаться такой неимоверной глубины, и пришлось расставить руки в попытке ухватиться за какой-нибудь выступ. Но северянин не смог дотянуться до стен.
Однако, если он упадет с такой высоты на камни внизу, то должен радоваться, если только ноги переломает…
Вдруг тело валькара погрузилось в ледяную воду, и Тонгор понял, что упал в подземное озеро. Вода показалась невероятно холодной. Вначале удар оглушил Тонгора, но жгучий холод быстро оживил его. Северянин вынырнул на поверхность и стал барахтаться, с трудом дыша, отплевываясь. Тело его занемело от холода.
Валькар обнаружил, что его подхватило мощное течение! Значит, это не озеро, а подземная река, которая с непреодолимой силой уносит его куда-то. Кругом царила абсолютная темнота. Он ничего не видел, но по тому, как рев бурлящей воды отражается эхом, решил, что поток несет его по узкому туннелю с низким сводом. Бесполезно было бороться с бурным потоком, так что Тонгор сосредоточился на том, чтобы держать голову над водой. Это оказалось достаточно трудно. Борьба со стихией целиком захватила беглеца.
Подземная река неслась с чудовищной скоростью по туннелю, который постоянно петлял, как очень скоро обнаружил валькар, когда вода с силой ударила его о грубую стену на первом же повороте. Тонгор быстро приспособился и выставлял вперед ноги, когда чувствовал, что поток собирается снова швырнуть его на камни. Всеми силами сражался он с рекой и вдруг почувствовал, как от ледяного холода черных вод начинают неметь его члены. Если он не выберется из потока — и при этом в самое ближайшее время, — холод скует его ноги и руки, так что даже железная воля валькара не заставит их пошевелиться, и беспомощный Тонгор утонет в этих черных водах неизвестной реки где-то глубоко под землей…
Совершенно неожиданно подземный поток ворвался в огромную, отдающую гулким эхом пещеру, просторную, с высоким сводчатым потолком, как в грандиозном храме.
Вдруг валькар заметил вдали слабое свечение — и тут же поток с силой ударил его о мокрый холодный камень. Из последних сил Тонгор онемевшими руками схватился за скрытый под водой уступ и вытянул свое тело из реки на плоский холодный камень.
Беглец смахнул с глаз прядь мокрых волос, вглядываясь в окружавший мрак. Пока тело его отдыхало, глаза привыкали к темноте. Слабый свет — тусклое зеленоватое свечение — не походило ни на что, виденное им раньше. Северянин огляделся.
Вокруг камня, на который он выполз, несся поток воды. Он впадал в черное озеро, на поверхности которого пузырилась белая пена.
Где-то слева, вне поля зрения Тонгора, вода из озера стекала вниз водопадом, о высоте которого ничего сказать было нельзя. Но грохот его эхом разносился по пещере, а в воздухе висел туман брызг. Местами из воды поднимались каменные стеклообразные клыки. Некоторые из них достигали высоты в три человеческих роста. Толщиной они могли сравниться лишь с гигантом лотифером. Мощный поток воды за долгие века подмыл основание громадных сталагмитов, и на уровне воды образовались уступы, на один из которых и вылез Тонгор.
Валькар закинул голову, вглядываясь в темноту. Он хотел разглядеть свод пещеры. Если бы тот находился достаточно низко, Тонгор ухватился бы за низко свисающий сталактит и вскарабкался по нему. Тогда, возможно, он отыскал бы выход наверх!
Справа, за группой остроконечных сталагмитов, он увидел уступ, образованный краем озера. И зеленоватый свет, похоже, шел с той стороны.
До ближайшего сталагмита было недалеко. Поднявшись на ноги и цепляясь за скользкий камень, нависающий над уступом, валькар сумел перебраться на соседний сталагмит, а оттуда на следующий. Он добрался до края озера, вскарабкался по изъеденному водой склону и оказался на сухом месте.
Камень под ногами был прочным, но покрытым грязью и разлагающимся мусором. Тонгор поднялся по склону, спустился по другой его стороне и увидел остальную часть пещеры. Впереди поднимался густой лес сталагмитов, но валькар решительно направился вперед. По мере его продвижения странный свет усиливался.
Он оказался в фантастическом лесу чудовищной растительности. Поганки… огромные, вздувшиеся купола зловонных грибов доходили ему до груди. Они покачивались на бородавчатых ножках, толщиной с могучую руку воина. Всю эту растительность окружал светящийся нимб — жуткий, не имеющий определенного источника света. Тонгор заметил его, еще когда выбирался из подземного озера.
