Вороны промолчали. Могли бы и возразить! Но они – промолчали. И тогда Джастин, пошатываясь, поднялся на ноги.
– Я поеду к ней!
«Не самая лучшая идея», – мрачно сказал Гораций.
«У меня других не бывает», – ответил Джастин, заходя в дом.
Посмотревшись в зеркало, он выяснил, что выглядит весьма презентабельно. Одежда чистая, не мятая. Волосы не растрепаны. В общем, облик не пьяный.
Вороны мысленно выразили свое несогласие.
Он еще раз проверил адрес Мэй и, добравшись до подземки, сел на фиолетовую линию, ведущую прямо в центр города. Оказалось, что Мэй жила в старинном, но весьма недурном квартале, с зелеными лужайками и добротными кирпичными особнячками. Мэй обитала в очень красивом таунхаусе. Джастин даже остановился полюбоваться на фасад, перед которым росли вишневые деревья. Конечно, не столь модное местечко, как его последнее жилье, но таунхаус Мэй подошел бы ему гораздо больше, чем дом, в котором поселили его и Синтию. Несомненно, он должен выбираться из пригорода и приспосабливаться к цивилизации.
Джастин собрался с духом и поднялся по ступеням к двери. Его захлестнули тревога и нетерпение, но он постарался не выдать их и сохранять спокойствие и уверенность. Он до сих пор не придумал, что сказать, но главное – начать разговор, а нужные реплики сразу придут на ум. Нужно все объяснить, понять, почему…
– Да?..
Дверь открыл незнакомый мужчина в джинсах. На обнаженной груди бугрились мускулы. Светлые волосы были влажными после душа. Джастин пару мгновений хлопал глазами и молчал, потом решил, что ошибся адресом.
– Извините. Я не туда попал.
Мужчина улыбнулся, и Джастин понял, что видел его раньше. Это был один из преторианцев, которые несли службу в здании сената.
– Вы к Коск… в смысле, к Мэй?
Джастин смог только кивнуть головой: слова застревали в горле
– Заходите, я ее сейчас позову. – И парень отступил в сторону. – Она только душ приняла.
Глава 24
Терапия
Мэй даже не ожидала, что разговор с заехавшим за Тессой парнишкой настолько сильно развеселит ее. Впрочем, после всего пережитого в Масатлане комический эпизод был весьма кстати. Правда, общее настроение это не изменило. Она пока не могла прийти в себя и осмыслить невозможное: человек, в конце концов, завоевавший ее уважение – хотя временами он бывал несносен! – оказался во власти тех самых бредовых идей, от которых должен был по долгу службы защищать граждан.
Мэй поднималась по ступеням к своей двери, но вдруг вспомнила, что на эго мелькнуло сообщение: для нее доставили посылку. Она развернулась и направилась в соседний дом, где жил хозяин. В холле на стене висели почтовые ящики всех жильцов. Плюс – там же находились ящики и покрупнее, предназначенные для посылок. Мэй опустилась на колени, нашла свой, а затем провела эго по электронному замку. Дверка распахнулась, и она обнаружила внутри букет длинных белых роз с нежно алевшими краями. Удивившись, она забрала цветы, поискала открытку или карточку, ничего не нашла – и почти побежала к себе домой.
Странно. Кто же мог прислать ей букет? Может, влюбленный солдат с прежнего места службы? Порфирио до букетов обычно не снисходил. Впрочем, иногда он устраивал что-нибудь необычное – например, Мэй заходила в спальню и видела, что повсюду горят свечи. В таких случаях через секунду оба оказывались в постели.
Мгновение Мэй тешила себя мыслью, что они от Джастина – нечто вроде извинения, «прости меня за то, что ввел тебя в заблуждение, никакой я не религиозный фанатик, это было необходимо для расследования».
Нет. Цветы принесли, пока они еще были в Масатлане.
Она поставила их в вазу – и сразу же зазвонил эго. Имя на экране вогнало ее в ступор, но она перевела звонок на экран в гостиной. На нем возникло улыбающееся лицо Лусиана Дарлинга – красивое и ухоженное, словно только что с пресс-конференции.
– Сенатор, – приветствовала собеседника она. – А я думала, вы про меня забыли.
Улыбка Лусиана стала еще шире:
– Разве такое возможно! Меня отвлекли дела – предвыборная кампания и прочее. Но это не оправдание, я знаю.
– Не уверена. С моей точки зрения, вполне приемлемое… – ведь вы же готовитесь возглавить страну.
– А вы поручите выборщику голосовать за меня?
Она засмеялась и уселась на диван:
– Конечно!
– Похоже, я стал на один шаг ближе к победе. Надеюсь, розы смягчили ваше сердце?
– Нет, но спасибо за цветы.
Несмотря на то что он, как всегда, излучал спокойствие и выглядел весьма обаятельно, Мэй немного нервничала. Эти розы… Получилось, что он сделал очередной шаг по направлению к ней – крохотный, но упорный шажок… И Мэй не была уверена, что ей нравится подобный расклад.
– Не стоило беспокоиться.
– О нет. Мне следовало заручиться вашей поддержкой и получить ваш голос! Кроме того, я рассчитывал на то, что вы примете мое приглашение к позднему ужину.
Надо же. Новый неожиданный сюрприз!
– Сегодня?
– Прошу прощения, что не предупредил заранее.
Но что-то в его голосе подсказывало – Лусиан совершенно не сожалеет о содеянном – а, напротив, полагает, что она должна запрыгать от счастья. Они с Джастином были в этом очень похожи.
– У меня недавно отменилась встреча, и в результате я провожу время в одиночестве, сидя в своем ванкуверском доме… Мэй, может, вы захотите составить мне компанию? Не думайте, что я на что-то рассчитываю сверх ужина. Это лишь ради удобства. Я бы с удовольствием пригласил вас в ресторан, но вряд ли вам понравится то, что на вас будут глазеть.
– Верно, – согласилась она.
И, припомнив слова Джастина о том, что роман сенатора-плебея с женщиной из касты станет концом политической карьеры такого сенатора, предположила, что и Лусиану не нужны любопытные взгляды избирателей..
– К счастью, я прекрасный повар. Кстати, я готовлю отличные стейки – многие даже мечтать о таких не могут. Вы увидите и уверуете, поверьте мне на слово.
И он улыбнулся в тридцать два зуба, ожидая ее ответа.
– Я польщена, – честно ответила она. – Но я буквально только что вернулась домой после долгой поездки и устала. К сожалению, я не найду в себе силы куда-то выбраться.
«Чтобы ввязаться в сомнительный роман с политической подоплекой и неприятными последствиями».
– Прошу прощения. В любом случае благодарю за приглашение.
Если он и расстроился, то почти не подал виду. Лусиан мужественно поинтересовался:
– Я завтра уеду, но на следующий день вернусь. Как насчет вечера понедельника?
Она прищурилась.
– Увы, меня не будет в городе. Мы с Джастином едем на территорию нордлингов.
Он приподнял бровь.
– Хотите познакомить жениха с родителями?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
