Мы осторожно поднялись. Из комнаты наверху до нас доносился гул разговора. Мы, не встретив никого, дошли до верхнего конца лестницы. Затем мы пробрались вдоль коридора и благополучно достигли балкона, выходящего во двор.
Справа от нас светилось окно, ведущее в комнату, в которой я видел Тан Гаму, и его товарищей перед уходом в камеру тарка. Оба воина уже вернулись, и я услышал часть разговора.
– Что могло задержать Тан Гаму? - спросил один из них.
– Не может быть, чтобы он так долго искал свой меч в камере тарка! - сказал другой.
– Свой меч? - переспросила женщина, - что вы хотите этим сказать?
– Тан Гама забыл свой короткий меч в камере тарка, - объяснил первый воин, - и повернул за ним, оставив нас у лестницы.
– Тан Гама не имел с собой короткого меча сегодня вечером, - возразила женщина. - Меч его был разбит в сегодняшнем бою с тарком, и Тан Гама дал мне его починить. Смотри, вот он!
С этими словами она вытащила короткий меч из под шелков и мехов, служивших ей постелью.
Воины вскочили на ноги.
– Что-то неладное, - промолвил один из них.
– Я как будто предчувствовал это, когда Тан Гама оставил нас у лестницы, сказал другой.
– Мне показалось, что голос его звучал как-то странно.
– Идем! Идем скорее в подземелье!
Мы не стали слушать дальше. Я быстро связал свои ремни в одну длинную полосу, помог Тарс Таркасу спуститься во двор и минутой позже был рядом с ним.
Мы едва ли сказали друг другу дюжину слов с тех пор, как я поразил Тан Гаму у дверей камеры и при дрожащем свете факела увидел на лице великого тарка выражение самого крайнего удивления.
– За время нашей дружбы я научился не удивляться ничему, Джон Картер!
Это было все, что сказал он мне тогда. Ему и не нужно было говорить, что он ценит дружбу, побудившую меня рисковать жизнью для его спасения; излишним было говорить, что он рад мне.
Этот свирепый зеленый воин был первым, встретившим меня двадцать лет назад, когда я впервые появился на Марсе.
Он встретил меня с направленным на меня копьем и жестокой ненавистью в сердце. А теперь среди жителей обоих миров я не имел лучшего друга, чем Тарс Таркас, джеддак тарков.
Достигнув двора, мы на минуту остановились в тени под балконом, чтобы обсудить положение.
– Нас теперь пятеро, Тарс Таркас! - сказал я ему. - Со мной Тувия, Ксодар и Картерис. Нам нужны будут пять тотов, чтобы спастись.
– Картерис! - воскликнул он. - Твой сын.
– Да! Я нашел его в шадорской тюрьме на море Омина, в стране перворожденных.
– Я не знаю мест, о которых ты говоришь, Джон Картер. Они на Барсуме?
– На Барсуме и ниже, друг мой! Но подожди! Если нам удастся спастись, ты услышишь самую странную повесть, какую только приходилось слышать барсумцу. Мы должны скорее выкрасть тотов и скорее отъехать подальше к северу, прежде чем эти молодцы обнаружат, что мы их провели.
Мы благополучно добрались до другого конца двора и больших ворот, через которые необходимо было вывести тотов на дорогу. Нам предстояло трудное дело - захватить пять крупных свирепых животных, таких же диких, как их хозяева, которые слушались только грубой силы.
При нашем приближении они почуяли запах чужих и с яростным визгом окружили нас. Их головы с открытой пастью на длинных массивных шеях высоко поднимались над нашими головами. Их вид может внушить страх, даже когда они спокойны, но когда они возбуждены, они крайне опасны. Тот вышиной не менее десяти футов; у него блестящая, лишенная шерсти кожа, темно-серого цвета на спине и боках, что еще более подчеркивает яркую желтизну его восьми ног с громадными ступнями, лишенными копыт. Брюхо тота - чисто белое, плоский хвост дополняет картину свирепого марсианского коня, вполне подходящего для этого воинственного народа.
Так как тотами управляют исключительно телепатическими средствами, не было надобности иметь узду и поводья. Наша задача состояла в том, чтобы найти двух тотов, которые подчинились бы нашему молчаливому приказу. Когда табун напал на нас, мы настолько подчинили их нашей воле, что помешали их соединенной атаке против нас. Но их визг продолжался, и это должно было привлечь внимание наших врагов.
Наконец нам удалось овладеть одним из этих огромных животных, и прежде чем оно успело понять мое намерение, я твердо уселся верхом на его блестящей спине. Минутой позже Тарс Таркас тоже овладел тотом и вскочил на него, а затем мы погнали между нами трех или четырех из этих животных к большим воротам.
Тарс Таркас ехал впереди; он перегнулся, отодвинул задвижку и настежь открыл ворота в то время, как я удерживал трех тотов от возвращения в стадо. Затем, не закрывая ворот, мы проехали через дорогу вместе с краденными конями и поспешно направились к южной границе города.
До сих пор наше спасение было почти чудесным. Но фортуна не покидала нас и дальше. Мы миновали окрестности мертвого города и прибыли в лагерь, не заметив никаких признаков погони.
Легкий свисток известил моих товарищей о моем возвращении. Все трое остававшихся встретили нас, выражая самую восторженную радость.
Мы посвятили всего несколько минут рассказу о наших приключениях. Тарс Таркас и Картерис обменялись официальным, полным достоинства приветствием, принятым на Барсуме, но я интуитивно почувствовал, что тарк полюбил моего мальчика и что Картерис отвечал ему тем же. Ксодар и зеленый джеддак тоже были официально представлены друг другу. Затем мы посадили Тувию на самого добронравного из тотов, Ксодар и Картерис сели на остальных, и мы помчались по направлению к юго-востоку. У отдаленного конца города мы свернули к северу и бесшумно поехали по дну мертвого моря, залитого лучами двух месяцев, навстречу новым опасностям и приключениям.
Около полудня следующего дня мы остановились, чтобы дать передохнуть нашим коням и чтобы отдохнуть самим. Животным мы спутали ноги и пустили их пастись на желтый мох, который служит им одновременно и пищей и питьем во время походов. Тувия изъявила желание остаться на страже, остальные улеглись спать.
Мне показалось, что я только закрыл глаза, как я почувствовал ее руку на своем плече и услышал ее нежный голос, предостерегавший меня от новой опасности.
– Вставай, принц! - шепнула она. - Мне кажется, что за нами погоня. Похоже на то, что идет большой отряд.
Девушка стояла, указывая по направлению, откуда мы прибыли. Я встал, посмотрел, и мне тоже показалось, что на фоне далекого горизонта колеблется тонкая темная линия. Я разбудил остальных. Тарс Таркас, который благодаря своему гигантскому росту, возвышался над всеми нами, видел дальше других. Он посмотрел на горизонт и сказал:
