Читаем без скачивания Неистребимый - Сергей Зайцев

Но как невовремя он умер. И как тем самым меня подвел… И с этим миром, в котором мне пришлось оказаться, чтобы найти его, и с этой легендой о хкаси-телепорте, проверить которую уже не было никакой возможности. Я… я смотрел на него, на этого дряхлого старика, на самом деле бывшего еще не старым по возрасту человеком, и думал о том, сколько страданий здесь ему пришлось перенести… Проклятый безжалостный мир. Проклятая безжалостная Волшебная Тварь, которая придумала всю эту игру. Я уже не сомневался, что видения с участием Валигаса были насланы на мой разум самим Зверем, жаждавшим пробуждения от своего псевдосна, но не способным отойти от правил, установленных им самим. Все, что его устами Валигас говорил мне, было чушью моего собственного подсознания, моими собственными страхами, использованными против меня Зверем с единственной целью – заставить меня плюнуть на собственную жизнь и шагнуть в этот дьявольский Круг.

Значило ли это, что и Зверь может ошибаться? Или я просто не знал того, что ведомо было ему? Ведь в Круге я чувствовал только смерть.

Я отвернулся от тела старика и снова взглянул на Гилсвери.

– И что произойдет?

Он шевельнулся, расправляя плечи. Слабое сияние окружало его голову, пробегая в коротких волосах короткими всполохами. Сейчас мы все выглядели так же.

– Либо ты станешь тем, кого мы ждем, либо нет.

– Как это будет выглядеть?

– Не знаю. Никто еще не видел истинного Причащения.

– А как выглядит смерть того, кто ошибся?

Взгляд его холодных глаз был серьезным и внимательным.

– Ты не успеешь почувствовать боли.

– Понятно…

Несмотря на то что я не собирался вступать в этот злоклятый круг, в горле внезапно пересохло. Я невольно сглотнул. Весь этот разговор не имел особого смысла. Я просто тянул время, не в состоянии уйти сразу, без предисловий, оставив их здесь… Проклятие, ну что это еще за совершенно неуместное чувство вины, что я им должен? Да ничего. Нет у них на меня никаких прав. Но, Небесные Силы, как же все они ждут от меня этого! Каждый по-своему, вкладывая в ожидания собственный смысл. Я не хотел чувствовать себя обязанным сделать это. Почему же я это чувствовал? Зачем? За что?

А собственно, что я так брыкаюсь? Чего такого в моей жизни ценного, что я боюсь потерять? Пожалуй, останавливало только единственное соображение – бессмысленность всей этой затеи. Этот Круг был скроен не для меня. Я это чувствовал. Я был в этом уверен абсолютно.

– Допустим, я стал им. Что дальше?

– Примерно в получасе пути отсюда есть место, которое называется Порогом и охраняется стражем Зверя – Стерегущим. Ты должен будешь показаться ему, чтобы он признал твое право пройти к Зверю и разбудить его.

Право… Не нужно мне это право. Забери его себе. Несколько лет назад я спасал свой собственный мир, и изменения, затронувшие мою суть после этого, лишили меня уверенности в том, что я остался человеком. И не только физически. А ваш мир для меня совсем чужой…

Я невольно покосился на Тай, снова испытывая это проклятое чувство вины. Да, проявления реальной жизни редко подчиняются логике… Что с того, что я не чувствовал себя этим Светочем и моя смерть ничего для них не решит? Они настолько успели убедить себя в том, что я именно тот, кто им нужен, что просто не желали думать по-другому. И уже одним этим связывали мне руки.

Я медленно обвел взглядом обращенные ко мне лица спутников, рассредоточившихся по периметру светового столба, снова с досадой отметив нетерпеливое ожидание, которое светилось в их глазах. Больше всех волновалась Тай, да и Квин выглядел чересчур взбудораженным. Но Тай волновалась именно за меня, а не за Пророчество, и я ощутил к ней благодарность… Впрочем, Лекс, кажется, тоже испытывал ко мне что-то вроде сочувствия. Хороший парень этот Лекс…

И хороший драматический спектакль, трагедии – хоть отбавляй. Только неправильно выбран актер для главной роли, причем только потому, что других актеров на эту роль в данный момент не оказалось. Но я давно уже решил, что делать дальше, и, прямо посмотрев магу в глаза, намеренно жестко и неприязненно сообщил:

– Сначала я нанесу визит Стражу, прежде чем предпринимать что-либо еще.

По моим расчетам, именно там находился хкаси-телепорт.

– Не смей этого делать, засферник! – Низкий протестующий бас Верховного мага Кордоса всколыхнул шевелящийся сумрак, окружавший нас в этом колодце. Достигнув моих ушей, бас превратился в вибрирующий шепот. – Стерегущий никого не отпускает живым! Ты должен…

– Замолчи. – В голосе Наместника было столько силы и власти, что даже Верховный маг Кордоса поперхнулся и умолк, возмущенно уставившись на своего давнего соперника. – Здесь решаю я. Он может идти, куда пожелает.

«Все равно любой путь приведет меня сюда», – закончил я про себя его мысль.

Как бы он не оказался прав, этот холодноглазый маг.

Как бы он не оказался прав…

Я отступил на шаг, еще раз нервно обежав всех взглядом.

– Дальше я пойду один. – Я не просил, я предупреждал. – Если все пройдет благополучно, я вернусь лишь для того, чтобы попрощаться. Если нет… Что ж, тогда мы вместе попробуем найти выход, приемлемый для всех нас.

Затем я развернулся на сто восемьдесят и торопливо зашагал к продолжению расселины, зиявшему темной вертикальной линией в другой стороне колодца. Шагал и чувствовал взгляды шести пар глаз на своей спине. Чего только в них не было, в этих взглядах – презрение, сочувствие, недоумение, холодная уверенность да и просто вера…

Может быть, я и вправду пытаюсь сбежать от самого себя.

Но, по крайней мере, это следовало выяснить наверняка.

12. Усложнение ситуации

После такой неожиданной выходки засферника народ быстренько отчалил от Круга Причастия, не желая искушать свою судьбу, и Лекс тоже не стал оригинальничать, отошел вместе со всеми. Они уселись в тесный кружок и принялись обсуждать ситуацию. Стоять остался только Альтарес, видимо, подобная поза для отдыха – на корточках была не только ему непривычна, но и неудобна при его солидной комплекции. Хорошо хоть подошел, встал рядом, не погнушался простым людом. «Здоровый мужик этот маг, – отметил про себя Лекс, – куда крупнее своего племянника Гронта и даже чуток выше ростом. Пахать на нем – милое дело…»

Лекс не сразу включился в общий разговор, прислушиваясь к своим собственным ощущениям. Чувствовал он себя, надо сказать, как-то странно, то ли сказывалось напряжение последних дней, то ли сам этот колодец на него так повлиял, но с лихорадочным возбуждением и мягкой теплотой, растекавшейся в груди, было трудно бороться. На сильное жжение под повязкой, прикрывавшей почти зажившую рану на левой руке чуть выше локтя, оставленную зубами лысуна, он не особенно обращал внимание, привычно полагая, что раз жжет и чешется, то хорошо заживает. Больше беспокоила какая-то муть в голове – мысли путались и рвались гнилыми нитками, стоило чуть напрячь мозговые извилины.

А может, просто пожрать надо было вовремя, только и всего. Вот-вот, в желудке снова заурчало от голода, едва об этом подумал. А все этот Альтарес – сорвал, гад, завтрак, своим появлением на Развилке… Привыкнув изо дня в день видеть перед собой своего светлейшего, Лекс не испытывал особого трепета и в присутствии Верховного мага Кордоса… Из двух зол Альтарес и голод – последнее было как-то ближе к телу. Да-а, не самый подходящий момент, да и перекусить было нечем. Никто не собирался здесь особенно задерживаться, поэтому все припасы остались снаружи. Кто ж знал, что засферник так взбрыкнет. Правда, если быть справедливым, тот и раньше предупреждал, что Круг Причастия его не особенно интересует, но Гилсвери был другого мнения на этот счет. И Лекс ему все-таки поверил, после всех-то дорожных перипетий, снова и снова свидетельствующих о необычной силе засферника. Попробуй тут не поверить, если даже эта толстая морда из Кордоса присоединилась к ним! Чем не красноречивое подтверждение? Вон оно, это подтверждение, стоит и недовольно сопит рядом во все дырки. Зря, наверное, он тогда отговорил Онни прибить Гронта на плоскодоне, а? Быть может, и не притащил бы тогда этот костлявый мерзавец сюда своего дядюшку… Нет, не зря. Не годится убивать безоружных и беззащитных. На всю оставшуюся жизнь – черное пятно на чести и совести, даже если об этом никто и знать не будет. Не зря. Он бы просто перестал ее уважать… Что ж, надо было тогда самому…

Наполненный едва сдерживаемой тревогой голос Тай, пристроившейся слева от Лекса, с натугой пробился сквозь муть в голове:

– Неужели он это сделает?

– Ты имеешь в виду, одолеет ли он Стерегущего? – уточнил Гилсвери, уставившись на нее своими холодными голубоватыми глазами.

– Да…

– Неверный вопрос, – презрительно скривившись, пробурчал Альтарес. – Стража невозможно победить. Погибнет он или выживет – вот что должно нас интересовать.