И вдруг случилось новое нападение…
7 марта 2004 года двое инкассаторов (на этот раз оба вооруженные) выходили из универсама «О’Кей», расположенного на углу улицы Типанова и проспекта Космонавтов. Шагавший впереди беспечно отхлебывал из бутылки минеральную воду. Второй, который держал в руке баул, шел сзади. Услышав крик «Кидай, баул!» и выстрелы над головой, первый упал на землю, а второй попытался вернуться в магазин. За ним бросился выскочивший с другой стороны еще один налетчик с пистолетом. Он выстрелил инкассатору в плечо, а когда тот упал, то «для верности» выстрелил в него еще, выхватил баул и бросился бежать. Сообщник устремился за ним. Лежащий инкассатор стал стрелять вдогонку, но все пули прошли мимо.
На этот раз, однако, у оперативников все же появились кое-какие зацепки. Часть происшествия зафиксировала установленная в универсаме камера видеонаблюдения. Правда, качество записи было скверным — удалось различить лишь телосложение и одежду нападавших злоумышленников. Но эти «показания» были существенно дополнены крайне важной информацией от ценнейшего на тот момент свидетеля.
Генеральный директор одной из коммерческих фирм по имени Денис волею судьбы оказался в нескольких метрах от места происшествия и повел себя очень грамотно. Спрятавшись за свою машину, чтобы не пострадать от пуль, он постарался запомнить все детали нападения, а также внешность преступников. А потом подробнейше изложил это все в своих показаниях. По его описаниям специально приглашенный художник Алексей Хасанов, ветеран МВД, нарисовал портреты, которые тут же были разосланы в виде ориентировок во все отделения милиции.
Еще один след появился через три дня в ходе проведения дальнейших оперативно-розыскных мероприятий. Участковый инспектор милиции, закрепленный за территорией в районе универсама «О’Кей», во время очередного обхода обнаружил в одном из дворов брошенную машину — «Жигули»-«копейку». В салоне находились мешки из-под денег — те самые, которые были в инкассаторском бауле.
Оперативники незамедлительно установили хозяина машины. Оказалось, однако, что к нападению на инкассаторов он никакого отношения не имеет. А машину свою еще 18 января 2004 года он продал неизвестному человеку по имени Саша. Причем продал неофициально — просто получил деньги, а никакого переоформления не проводил. В сводках ГАИ, фиксирующих нарушения, эта машина после продажи не значилась, и установить, кто на ней ездит, было невозможно.
Правда, что было немаловажным, словесное описание Саши полностью совпадало с тем, что дал свидетель Денис. И, таким образом, начинал проясняться определенный след…
Оперативники еще раз провели детальный анализ расследуемых нападений. И обнаружили весьма примечательную закономерность: во всех прослеживалось хорошее знание специфики милицейской работы. К примеру, умелое заметание следов явно говорило о том, что преступники не понаслышке знакомы с оперативно-розыскной деятельностью. А нападение с двух точек с ведением перекрестного огня выдавало знакомство с тактикой, преподаваемой в учебных заведениях МВД. Характер и точность стрельбы также свидетельствовали о профессиональных навыках владения оружием.
Все сводилось к тому, что преступниками могли быть сотрудники милиции, действующие или бывшие. Несколько мелких штрихов в нападении на постового Ильина свидетельствовали, что нападавшие знали даже детали специфики охраны метро. Это обстоятельство конечно же не могло не настораживать оперуполномоченных «убойного» отдела. К примеру, налетчики учли, что на станции «Фрунзенская» не работала камера видеонаблюдения. Из чего оперативники заключили, что преступники вполне могли быть сотрудниками УВД метрополитена, владеющими такими специфическими знаниями. И скорее бывшими, чем действующими, — действующий рисковал рано или поздно засветиться и попасть на глаза тому же Ильину или метровским оперативникам, также занимающимся этим сложным расследованием.
Сыщики уголовного розыска в ходе отработки этой версии навели справки обо всех сотрудниках вышеупомянутого подразделения, уволившихся за последние годы. Таких оказалось около трехсот человек. Сразу отбросили тех, кто не подходил по ориентировочным приметам — возрасту, телосложению, а также портретным данным. Осталось около 30 человек. Всех их подвергли доскональной негласной проверке — проследили всю их жизнь едва ли не со школьной скамьи.
Наконец в итоге поиска остался один, чьи внешние данные и послужной список более всего соответствовали образу предполагаемого преступника.
Это был некто Алексей Тимофеев, 1975 года рождения, уроженец Архангельска, бывший сотрудник постовой службы УВД метрополитена, работавший после увольнения торговым агентом в одной из питерских фирм. По месту прежней милицейской службы он характеризовался отрицательно: постоянно что-то нарушал, переходил из одного подразделения в другое, пока наконец не был с треском уволен.
Тимофеева взяли под негласное оперативное наблюдение — настолько плотное, что вскоре, словно по распутывающейся ниточке, вышли на его друзей. Одним из них был Алексей Федоров, 1975 года рождения, уроженец Ленинграда, тоже бывший сотрудник УВД метрополитена. Другой — Михаил Кириченко, 1977 года рождения, уроженец города Горький, действующий сотрудник того же ведомства, командир отделения патрульно-постовой службы милиции.
Анализ и сопоставление собранной оперативной информации, полученной в результате наблюдения за этой троицей, укрепил первоначальные подозрения сыщиков — похоже, это были именно те, кто нападал на инкассаторов. Всякие сомнения отпали, когда бывший владелец «копейки» по фото опознал Тимофеева как человека, который купил у него машину 18 января 2004 года.
Работа по изобличению преступников осложнялась отсутствием в деле прямых доказательств. Описание очевидцами примет преступников были крайне противоречивы, что не позволяло членам оперативно-следственной группы в случае немедленного задержания фигурантов предъявить суду доказательства, необходимые для ареста. Исходя из этого, было принято решение провести в отношении Тимофеева, Федорова и Кириченко полный комплекс оперативно-розыскных мероприятий.
В конце апреля 2004 года была получена оперативная информация, что Кириченко взял на службе очередной отпуск и уехал за пределы города. Более того, оперативники сумели выяснить, что оставшиеся в Питере его сообщники замышляют новое разбойное нападение.
Место подельники выбирали долго и тщательно. Ежедневно колесили по городу и наконец остановились на почтовом отделении № 349, расположенном на проспекте Королева. В данном случае деньги инкассаторы не выносили, а вносили внутрь. По замыслу налетчиков, Тимофеев должен был войти в помещение прямо перед инкассатором, а когда тот появится на пороге, положить его на пол, угрожая пистолетом, отобрать баул с деньгами и выбежать с ним на улицу. Там его должен страховать Федоров, тоже вооруженный пистолетом. Подельники по договоренности должны были скрыться на «Жигулях»-«копейке», которые уже приобрели по прежней схеме.
6 мая 2004 года на совещании руководства криминальной милиции при начальнике ГУВД Санкт-Петербурге и Ленинградской области генерал-лейтенанте милиции Михаиле Ваничкине было принято коллегиальное решение о проведении специальной операции по задержанию преступников непосредственно перед нападением. Специалисты разработали и утвердили детальный план, предусматривающий несколько вариантов развития ситуации. Планировалось выставить три опергруппы, чтобы блокировать возможные пути отхода, учитывая, что у Тимофеева и Федорова есть огнестрельное оружие, и они могут оказать отчаянное сопротивление.
7 мая задолго до назначенного времени район предполагаемого нападения был окружен плотным невидимым кольцом сотрудников милиции. В засаде стояли два микроавтобуса с бойцами ОМСН КМ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
Была проведена окончательная рекогносцировка, и оперативные группы заняли исходные позиции. О планируемых мероприятиях была извещена прокуратура Санкт-Петербурга, и следователи находились в непосредственной близости от места предстоящих событий, чтобы по окончании проводимых оперативно-розыскных мероприятий тут же провести необходимые и безотлагательные следственные действия. В доме напротив почтового отделения был оборудован наблюдательный пункт, откуда по рации координировались действия групп захвата и блокирования.
На крыше соседней «высотки», чтобы организовать оперативную видеосъемку, засел с видеокамерой по заданию руководства ГУВД полковник милиции Валерий Вехов — специалист по организации оперативных съемок из пресс-службы криминальной милиции. Отснятая им пленка четко зафиксировала все детали проведенной спецоперации по нейтрализации налетчиков. Впоследствии этот видеоматериал был неоднократно продемонстрирован в ряде выпусков новостей ведущих мировых телекомпаний, что свидетельствовало о высоком профессионализме питерских сыщиков.
