– Есть две вещи. – Мы с Андре успели тщательно обдумать этот вопрос. – Первое: нам нужна вся имеющаяся у вас информация о Ниресском монастыре. Охрана, личные дела настоятельниц, уклад жизни – все, что удастся узнать до завтрашнего дня.
Воронте бросил быстрый взгляд на Андре, немного подумал и молча кивнул. Зная, что Антонию Сафэйра заперли именно в этом монастыре, сложить два и два было нетрудно.
– Хорошо, – кивнул он. – Это мы устроим. Что во-вторых?
– Люди, – ответила я. – Вдвоем все же трудновато провернуть такую операцию.
– С людьми посложнее, – поморщился Воронте. – Кто бы что ни думал, не так уж их у нас и много, особенно по-настоящему надежных, а вам, как я понимаю, нужны именно такие. Так что большого числа людей я вам дать не смогу.
– Много людей нам и не требуется, – вмешался Андре. – Мы не собираемся брать монастырь штурмом. Такая затея была бы в любом случае обречена на провал.
– Нам было бы достаточно, скажем, четверых, – подключилась я. – Обязательно надежных: об уровне секретности вы, полагаю, уже догадались. Равно как и о предпосылках этой...ммм...акции, – подобрала относительно нейтральное слово я, – для расклада политических сил в стране.
– Да уж, об этом я приблизительно догадываюсь, – задумчиво проговорил Воронте, казалось, пробовавший мысль об открывающихся перспективах на вкус, как вино.
– Необходимо, чтобы эти люди умели как следует обращаться с оружием и обладали мозгами, – продолжила я. – Желательно, чтобы эти два качества сочетались в одних и тех же людях, но впрочем, если они будут представлены по отдельности, тоже не беда. Дело, сами понимаете, мягко говоря, непростое, и мозговой штурм, в отличие от обычного, нам потребуется. Но нас вполне устроит и тот вариант, при котором часть выделенных вами людей будут сопровождать нас исключительно в качестве охраны.
Воронте ритмично постучал костяшками пальцев по столешнице.
– Хорошо, – объявил он. – Четверых я вам выделить смогу. Хотите, чтобы я сам подобрал людей, или предпочитаете лично на них посмотреть?
Мы с Андре переглянулись.
– В целом я доверяю вашему суждению, – произнесла я. – Но, впрочем, если есть возможность предварительно на них взглянуть, то почему бы нет?
– Возможность есть, – сообщил граф. – Через полчаса, – он на мгновение взглянул на настенные часы, небольшие, но с крупными цифрами, и я только сейчас отметила, что маятник качается на удивление тихо, – в этом доме состоится одно совещание. Присутствовать будут, естественно, не все, но большинство наиболее надежных людей с мозгами здесь появятся. На первую часть совещания я могу вас пустить. На вторую, простите, нет.
С этим никто и не думал спорить. Мы с Воронте и так достаточно серьезно раскрывались друг перед другом в целях последующего сотрудничества; глупо было бы ожидать, что кто-либо из нас станет выкладывать на стол все карты.
– Кейра, – обратился ко мне Воронте, – быть может, теперь, когда мы договорились об остальном, вы удовлетворите мое любопытство по одному вопросу?
– Слушаю вас, граф.
Я намеревалась по возможности ответить на его вопрос. Это было бы справедливо. Как-никак, на данном этапе именно он помогал нам, притом взамен лишь на эфемерную пока перспективу нашего последующего сотрудничества.
– Каковы ваши планы на будущее? – не ходя вокруг да около, спросил Воронте. – Вы входили в ближайшее окружение Филиппа не один год. Означает ли это, что вы не захотите действовать ему во вред и не выступите непосредственно против него, если такой вопрос встанет ребром?
Я одобрительно кивнула. Хороший вопрос. Несомненно актуальный для Воронте как для главы подполья, и при этом заданный не в бровь, а в глаз.
– Что ж, я буду с вами предельно откровенна, граф, – медленно проговорила я, взвешивая свои слова. – Мой главный враг – не Филипп. Я воюю не с ним, а с альт Ратгором, – уточнила я в ответ на молчаливый вопрос Воронте. – Он основательно мне задолжал, и я намерена в скором времени предъявить ему векселя. На этот счет вы можете быть совершенно спокойны. Альт Ратгору недолго осталось наслаждаться властью. – Воронте, быть может, и собирался отреагировать на эти слова с долей здорового скептицизма, но что-то в моих глазах заставило его воздержаться от комментария. – Насколько я понимаю, одно это делает нас с вами союзниками. – Граф согласно кивнул. – Что же касается Филиппа... – Я безрадостно вздохнула. – Я не преследую цели навредить лично ему. Однако, как вы верно заметили, я преданно прослужила ему несколько лет, и после этого он поступил со мной... скажем, не так, как я того ожидала. Поэтому, – мой голос зазвучал жестче, чем обычно, – я считаю, что ничем ему не обязана. И не стану мучиться угрызениями совести в случае, если мне доведется выступить против него. Хотя, повторю, это не является моей целью. Как видите, я с вами совершенно честна.
– Я понимаю, и очень это ценю, – серьезно подчеркнул Воронте.
– В отношении Филиппа вопрос заключается в том, какова причина столь резкой перемены в его поведении. Здесь существует два варианта, – с еще одним вздохом я принялась озвучивать результат собственных долгих размышлений. – В первом случае он вполне осознанно избрал новый политический путь. При этом мне все равно, какие именно мотивы заставили его так поступить. Возможно, он подпал под влияние опытного, умного и хитрого альт Ратгора, который хорошо умеет пудрить людям мозги. Возможно, поверил в хорошо продуманную клевету. Возможно, его убедили в том, что нынешняя манера правления более выгодна для государства. Все это не играет принципиальной роли. Он – взрослый человек и к тому же король, а, следовательно, отвечает за свои поступки. Он должен уметь фильтровать информацию и делать выводы. Если же он не справляется с этой задачей, стало быть, ему не место во главе государства. Хотя прежде у меня было иное мнение на его счет.
– И как же вы станете действовать в этом случае? – осведомился Воронте.
– Пока еще не знаю, – честно ответила я. Сказать по правде, мне было неприятно рассуждать о Филиппе и моей с ним потенциальной войны. – Это будет зависеть от обстоятельств. В том числе от ситуации с альт Ратгором. Но не исключено, что мы захотим посадить на трон одну юную герцогиню. – Я обменялась взглядами с Андре. – Об этом слишком рано пока говорить, но, полагаю, вас бы устроило такое развитие событий?
После короткой паузы Воронте утвердительно кивнул.
– А второй вариант? – поинтересовался он.
На этот раз я долго молчала, прежде чем дать ответ на вопрос. Да и потом говорила нехотя, практически через силу.
– Чисто теоретически альт Ратгор мог воздействовать на Филиппа при помощи магии. Подчинить его волю и таким образом полностью контролировать все его действия. В этом случае Филипп превратился в марионетку, а страной реально правит именно альт Ратгор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
