— Телепортационный прибор. Одна из редчайших вещей в галактике. Я считал, что он пропал, навсегда утрачен.
— Значит, он ваш?
— Он некоторое время находился у меня.
Тахион рассказал Бреннану историю многострадального сингулярного переместителя — по крайней мере, в той ее части, которая была ему известна.
— Как он попал к «Цаплям»?
— Что? — Тахион перевел взгляд на Мэй. — К каким цаплям?
— Это банда из китайского квартала. «Белоснежные цапли». Их еще зовут «Снежными пташками», потому что они контролируют изрядную долю торговли тяжелыми наркотиками во всем городе. Очевидно, они использовали этот самый переместите ль для контрабанды героина. Я отобрал его у них, но был ранен одним из их более… необычных боевиков.
— Он исчез, когда мы приземлились в Гарлеме, — сказал Тахион. — Возможно, кто-то из «Цапель» был в толпе, которая собралась вокруг нас?
— И он забрал его, сообразив, что это такое? Вряд ли, — негромко сказал Бреннан, и взгляд его стал отсутствующим. — И потом, Гарлем — не территория «Цапель». У них есть там свои агенты, но не слишком многочисленные.
— Что ж, не знаю, каким образом переместитель всплыл на поверхность, но я рад, что это случилось, — заметил доктор. — Теперь у нас есть возможность предложить блестящую альтернативу безрассудному плану Ланкестера напасть на Рой в космосе.
— Рой? — Бреннан знал о полуразумных пришельцах из космоса, которые последние несколько месяцев пытались закрепиться на Земле, но борьба с ними до сих пор не затрагивала его лично. — И какую же… какую пользу может эта перемещающая штука принести в борьбе с Роем?
— Долго рассказывать. — Тахион вздохнул и провел ладонью по лицу. — Один человек из Государственного департамента, которого зовут Ланкестер, возглавляет Федеральную комиссию по борьбе с Роем. Он уже несколько недель не дает мне проходу и требует употребить мое влияние на тузов, чтобы убедить их атаковать Прародительницу Роя — источник появления чудовищ, — которая вращается по эксцентрической орбите вокруг Солнца. Это, разумеется, абсолютно бредовая идея. Попытка выступить против этой твари будет самоубийством даже для самых могущественных тузов. Все равно как если бы комары попытались свалить с ног слона. Но сингулярный переместитель дает нам кое-какие интересные возможности.
— Он может телепортировать человека на такое расстояние? — уточнил Бреннан.
— Человек, совершенно не знакомый с его действием, как, к примеру, вы, — ответил Тахион, — может использовать переместитель для прыжков на короткие расстояния. Чтобы добраться до Прародительницы Роя, нужен могущественный телепат. Но это осуществимо. Человек может переместиться внутрь этой твари. Человек, вооруженный, скажем, тактическим ядерным устройством.
— Понятно.
— Я был уверен, что вы поймете. Я объясняю вам все это потому, что, говоря с практической точки зрения, сингулярный переместитель у вас.
Бреннан перевел взгляд с Тахиона на Мэй, которая молча стояла у его постели, потом обратно на Тахиона. У него появилось впечатление, что девушка успела что-то рассказать о нем такисианину, но он знал, что она ни в коем случае не рассказала бы больше необходимого. И то лишь потому, что полностью доверяла ему.
— Я перед вами в долгу, — сказал Бреннан. — Он ваш.
Тахион тепло, по-дружески, сжал локоть Бреннана.
— Спасибо вам. — Он взглянул на Мэй, потом снова на Бреннана. — Я знаю, что вас в городе держит какая-то вендетта. Мэй немного рассказала мне об этом, когда объясняла про свое прошлое и способности. Без подробностей. Они были не нужны. — Доктор помолчал. — Я слишком хорошо знаю, что такое долг чести.
Бреннан кивнул. Он верил Тахиону и — до определенной степени, разумеется, — доверял ему. Такисианин, наверное, не имел никакого отношения к Кину, но один из тузов — Черепаха, Фантазия или Глюкс — определенно был с ним связан. И Бреннан каким-то образом должен выяснить, кто именно.
2
Из клиники Бреннан вышел незадолго до полуночи и отправился домой, в однокомнатную квартирку на окраине Джокертауна, которая служила ему оперативной базой. Она состояла из ванной, кухоньки и жилой комнаты с раскладным диваном, допотопным креслом-качалкой и самодельным рабочим столом, заваленным снаряжением, которое с первого взгляда узнал бы любой лучник. И таким, о назначении которого догадался бы далеко не всякий лучник.
Бреннан разложил диван, разделся и со вздохом смертельно усталого человека повалился на постель. И проспал целые сутки, завершая процесс исцеления, начатый Мэй. Проснулся он голодный, как волк, и отправился готовить себе еду, когда послышался негромкий стук в дверь. Он глянул в глазок. Это оказалась Мэй — единственная живая душа, которая знала, где он живет.
— Что-то случилось? — спросил Бреннан, заметив на всегда безмятежном лице тревогу.
Он отступил в сторону и впустил ее в комнату.
— Не знаю. Похоже.
— Расскажи.
Он отправился за стойку, отделявшую кухню от комнаты, и налил кипятка из чайника, который посвистывал на плите, в две маленькие чашки без ручек. Они были старше, чем Соединенные Штаты, и стоили дороже, чем все остальное имущество Бреннана. Одну он передал Мэй, которая устроилась в кресле-качалке, а сам уселся на смятой постели напротив.
— Дело в докторе Тахионе. — Девушка сделала глоток горячего ароматного чая, собираясь с мыслями. — Он ведет себя как-то… странно.
— В каком смысле?
— Он стал грубым и раздражительным. И забросил своих пациентов.
— С каких пор?
— Со вчерашнего дня, после того, как вернулся со встречи с тем человеком из Государственного департамента. Но это еще не все.
Она пристроила бесценную чашку на коленях и вытащила из сумочки, которую опустила на пол рядом с креслом, сложенную в несколько раз газету.
— Ты это видел?
Бреннан покачал головой.
Заголовок возвещал: «ТАХИОН СОБИРАЕТСЯ ВОЗГЛАВИТЬ ОПЕРАЦИЮ ТУЗОВ ПРОТИВ УГРОЗЫ ИЗ КОСМОСА». На снимке, помещенном ниже, был запечатлен Тахион рядом с мужчиной, который, если верить подписи, был Александром Ланкестером, главой Федеральной комиссии по борьбе с Роем. Статья утверждала, что Тахион набирает тузов, согласных последовать за ним в космос, где за пределами досягаемости баллистических ракет вращалась по орбите Прародительница Роя. Капитан Глюкс и Модульный человек уже дали свое согласие.
Что-то пошло не так, подумал Бреннан. Тахион понадеялся, что сингулярный переместитель положит конец разговорам об этом бессмысленном предприятии. Однако, похоже, в действительности происходило совершенно противоположное.
— Думаешь, правительство шантажом вынудило его пойти на это? — спросил Браннан. — Или каким-то образом установило над ним мысленный контроль?
— Не исключено. — Мэй пожала плечами. — Я знаю только, что ему может понадобиться помощь.
— У него есть друзья?
— Есть, но большинство из них бедные и беспомощные джокеры. С другими трудно связаться. Третьи могут не захотеть действовать, если в операции будет каким-то образом замешано правительство.
Бреннан поднялся и понес свою чашку к стойке. Паутина человеческих отношений оплетала его, снова пыталась затянуть его в свои цепкие тенета. Он выплеснул чаинки в раковину и вгляделся в дно чашки. Оно было голубым, как чистейшее бездонное озеро или бескрайнее безоблачное небо. Созерцать его было все равно что постигать пустоту. Это занятие было приятно в силу крайнего его спокойствия, но, вдруг понял Бреннан, не вело к просветлению.
Он снова обернулся к Мэй. Решение было принято.
— Ладно. Я посмотрю. Но я совершенно не разбираюсь во всяких штучках вроде мысленного контроля. Мне понадобится помощь.
Он протянул руку к телефону и набрал номер.
* * *
Бреннан редко бывал в общих залах «Хрустального дворца», хотя в комнатах третьего этажа провел не одну ночь. Элмо кивнул ему, когда он вошел, не сказав ни слова относительно чемоданчика, который он нес. Карлик указал на угловой столик, за которым сидела Кристалис в компании мужчины в черных джинсах и коричневой кожаной куртке. У него были красивые правильные черты, если не считать непомерно раздутого лба.
