Близился вечер когда небо окончательно заволокло тучами. Начинал накрапывать дождик, грозящий перерасти в серьезный ливень, но Млесу ничего не оставалось, кроме как идти вперед, намотав на шею шарф и слушая, как капли стучат по набухшим от влаги полям его шляпы.
Лес по обе стороны от него расступился, дорога стала шире и Млес приободрился: это означало, что впереди его ждет крупное пересечение нескольких дорог, где не редкостью были таверны и постоялые дворы. Он оказался прав в своей догадке. Пройдя еще с два десятка метров он увидел желтые огни, пока что неяркие и мутные в рано наступивших сумерках, и он поспешил на свет.
На грубо мощенном перекрестке сходились целых пять дорог, и рядом с этим пересечением расположились два крупных двухэтажных здания, в окнах которых горел свет. Рядом стояли крытые загоны для фланов, в которых застыли массивные темные фигуры ездовых животных. В самом центре перекрестка торчал газовый фонарь, свет которого ярко блестел на мокрых камнях и стенах сооружений.
Млесу уже довелось ночевать в лесу под проливным дождем, но это было осуществимо лишь благодаря чудесному одеялу, прекрасно сохранявшему тепло. Повторять подобное Млес не желал и поэтому поспешил к одному из трактиров. И пусть он немного сожалел об упущенном времени из-за проклятого дождя - он мог бы пройти еще достаточно долго и далеко, если бы не разыгравшаяся непогода, - но мысль о том, что сегодня ему не придется ночевать под открытым небом затмевала все остальные.
Млес поднялся на крыльцо, смахивая с куртки и шляпы дождевую влагу. Из открывшейся двери ему навстречу ударил горячий запах жаркого, спиртного, запах мокрой одежды. Млесу почудилось, что гомон множества голосов, услышанных после нескольких дней, проведенных в молчании, оглушил его. Млес отдернул полог и вошел в помещение таверны, капая дождевой водой с волос и одежды.
Здесь было не так светло, как могло показаться снаружи, но света было предостаточно, чтобы увидеть просторное помещение с низким потолком, заставленное столиками, крупными ящиками и бочками, за которыми заседали многочисленные гости придорожного заведения. Млес слегка приуныл - народу было хоть отбавляй, и наверняка все комнаты были заняты. Судя по внешнему виду посетители были представлены беженцами с юга и наемниками, но внутри таверны были тепло, вдоволь еды и питья на любой неприхотливый вкус, и поэтому атмосфера здесь царила хотя и шумная, но вместе с этим расслабленная. Неподалеку ярко горел камин, вокруг которого собралась пестрая компания - мужчины, женщины, дети. Где-то весело и бойко играла скрипка, но за множеством голосов ее звук терялся и чудилось, будто бы кто-то играет в соседнем помещении.
"Должно быть, за последние дни хозяин озолотился", подумал Млес, встретившись с пристальным взглядом плечистого патлатого детины у входа, присматривающего за порядком в помещении.
Навряд ли до нашествия беженцев таверна была полна народу, как в это время. Млес, неторопливо шагая по потемневшим от сырости доскам прошел вглубь помещения, высматривая свободное место. Таковые еще имелись, и Млес с удовольствием сел на пустующую скамью у стены. Здесь царило благодатное тепло, то, о чем он мечтал в последние дни. За соседней скамьей сидели несколько солдат в легких красно-черных доспехах разведчиков, сидящий напротив них офицер в накинутом на плечи плаще смолил самокрутку. Напротив него сидели лишь пара волонтеров из гильдии Безумных Рамитов, на груди которых были приколоты оранжево-черные значки в виде ощерившейся головы зверька. Эти двое были поглощены лишь своим ранним ужином, изредка переговариваясь между собой вполголоса. Млес бросил косой взгляд в их тарелки - его коллеги ужинали добротным жарким, запивая дынным пивом из широких высоких кружек. У Млеса засосало под ложечкой и его рот наполнился слюной. Конечно же, он может себе позволить сегодня роскошный ужин по местным меркам, но денег было немного и их следовало беречь. И поэтому когда рядом объявился лохматый мальчишка в сером фартуке, Млес заказал всю ту же похлебку и ломоть хлеба.
Ожидая, когда принесут еду, Млес отстраненно смотрел в маленькое окошко рядом с собой. Он думал о том, что Им"Лас до сих пор спит. Существо, подобранное им в Ровенролте и являвшееся ключом к его нынешней цели вело себя так тихо в его походной сумке, что Млес порой забывал о его существовании на несколько дней. Иногда он вспоминал, что несет с собой создание, не похожее ни на одно другое, искусственно сотворенное и ждавшее его прихода в пещере Призрачной рощи задолго до того, как Млес появился на свет.
"Как я легко и просто доверился ему. Почему он делает это?.."
Млес подозревал, зачем Им"Лас так охотно ведет его в сторону Махивелы. Если венджим не солгал - если венджимы действительно не умеют лгать от природы - то Затворник подыскивает нового претендента на роль Апостола. Это было простым и логичным объяснением того, для чего божество велело маленькому Ангелу ждать прихода того, кто захочет его выслушать. Пусть маленький венджим мирно спит своим глубоким сном внутри старого шлема до тех пор, пока Млес не достигнет Багровых гор, пусть он спит и видит свои волшебные сны о том, как Затворник хвалит его за выполненную работу. Вероятно, маленькая тварь выполняла важную миссию, но другое дело, что планы у самого Млеса были совершенно иными.
Он устало и вымученно улыбнулся своим мыслям, ему стало жаль доверчивого и прямолинейного как ребенок Им"Ласа, ведущего его к одному из величайших артефактов всего мира.
"Маленький глупый Ангел. Ты говорил, что тебе была открыта тайна, где спрятана глефа, и было просто велено прийти в пещеру и ждать, и ты не знаешь, зачем. Как будто я не знаю, что тебе сказал Затворник, если ты, конечно, не лжешь. Ты должен был привести меня к Махивеле не просто так. Держишь меня за дурака и скоро поймешь, насколько ты заблуждаешься. Я вовсе не собираюсь идти у тебя на поводу и брать глефу в руки. Мне будет достаточно знать, где она находится, чтобы развернуться и возвращаться обратно, как можно быстрее".
Млес не хотел думать о том, что на самом деле происходило и происходит. Ему было достаточно разобраться со стоящей перед ним задачей, чтобы совершить самую головокружительную авантюру за свою жизнь и вернуться домой... или в то место, которое заменит ему дом до тех пор, пока с иругами и Мерзостью не будет окончательно покончено. Эта задумка будет стоить многого - куда там его вылазке в Лагонн, в удаленную от границ империи церковь Сцеживающих? Что ему плен у бандитов Итэрилуна и пребывание в башне у прекрасной крылатой Аранэв, которую он, похоже, не забудет до конца своих дней? Своим походом в Багровые горы Млес намеревался совершить нечто куда более опасное, волнительное, куда более важное и дерзкое, чем все его похождения за всю жизнь, столь щедрые на смертельные опасности. Удача благоволила ему все это время, и теперь у него был невероятный умопомрачительный шанс прикоснуться к легенде и увидеть собственными глазами глефу, выкованную самим Затворником многие века назад. Он бережно сохранит обретенное знание и выдаст его тому, кто сможет по достоинству его оценить. Что будет потом - неважно. Он надеялся, что сможет безбедно жить остаток жизни и смотреть, как Пэйлем растет, набирается ума и опыта. О большем он и мечтать не мог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
