Глава 44
Допрос убийцы
Как только стражники удалились, мы переместились в комнату к Рамрике Ар. Я, Айрэ и дракона (учителя фехтования звать не стали, он хоть и являлся членом команды, но был скорее наёмником). Откуда-то появилось подозрение, что неуловимая убийца может прятаться как раз там. В шкафу, например. Именно в нём и нашли, под кучей одежды, связанную и с кляпом во рту.
– Ну, красавица, рассказывай, – обратился я к пленнице, когда мы её вытащили и положили на ковёр.
Та, как и ожидалось, ничего не ответила.
– Извини, совсем забыл, культурные люди сначала представляются. Я Кир Огонь, паладин бога Локлиса. С кем имею честь беседовать?
Опять ни слова в ответ.
– А-а! – вдруг «вспомнил» я. – Почему сразу не сказала, что у тебя кляп во рту? С ним же говорить неудобно!
Произнеся последнее, вынул тряпку у неё изо рта. Как ни странно, пленница ответила, видимо, не пожелала прослыть некультурной:
– Грын Линирэ Неуловимая.
– У меня для тебя новость, – усмехнулся я. – Не хочу разочаровывать столь утончённую натуру, но информация несколько устарела. Мы тебя немножко поймали.
– Не хочу разочаровывать столь достойных людей и нелюдей, – в тон мне усмехнулась она, причём при последней реплике глядя не на Айрэ, а на Рамрику Ар. – Нет, я не шучу, действительно очень достойных, другим бы точно не удалось поймать. Ну так вот, на чём я остановилась? Ах да, не хочу разочаровывать, но данная информация не может устареть в принципе.
– Если думаешь, что сумеешь сбежать, этим ничего не изменишь, – заметил я. – Один раз всё равно уже была поймана.
– Почему же один?! – чуть ли не возмутилась она. – Когда была совсем маленькой и воровала еду на базаре, меня уже ловили. Аж два раза. Вот тогда и решила, что убивать намного выгодней, чем воровать. Убитый в отличие от обокраденного уже точно не поймает. Можете мне поверить, сама проверяла. А Неуловимая – это моё имя, причём данное при рождении, поэтому и не может устареть. У меня их целых три: Грын – оркское, Линирэ – эльфийское, Неуловимая – человеческое.
Словоохотливость наёмной убийцы мне показалась подозрительной. Быстро подскочил к ней и перевернул. Так я и думал. Руки, связанные за спиной, пленница освободить пока не успела, но верёвку уже почти перерезала. Ни ножа, ни чего другого не обнаружилось.
– Ногти, – разглядела Айрэ.
И действительно, те оказались если не острыми, как бритва, то ненамного уступали.
– У нас проблема, и у меня есть три варианта её решения, – сообщил я. – Можно обрезать ногти и лишить нашу очаровательную гостью столь редкого маникюра. А я, как ценитель всего прекрасного, не хотел бы этого делать. Можно, учитывая, зачем она к нам явилась, особо не церемониться и удалить их вместе с пальцами. Красота при этом пострадает ещё сильнее. А можно скрутить руки проволокой потолще. Но, поскольку последней всё равно нет, предлагаю выбирать из двух первых вариантов.
– С пальцами! – сразу заявила дракона.
– А если я предложу четвёртый вариант и дам слово, что больше не попытаюсь сбежать? – спросила полукровка.
– Мы тебе не поверим, – прямо ответил я.
– Я, наверное, не так выразилась. Если случай представится, то непременно сбегу. Но могу пообещать не использовать для этого когти. Мне они дороги как память.
– Я же говорила, что лучше с пальцами, – повторила Рам.
– Если пообещаешь ещё и ответить на наши вопросы, – сказал я Неуловимой.
– Вы должны понимать, что ответить могу далеко не на все, – уточнила она.
– Что, знаменитый «кодекс убийцы»? Даже не смешно.
– Нет, чувство самосохранения. Когда начнут ловить ещё и коллеги, никакая неуловимость не спасёт.
– Ладно, в это, пусть и с натяжкой, готов поверить. А если пообещаю не спрашивать о том, что тебя нанял маркиз Лирикий, лично или через посредничество верховного жреца Единого? Также не стану просить в обмен на освобождение убить их самих.
– Тогда ладно, отвечу на ваши вопросы.
– Где хранишь свои деньги?! – тут же нашлась дракона.
– На такие вопросы мы не договаривались! – возмутилась Грынлинирэ.
– Ну что я говорила! – откликнулась Рам. – Не желает сотрудничать!
– А сама бы ты на такой вопрос ответила? – ехидно парировала пленница. – Знаю я вас, любителей чужих сокровищ.
Я окончательно убедился: полукровке точно известно, что Рамрика Ар – дракона, но она не уверена, знаем ли об этом мы, поэтому не говорит прямо. А по намёкам, кто осведомлён, тот поймёт, остальным же необязательно. Умная женщина.
– Я – совсем другое дело, – продолжала тем временем Рам. – Не надо забывать, кто кого поймал.
– Как будто, если бы поймали и посадили в клетку тебя саму, ты хоть слово о своей кубышке выдала бы.
– Вначале нужно поймать…
– Стоп! – вмешался я. – Прекрасно понимаю нашу гостью, она готова на любую не относящуюся к делу тему зубы заговаривать, но ты, Рам, как могла попасться на такую примитивную уловку?
Дракона спор прекратила, хотя на деле именно она его и затеяла.
– Вы сами пока по делу ничего не спрашивали, – с максимально невинным видом ответила Неуловимая.
– Тогда начнём. Как ты относишься к тому, чтобы явиться к маркизу Лирикию…
– Мы же договаривались! – прервала меня пленница.
– А дослушать?
Та даже смутилась. Не ожидал от убийцы.
– Ну так вот, Линирэ, – назвал я пленницу её эльфийским именем, от чего поморщилась уже Айрэ. – Как ты относишься к тому, чтобы явиться к маркизу Лирикию и сказать, что не можешь выполнить его задание? И вовсе не потому, что не способна. Конечно же, нет, такая замечательная убийца, как ты, точно смогла бы, если бы захотела. Просто прониклась небывалым уважением к Локлису и не можешь убивать его паладинов.
– Маркизу это не понравится, – заявила Линирэ, даже не пытаясь изображать, что Лирикий не её наниматель.
– Понимаю, выданные во временное пользование болты ты вернуть не сможешь, да и аванс, скорей всего, немалый получила, – прокомментировал я. – Ничего страшного. Скажешь, что болты пожертвованы Локлису (тем более что это правда), а аванс оставляешь себе в качестве компенсации морального ущерба. Или тебе так важно душевное спокойствие подставившего тебя маркиза?
– Да плевать мне на него. И утраченное возвращать бы в любом случае не стала. Но всё дело не только в самом маркизе. Лирикий возглавляет тайный орден, и эта организация шуток не любит.
Однако. Неуловимая почему-то решила, что нам о маркизе и верховном жреце Единого всё известно, и проговорилась. Устрой мы настоящий допрос, наверняка бы не сказала ни слова. Или, скорей всего, сказала, но что-нибудь выторговала за информацию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
