Читаем без скачивания Содержантка - Кейт Фернивалл

Машины приближались. Алексей уже слышал их. Резкий звук моторов далеко разносился в тишине леса. Три пары фар прорезали туннели сквозь темноту. Для него это было неожиданностью. Обычно впереди грузовика ехала всего одна машина, но на этот раз грузовик с заключенными ехал в центре, а сопровождающие машины — спереди и сзади. В каждой из машин сидело по четыре солдата, еще двое — в кабине грузовика. Всего десять человек. Очевидно, что полковник усилил охрану, но ненамного. Какому нормальному человеку могло прийти в голову устраивать засаду на грузовик, набитый инженерами и учеными?

Ствол дерева был на месте. Молодая сосна лежала поперек дороги, как будто поваленная ветром. Первая машина сопровождения остановилась, дрожа металлическими боками. При свете Алексей увидел, что это двухдверная «НАМИ -1» с брезентовым навесом. За ней близко друг к другу стояли грузовик и еще одна «НАМИ». Дверца пассажирского места первой машины открылась, и на дорогу вышел высокий солдат. Его лысый череп блестел от яркого света фар грузовика.

— Черт! Тут дерево упало.

— Убери его, — сказал ему водитель.

— Пошел ты знаешь куда? Оно слишком тяжелое, я не собираюсь тут сам надрываться. Иди сюда, давай вместе.

С заднего сиденья выбрались двое солдат в толстых шинелях, с небрежно болтающимися на плечах винтовками. Водитель тоже с неохотой вышел, но вел себя осторожнее. Держась рядом с машиной с винтовкой на изготовку, он внимательно осмотрелся, пытаясь что-то разглядеть в тенях за светом фар. Водитель представлял собой главную опасность. Алексей прицелился из маузера и медленно выдохнул, чтобы сердце билось медленнее. Палец нажал на спусковой крючок. Сначала он увидел, как из горла водителя хлестнула кровь, и лишь потом услышал звук. В лесной тишине выстрел прозвучал так оглушительно, будто мир раскололся пополам.

Пули посыпались из темноты, прежде чем остальные трое солдат успели сорвать с плеч и поднять винтовки. Люди в шинелях задергались, как марионетки, головы их стало швырять из стороны в сторону, пока они не повалились на землю бесформенными грудами. Это дало некоторую фору солдатам из задней машины. Они выскочили на дорогу, стреляя на ходу. Град пуль обрушился на деревья, сбивая ветки, отлетая от стволов, калеча лес. Одна просвистела совсем рядом с плечом укрывшегося за сосной Алексея, едва не разорвала рукав его офицерской формы, но кто-то из воров позади него издал булькающий гортанный звук. Не повезло.

Пригнувшись, Алексей быстро двинулся вперед. Двумя выстрелами он погасил фары грузовика. Он увидел, что один из солдат забирается обратно в заднюю машину, и выстрелил, почти не целясь. Большой красный цветок расцвел на спине шинели, и солдат завалился на пассажирское сиденье, из последних сил пытаясь прикрыться дверью. Пуля, прилетевшая откуда-то с близкого расстояния, взорвала его глаз, и он затих.

— Отпусти.

— Нет, Лида. Нет.

— Я должна увидеть…

— Нет.

Чан не отпускал ее. Его руки были слишком сильными. Они прятались вдалеке от дороги, за деревом, и, несмотря на страх, она чувствовала острый запах коры, но ей было невыносимо слышать выстрелы и крики в темноте. Она должна была находиться там.

— Пожалуйста, Чан, от…

Он закрыл ей рот рукой, прислушиваясь к звукам на дороге.

— Стреляют уже реже.

Лида впилась в руку зубами.

Иене ощущал панику, начавшуюся внутри грузовика, как нечто материальное. В темноте закрытого кузова она сгустилась и едва не задушила его. Люди кричали и метались. Они колотили в железные двери, умоляя выпустить. Звук близких выстрелов оглушал, каждая попавшая в железные стены пуля, казалось, сотрясала грузовик. Одна из них угодила в колесо, и машина пошатнулась, как пьяная. Снаружи, в лесу, в эти минуты обрывались жизни. Звон стекла, крики боли… Смерть шагала по сердцам и легким.

Иене сидел на скамье, закрыв руками лицо, и пытался думать, но кромешная темнота, шум и паника словно скрутили в узел извилины его мозга. Не делай этого, Лида. Не надо. Только не сегодня, дочка. Этот день должен был стать днем моего искупления.

«Мы освободим тебя»— так она написала.

Неожиданно рядом с ним оказалась Ольга. Она подняла его лицо, поцеловала закрытые глаза.

— Это на прощание, — прошептала она.

Он знал, что она права.

— Надеюсь, ты найдешь свою дочь, Ольга. — Он поцеловал ее в щеку.

Елкин что-то кричал в дверную щель, когда выстрелы внезапно прекратились. Раздался общий вздох облегчения. Все, кто был в грузовике, с замиранием сердца прислушались.

— Выходи! — крикнул кто-то снаружи, и дверь распахнулась.

Алексей стоял на краю дороги. Какое-то чувство удерживало его на месте. На грязной дороге лежало девять, еще один убитый застыл внутри второй «НАМИ», но Серов следил за лесом, ожидая, что в любую секунду может снова начаться шум. Он выбрал это место для засады — слишком далеко от секретного комплекса, чтобы там могли услышать выстрелы, — и все же он выжидал. И еще он не знал, как ему подойти к Йенсу, и потому впервые пожалел, что сейчас рядом с ним нет Лиды.

Заключенные неуверенно выбирались из автомобиля, щурясь на свет фар стоявшей за ними армейской машины. Они цеплялись друг за друга, как будто боялись, что какая-то сила сейчас сорвет их с ног и унесет прочь. Кто-то плакал, кто-то выкрикивал ругательства в адрес своих спасителей. Никто из них не интересовал воров. Они просто отогнали их в сторону, как каких-то больных животных на бойне. Алексей узнал Йенса Фрииса сразу. Он был выше остальных и держался особняком, не обращая внимания на людей в черных одеждах, которые остановили конвой. Тревожным взором он глядел в темноту, пристально всматривался в машины, дорогу, густую массу деревьев. Его глаза словно искали что-то. Или кого-то.

Лида. Ему была нужна Лида.

Внешний вид Йенс поразил Алексея. Рыжие волосы исчезли, и вместо них его голову теперь венчала густая седая грива. Лида говорила об этом, и все же для Серова это стало настоящим ударом. Лицо Фрииса стало костлявым и загрубело, а подбородок сделался угловатым. Только осанка у него осталась прежней. Осанка и рот. Если все остальное умерло в Йенсе Фриисе, то губы его сохранили мягкость очертаний, и, увидев это, Алексей вдруг ощутил страстное желание броситься к нему и обнять. Но он вспомнил холодный тон письма.

— Спасибо. — Одна из женщин, самая худая, поцеловала руку Игорю и пошла по дороге в обратном направлении, прочь от ангаров.

— Черт, не будьте дурой! — крикнул ей в спину какой-то невысокий мужчина. — Они выследят вас и расстреляют. — Он порывисто повернулся к остальным, — Мы все поплатимся, если она уйдет.

— Может, так они проверяют нашу преданность? — произнес кто-то другой.

Тут заговорили и все остальные.

— Нужно уходить! Это наш шанс.

— Нет, они же обещали отпустить нас.

— Мы можем либо остаться тут и продолжить работать с ними, либо попытаться спастись. Давайте решать. Скорее.

Как же поступит Йене? Он останется со своим монстром?

Где он? Белая грива исчезла. Где? Алексей стал обходить группу ученых, которые при виде его формы разом замолчали, и в эту секунду взревел мотор одной из машин. Задняя «НАМИ», та, в которой на переднем пассажирском месте лежал мертвый солдат, рванулась с места, хлопая открытой дверцей. Свернув с грязной дороги, она въехала в черный лесной мир, выписывая фарами опасные зигзаги между стволами. Через секунду с душераздирающим металлическим скрипом зацепившаяся за что-то дверца сорвалась с петель.

— Йене! — закричал Алексей.

Из темноты выбежала тонкая фигура. Лида! Она выскочила на дорогу как раз вовремя, чтобы увидеть, как «НАМИ» снова выехала из леса с другой стороны поваленной сосны. Несколько секунд колеса разбрасывали во все стороны грязь, пока Йене выруливал обратно на дорогу, а потом, надрываясь мотором, на всей скорости машина понеслась вперед, в сторону комплекса.

— Йене! — снова закричал Алексей.

Лида перевела взгляде брата на исчезающую в ночи машину, и на лице ее появилось отчаяние.

— Папа! — закричала она. — Папа!

— Он уехал. Я даже не увидела его. Он так спешил к своему монстру.

Они стояли в лесной глуши. Чан не мог в непроглядной тьме различить ее лицо, но он слышал ее голос. Этого было достаточно. Он прижал Лиду к себе, крепко обнял и поцеловал в холодную щеку.

— Для этого мы здесь и находимся, любовь моя. На тот случай, если у твоего брата что-то пойдет не так.

Голова ее резко дернулась. Лицо девушки казалось размытым бледным пятном с черными дырами на месте глаз. Оно до жути напоминало череп, отчего страх прошелся холодным пальцем по спине Чана, и он мысленно послал проклятие своим богам. Только бы это не было знамением!