class="p1">— С моей стороны — бесспорно, — сказал мистер Гласс. Револьвер чуть заметно дрожал в его пальцах: даже с наставленным на собеседника оружием Лукинг не был уверен в том, что преимущество на его стороне. — В меру своей наивности я посчитал, что мы обо всем с вами договорились, босс. Вы ведь сказали, что не обижены на меня за нашу драку и за Клару Кроу. Пообещали, что отпустите меня, если я все сделаю в срок. Но нет — вам претила сама мысль о том, чтобы вступать в какие бы то ни было сделки с тем, кого вы считаете своей собственностью — какой-то там вещью! Едва лишь я выполнил свою часть уговора, как вы тут же исключили меня из игры, да еще таким мерзким образом — убрав чужими руками. Разбив меня! Я до последнего не хотел верить, но все признаки налицо. Все еще будете отрицать?
— Нет.
Разумеется, Виктор понял, за кого его приняли. И тут же сообразил, с кем говорит, хотя ни разу не встречал его прежде.
— Что вы здесь ищете, Сэр? — задал вопрос Зеркало, в волнении переводя ствол револьвера с лица Виктора на его грудь.
— Скажите ему, — дрожащим голосом пробормотал Уик; огонек на его макушке едва теплился. — Скажите!
Руки Виктора вспотели. Он не понимал, чего от него хочет этот выглядящий безумцем Зеркало. Были бы здесь Петровски, они бы, наверное, не отказались сыграть в русскую рулетку, но вряд ли даже их устроили бы риски. Виктор почувствовал, что, если станет упорствовать в том, что он вовсе не Эвер Ив, его застрелят, полагая, что подлый Иероним решил отпираться. А если он солжет, Зеркало сразу же почувствует обман, поскольку из него, Виктора Кэндла, просто отвратительный лжец. И все же выбирать что-то было нужно, и решать следовало быстрее.
Виктор все же определился с выбором: быть застреленным за правду все-таки чуть утешительнее, чем быть застреленным за ложь.
— Мне нужен ключ от гроба, — сказал он.
— Ключ, значит, — процедил мистер Гласс. — А что мешает мне остановить вас прямо сейчас, Сэр? Пуля в сердце — даже для вас это будет слишком. Да, я знаю, что, выстрелив в вас, я уничтожу и себя тоже. А вы испытаете лишь временные неудобства, но какой у меня выбор?
— Вы можете заключить сделку, — тихо вставил Свеча.
Виктор вопросительно глянул на своего спутника.
— Сделку?! — со злостью в голосе сказал Зеркало. — Думаете, я не знаю, что вы задумали? Ключ, кхм… Вы ведь не собираетесь щадить никого на пути к своей цели, верно, замечательный и блистательный мистер Эвер Ив, известный в определенных кругах как Человек в зеленом? Какая может быть у нас с вами сделка, если вас пока что останавливает только то, что ключика-то у вас и нет? Но вам меня не провести: я знаю, что вы здесь ищете на самом деле, Сэр. Шляпа предполагала, что вы не освободитесь, пока не вернете нас всех. Так?
Мистер Гласс перестал целиться в Виктора. Он перевел револьвер с его груди на собственный висок. Уик от неожиданности дернулся, а Виктор отступил на шаг.
— Именно на такую реакцию я и рассчитывал. У меня просто не осталось выбора, верно? — холодным тоном проговорил Зеркало. — Убегать от вас и прятаться вечно? Положим, я бы смог, но вы ведь не оставите в покое дорогую мне женщину. По доброте душевной! У вас же нет ни доброты, ни души… Две вещи привели вас сюда: ключ и я. Ключ вы отыщете, я не сомневаюсь, но меня не получите. Уж лучше я разобьюсь по-настоящему, чем вернусь к вам. И вы знаете, я смогу это провернуть, в отличие от тех неудачников, которые пытались. Ответьте только на один вопрос. Я все никак не могу взять в толк… Я знаю, что вы говорите правду: вам нужен ключ. Но зачем он вам? Чтобы добыть жертву и избавиться от хозяина этого странного рыжеголового тела? Но ведь ключ открывает черный гроб, в котором лежит лишь одна из двух совершенно одинаковых версий жертвы, в то время как другую (с той стороны) добыть для вас не составило бы труда.
— В чем состоит вопрос? — уточнил Виктор. Он с трудом улавливал смысл, но вместе с тем чувствовал, что сейчас узнает кое-что действительно важное.
— Я не могу понять, — сказал мистер Гласс, не убирая револьвер от собственного виска, — зачем вам ключ от гроба, если вы можете просто отыскать Сашу Кроу в том мире. И я, и вы — мы оба знаем, что это сработает. Вы хотели вопрос? Вот мой вопрос: зачем вам ключ от гроба, в котором лежит настоящая Саша Кроу, когда хватило бы и ее отражения?
Виктор вздрогнул. Он вдруг все понял. «Я просто пытаюсь освободиться», — сказал ему мистер Эвер Ив, будучи отражением в комнате тетушки Скарлетт. Все внезапно обрело совершенно иной смысл. Подлый Иероним провел его! Не в силах убить Виктора, он просто запер его, чтобы единолично завладеть его телом! Он сделал точно то же, что сделала мама с Сашей: поменял отражение и человека местами. Для него все сложилось идеально: в пустой оболочке отражения он остался полноправным хозяином, а еще… он остался в том мире наедине с Сашей (вернее, с отражением Саши, но раз Зеркало говорит, что для Иеронима нет никакой разницы…), и теперь Виктор не может помешать ему убить ее и претворить в жизнь свой план. А Клара ничего не знает! Да и знай она, что она сможет сделать этому жуткому существу?!
— Сэр, — сказал Зеркало, — я понимаю, что вы любите игры и все такое, но ваше деланое изумление уж очень откровенно наигранно, и я…
Виктор перебил его:
— Все верно, ключ нужен, чтобы открыть гроб, в котором лежит Саша Кроу. Вот только я не ваш босс, я никакой не Сэр.
— Неужели? — мистер Гласс едва не поперхнулся от подобной наглости — он даже чуть не спустил курок. — И кто же вы?
— Всего лишь тот, для кого важна именно эта… как вы выразились, версия жертвы.
— Он не Сэр, — подтвердил Уик.
— Я вам не верю, — заявил мистер Гласс.
— А мне незачем вам лгать, мистер Зеркало, — сказал Виктор. — Мама убила остальных… мистера Биггля и прочих и соединила их с Иеронимом. А я… он сказал, что если я хочу найти Сашу, то мне нужно отправиться за ней сюда, и я ему поверил. Черт! Какой же я дурак…
Мистер Гласс чуть качнул головой, прищурился.
— Да, вы не он. — Он снова перевел револьвер, нацелив его на Виктора. — Тот, кого я знаю
