Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

Получивший отмашку Жлобень взялся за дело с «пролетарским» размахом.

Благодаря усилиям Лиги всего за три дня гипертопливо подскочило в цене на двести с лишним процентов. Многие добывающие страны тут же ограничили экспорт скалантия. Импортёры, соответственно, мгновенно обнулили ввозные пошлины, но остановить биржевое ралли, конечно же, не смогли. Цены продолжили рост, и кое-кто стал грозить военными действиями против стран-владельцев крупнейших месторождений.

Внимание едва ли не всей Вселенной сразу обратилось на Осцион. Именно осционцы обеспечивали половину, если не больше, мировой добычи ценного ископаемого, а рудники на Аоло давали процентов семьдесят всего осционского ВВП.

Крупнейшие потребители скалантия выдвинули к границам страны с десяток военных флотов. Политики ФСП и Лану уже, не стесняясь, требовали отдать систему Аоло под международный контроль. Осцион в ответ решил укрепить оборону системы и начал вводить туда дополнительные войска. Великая Империя Бохав в разборки пока не встревала, но объявила о проведении масштабных флотских учений в нейтральном секторе космоса. Маховик кризиса раскручивался всё сильней и сильней, и, по всем признакам, в самое ближайшее время он должен был перейти в фазу прямого военного столкновения…

Снабжённые АЭПами беспилотники мы теперь отправляли в окрестности системы Аоло каждые четверть часа. Радио- и гравиразведка уже дала результаты, теперь требовалось подтверждать полученные ранее сведения и обновлять текущую схему расположения группировок противника.

Всего в секторе Осциона мы обнаружили шесть крупных скоплений коконов-роев. Их количество быстро росло, и, по словам аналитиков, атака на рудники могла начаться в любую минуту.

Часть тварей, как следовало из уже имеющегося опыта (когда они похищали Лиару и Риду), обладали возможностью строить нуль-переходы. Другие, насколько нам удалось выяснить, умели перемещаться в гиперпространстве. Третьи, наиболее многочисленные (из так называемых «старых», привычных, «бессмысленно» шлявшихся по Вселенной последние пятьсот лет) перелетали от звезды к звезде напрямую, с субсветовой скоростью, тратя на это годы и десятилетия.

Все эти группы подчинялись сегодня единой воле хозяина, засевшего на Антиземле. Нет, он не управлял ими напрямую. Я видел это через барьер. Но одновременно чувствовал разлитую вокруг коконов чужую энергию, питавшую их, дающую установку на действия, направляющую туда, куда хочет хозяин.

Собственно, из-за этого я и решил проводить операцию именно так, а не как-то иначе. Все силы врага, все его мысли должны быть устремлены на Аоло. Он должен думать, что именно там решается судьба человечества. О том, что в действительности это лишь отвлекающий манёвр, я никому не рассказывал: ни Элиссону, ни Суйюню, ни командиру «Авроры». В курсе была только Мела. Все остальные должны были, как и враг, считать, что наша главная цель — коконы саранчи, а основная задача — отстоять месторождения скалантия и сохранить для людей свободу перемещения по Вселенной…

Сообщения с дронов, что среди коконов пошла, наконец, движуха, мы получили на пятые сутки с начала кризиса.

— Экселенц! В районах четыре и шесть наблюдаются массированные перегруппировки объектов, — передал по экстренному каналу дежурный.

— Иду! — спрыгнул я с койки в каюте, ловя ногами обувку. — Командирам БЧ — занять посты по боевому расписанию. ЦП — перевести на конференцсвязь с кораблями эскадры.

— Да, экселенц. Выполняю…

Спустя пять минут крейсер был полностью готов к походу и бою. На главный пульт рекой поступали новые данные о диспозиции вражеских сил и ситуации в районе Аоло.

— Будем атаковать сразу? Или ещё подождём? — вышедший на связь Элиссон был одет в парадный мундир, со всеми медалями и орденами, словно специально готовился к этому дню, как главному событию своей жизни.

— Пока подождём, адмирал. Пусть втянутся и… не нравится мне, что они задействуют только треть своих сил. Наверняка ведь какую-то пакость задумали.

— Пакости — это их хлеб, — засмеялся командующий. — Без пакостей драться с этими гадами было бы неинтересно…

Ожидание затянулось на четыре с половиной часа. Неискушённому наблюдателю это показалось бы несоизмеримо долгим, но для стратегии космических битв подобные сроки считались нормальными.

За это время я несколько раз порывался отдать приказ выдвигаться, но каждый раз сдерживался. Подспудное чувство тревоги останавливало меня в самый последний момент. Слишком уж много всего стояло у нас на кону, и любая ошибка могла оказаться фатальной.

А вмешаться в развернувшееся в системе Аоло сражение хотелось, наверное, всем офицерам эскадры, вне зависимости от гражданства и политических предпочтений.

Противник нанёс удар мастерски. Он не стал атаковать осционцев в лоб, через гиперворота, а проник в систему через десяток нуль-переходов. Почти полторы сотни коконов выплеснулись в метрическое пространство одновременно, сразу в четырёх зонах. Две группы — в ближнем тылу у двух боевых станций, ещё две — возле Аоло-6.

На шестой от центрального светила планете фабрик и рудников не было. Но был гарнизон, который обслуживал и обеспечивал функционирование гиперворот. Собственного воздушно-космического прикрытия у него не имелось. Считалось, что двух боевых станций, «висящих» на той же орбите, что и планета, с лихвой хватит и на ворота, и на тех, кто ими командовал.

Помимо двух этих станций на внешних орбитах системы барражировали две полноценных эскадры. Внутренние планеты защищались с помощью стационарных «артиллерийских» платформ и целой толпы истребителей и перехватчиков. В принципе, любой, кто решился бы на прямой штурм этого укрепрайона, умылся бы кровью по полной… Любой, но только не саранча.

Мало того, что тварям было плевать на собственные потери, у них имелось ещё и «супероружие», против которого не могли устоять обычные человеческие экипажи. Пока боевые станции перенацеливались на появившегося словно бы ниоткуда противника, коконы смогли подобраться к ним на дистанцию ментального «выстрела», и уже через десять минут ситуация перевернулась с ног на голову. Ведущийся со станций огонь постепенно прекратился, и они стали принимать на борт вражеские «призовые команды».

За захват двух главных объектов космической обороны системы кузнечики-переростки заплатили тремя десятками уничтоженных коконов, но эти потери с лихвой компенсировались возросшей боевой мощью флота вторжения. Экипажи боевых станций по большей части превратились в «безликих» и стали работать на саранчу.

Первыми в этом убедились корветы и крейсера из «внешних» эскадр. При попытке отбить у врага захваченное их встретил не только огонь орудий, но атака базирующихся на станциях истребителей.