Суровый несгибаемый феникс, ведьма первого круга Повелителя Вадима вдруг по-девчоночьи потупила глаза и зацарапала пол носком мягкого сапожка... Марианна с искренним недоумением смотрела на это безобразие, приподняла брови... и расхохоталась, буйно и неудержимо, до боли напомнив вдруг Триш...
— У тебя Избранник?! Нет, правда? Боги, наконец-то!
— Перестань вопить! - Лина смутилась еще больше.
— Не перестану! Это дело надо отметить! Да брось нервничать, а? Это бар моего отца, между прочим, мы тут в безопасности. Да и Анжелка на страже...
— Тут еще и Анжелика... - проворчала феникс... - Подожди-ка... Отца? Твоего? А ты его знаешь?!
— Конечно. Пошли, отметим, а? Заодно придумаешь, что сказать твоему... хихик, "сдержанному"!
Снаружи и впрямь ждала Анжелика. Прислонившись к стене и поигрывая кинжальчиком, младшая феникс вовсю кокетничала с каким-то обалдевшим от восторга вервольфом. Узрев подруг, она что-то мурлыкнула заметно огорчившемуся кавалеру и двинулась к ним...
— А как ты его нашла? - не отставала Лина. Не то чтоб это был самый важный вопрос, и конечно, ее сейчас должно интересовать отнюдь не чужое прошлое, а скорей, собственное будущее, но он почему-то просто на языке вертелся...
— Кого?
— Отца.
— А чего его искать - он всегда тут жил. Бывший военный, говорит, угощать людей приятней, чем убивать. В последнее время я с ним согласна...- подмигнула Марианна.
— А мать не запрещала вам видеться?
— К счастью, наши мамули не главы кланов! - хихикнула подошедшая Анжелика.
— И хвала Преисподней за это! - Марианна передернула плечиками в чуть преувеличенном ужасе...
— Не обижайся, но твоя мама пугала нас до кошмариков.
— Мы сначала тебе завидовали...
— Ага, лет до десяти, на большее у нас наивности не хватило! Когда увидели, как она себя дома ведет! Слушай, она хоть ночью от тебя отставала? Или у нее совсем мозги переклинило на твоем будущем величии?
— У главы клана не может быть подруг, только подчиненные! - процитировала рыжекудрая девушка, скривившись, - Это она нам сказала, когда мы попытались пригласить тебя на одно танцевальное шоу, ну, после Питомника... развлечь хотели.
— И выгнала...
— Но если ты гадала, от кого тебе приходили на день рожденья кристаллы с музыкой, зачарованное колечко и фигурка котенка, то знай, это мы...
Выговорившись, фениксы слегка смутились, но потрясенная Лина этого не заметила...
— Девочки...
Фениксы с интересом воззрились на нее, но продолжения не последовало - у девушки просто не было слов! Силы ада...
Слишком многое из того, во что она верила, оказалось ложью. Значит, любви нет, да, Лиз? И моему отцу-воину я не нужна? А он вообще знал про меня? И про девочек ты мне не сказала... Сколько лжи, мама... Что ты еще у меня отняла? Веру в дружбу, веру в любовь, мой дар... Мою жизнь.
Значит, меня все-таки любили... Почему я так этому удивляюсь, а?
— Слушай, ты чего? - Марианна неловко тронула ее за плечо.
— Ты что?
— Ничего! - Лина привычно взяла себя в руки, и тепло улыбнулась своим новым подругам. Теперь все будет иначе! - Ничего. Я просто рада. И знаете, что? Это и правда надо отметить. Пошли ко мне.
— Минутку, - придержала Марианна, - Тут еще кое-кто есть...
— Что?
— Не что, а кто! Эй, не прячься!
Что-то негромко прошуршало - явилась еще одна феникс. Трое. Так... Мы собрание клана открываем? Хорошенькое место выбрали. Все трое, переглянувшись, уставились на главу клана, как на торговца оружием. Мол, счас мы тебя огорошим.
Что еще?
Стоят. Молчат.
— Ну?
Пауза. Белла, последний феникс клана, прячет глаза. Это с чего бы...
— Белла, давай... - шепчет Марианна.
Та почему-то молчала. Странно. Беллу Лина, если честно, недолюбливала. Всегда как-то недолюбливаешь того, кого тебе постоянно ставят в пример. Белла была тем безупречным фениксом, которого глава клана так хотела воспитать из собственной дочери. Всегда послушная, всегда готовая к работе... и правильная до зубовного скрежета. А вдобавок стесняться сверстниц было не в ее привычках, и на язык Белла была резковата. Мягко говоря.
Вспомнить хоть, как она пришла на совет клана три месяца назад, взъерошенная, нервная... напрочь позабывшая о почтительности к главе клана. Неузнаваемая. Это когда она за Избранника своего просить приходила.
— Госпожа Приближенная, у Беллы для вас есть новость, - протянула Анжелика.
— Анжела!
— Что? Выкладывай уже...
— Давай-давай.
— В чем дело? - что-то нехорошие предчувствия зашевелились...
— Госпожа Приближенная... - Белла все никак не могла заставить себя посмотреть в глаза Лине. - Госпожа Приближенная... Я должна просить разрешения... на доступ к Родовому Огню.
— Что?
Не может быть...
– У меня будет ребенок, - подтвердила ее догадку Белла.
Лина онемела.
Как?!
Одной из причин, почему она стала членом Темной Лиги, была именно эта - у фениксов перестали рождаться дети. Еще до той страшной атаки эльфийского леса, где сложили голову фениксы постарше, в клане только об этом и говорили. Почему-то с появлением нового претендента на Властелины мира, как раз в день его первого... эффектного проявления гнева у феникса Серафимы родилась мертвая девочка. Такого никогда не было за всю историю клана. Дети рождались редко, это да, но всегда здоровыми! Может, если б ребенок рождался как положено, у Пламени, и успел принять частицу Феникса, его удалось бы спасти - так, по крайней мере, говорила Хранительница - но об этом не подумали. Лиз обошла тогда всех пророчиц и вернулась мрачнее тучи.
Может, потому она так охотно взялась за выполнение заказа по устранению новоявленного Повелителя?
Причем сама взялась. Никому не перепоручила...
Кончилось, конечно, все это печально - у его самозваного тогда величества Вадима появился еще один клан на службе. Клан Феникс. А дети перестали рождаться вообще. И не только у фениксов... Куда меньше стало появляться на свет Саламандр. И Кентавры шептались о сходных проблемах...У кого-то не было детей, у кого-то ослабла магия (ненамного, на пару процентов, но дотошные маги вычислили это моментально). Даже у демонов некоторых старинных родов (тех, что свободно жили среди людей) на сборище поднимался вопрос о том, что происходит? Они, правда, больше думали не о детях, а о силах, но и у них были какие-то неприятности. По подземельям бродили разные слухи, скомканные пророчества и тихие, с оглядкой, вопросы.
Что пришло в мир тогда, вместе с Властелином Вадимом? Что-то...
Поэтому Лина так безоглядно шагнула в опасность, которую таило предложение Беатрисы вступить в зарождающуюся тогда Темную Лигу. Любишь ты родной клан или не любишь, но ты несешь за него ответственность.
И вот сейчас...
— Белла? Это правда?
— Да. Я не ожидала, но так вышло.
С ума сойти... Ну просто... с ума сойти!
— Белла... Белла, вредина, что ж ты молчала! - и глава клана стиснула своего феникса в объятиях. Марианна и Анжелика рассмеялись.
В клане будет ребенок!
Когда стихли смех, расспросы и пожелания, Лина взяла себя в руки.
— Так. Белла, к Пламени, быстро.
— А мой Виталик?
— Избранник?
— Ну... да...
— И его прихвати. От Хранительницы ни ногой. Мы тебя всем обеспечим. Отпуск я тебе выбью. Быстренько, быстренько, иди Хранительницу порадуй.
Белла застенчиво улыбнулась и истаяла.
Лина оглядела своих конспираторш.
— Это точно надо отметить.
Нападение.
У самой обычной арки, затянутой искристым пологом защиты, Лина притормозила. Она за последние пять месяцев была тут ровно четыре раза, последний - в позапрошлую ночь. Прошлую, кстати, провела у Бренниса, в его пещере-библиотеке (бедного демона чуть удар не хватил), альбомы листала... Так что ее комната не блещет порядком... Нет, там ничего не валяется, но...
— Девчонки, минутку, я ловушки обезврежу. Ладно?
Фениксы расхохотались.
— Нет, надо было таки Беллу оставить!
— Та тоже ловушек понаставила - Избранника своего бережет как...
— Как гарпия! Вы бы с ходу поладили...
Улыбаясь, Лина отключила поле и вошла в ставшую чужой за эти полгода комнату...
Точно, чужой... Свет почему-то не включился...
И пахнет... сквозь любимый аромат апельсина пробивается запах...
Чужой!
Инстинкт на опасность заорал в голос, но прежде чем она успела повернуть голову, что-то остро и горячо ткнулось в шею, руку у самого плеча и бедро. Отозвалось вспышкой жара... Скрутило судорогой...
Яд. "Шейито"... Ассасинов... К нему я приучена, приучена, но...
Не в такой дозе.
Тело, вмиг ставшее чужим, опускается на чьи-то руки. В поле зрения вплывает лицо, до глаз укрытое повязкой...
— Тебя кое-кто хочет видеть... - шелестит в ухо тихий голос.
