Узнали, что отец под них копает! Но Итерра не захолустная планетка, гибель которой останется незамеченной. Как они решились на такой беспрецедентный шаг – уничтожить густонаселенную планету? Потому что главным образом требуется уничтожить мою семью, чтобы не осталось свидетелей. Тех, кто может обвинить в злодеяниях Прайма. Тех, чье слово имеет вес в Совете Содружества. Дело вовсе не только во мне и в извращенный желаниях Дастина. Наверняка они планируют спихнуть собственные преступления на моего отца. Повернуть все так, будто Прайм Солар приехал, чтобы казнить убийцу, а тот устроил прорыв. После уже никто ничего не докажет. Возьмет тот, кто ударит первым! – я распаляюсь настолько, что едва ли не перехожу на крик.
– Ты пришла к верным выводам, Ари. В этом и заключается план Соларов. Только Итан всегда выступал против, выступил и сейчас, поэтому его жизнь в опасности.
– Да. Мне даже пришлось взломать его скайрос и вести в ручном режиме, чтобы нас не вернула автоматика прямо в руки к палачам, – в черных глазах мужа взрываются сверхновые, при этих словах. – Одно мне не ясно, как Дастин смог бы натравить на Итерру такую орду монстров? Он же был здесь на Кантре, но ты смог справиться с прорывом, что он устроил, ведь так? – гляжу с надеждой на Рейна.
– Смог. А Дастину требуется Эффект Элейны, Ари. В Академии Астральных Искусств учится намного больше девушек, чем где-либо. Поэтому он и устроил прежде внеочередные инициации, о которых ты говорила, чтобы его будущие жертвы дали больше эффекта. А ты нужна ему как основной источник, тогда прорыв будет не остановить.
– Какой ужас!
– В тот раз моя инициация не состоялась, а сегодня случилась стихийная. Я теперь полноценный ликвидатор, – криво усмехаюсь, понимая, что это лишь усложняет мое положение.
– Тем желаннее ты стала для Дастина, – подтверждает мои опасения Рейн. – Но я не позволю ему к тебе прикоснуться!
Муж поворачивается и обхватывает мое лицо руками. Впивается в губы с отчаяньем. Его поцелуй причиняющим боль. Но боль эта сладкая, она мгновенно будит внутри меня бурю ощущений. Заставляет желание закрутиться спиралью. Почему-то я в этот миг открываю глаза, и вижу ауру мужа. Она посерела, крича, как он истощен. Он чуть живее мертвеца, и при этом продолжает делать вид, что ничего не происходит!
«Восстановитель», он куда больше был необходим ему, а не мне! Рейн отдал все силы, гоняясь за Дастином, который с помощью герита постоянно подпитывался. Как он вообще еще держится? На одной воле?
И тут мне в голову приходит чудесная идея.
Глава 45. Эффект Элейны
Одним движением оказываюсь верхом на Рейне. Взгляд глаза в глаза, и новый поцелуй кружит голову. Волна жара пробегает по коже, воспламеняет кровь в венах. Заставляет быстрей биться сердце. Дыхание учащается, мы словно отнимаем его друг у друга и одновременно дарим.
Рейн выпрямляется, садясь поудобнее, его руки ложатся мне на бедра, и придвигают ближе. С нажимом проходятся к ягодицам, стискивают их по-хозяйски, а затем ладонь идет вверх вдоль позвоночника, и я прогибаюсь сильнее, испытывая совершенно незнакомое до этого момента ощущение покорности мужским рукам.
Пальцы проникают в волосы на затылке, захватывают, чуть оттягивая. Не больно, больше приятно и возбуждающе. Я не противлюсь, прижимаюсь низом сильнее, чтобы ощутить его желание. Подставляю под его поцелуи шею, Рейн ласкает ее губами, чуть прикусывает кожу, заставляя вздрагивать и рвано втягивать воздух, впиваться пальцами в его плечи. Желать его все сильнее и сильнее…
Впервые я чувствую подобное и понимаю, что не остановлюсь. Не хочу останавливаться! Я его жена и я в своем праве, как и он. И впервые понимаю, что, кажется, люблю мужа…
– Одежда… – выдыхает он, опаляя мою кожу.
Боясь, что расплачусь от странного накатившего на меня чувства, из-за которого перехватывает горло, сбрасываю с плеч верх разорванного комбинезона, точно лямки надоевшего рюкзака, и одним движением стаскиваю футболку, а белья на мне и так нет. Напряженная грудь с твердыми, точно камешки, сосками оказывается прямо перед носом у Рейна. Секунду я вижу в его глазах борьбу с соблазном, но первобытные инстинкты берут верх. Почти рыча, он подается вперед, обхватывает одну вершинку губами. Внизу живота сладко екает, когда он до легкой боли стискивает пальцами вторую.
Лаская мою грудь то губами, то языком, то пальцами, Рейн перемежает ласковые, почти невесомые поглаживания, с движениями пожестче. Каждый раз, когда он зажимает соски пальцами, ощущаю спазм удовольствия внизу живота, словно самые чувствительные точки моего тела связаны между собой натянутыми струнами.
Рейн опрокидывает меня на спину, и вдруг вижу, что его аура уже почти нормальная. Пугающая серость еще осталась, но нет ощущения, что это необратимо. Значит, я поступаю правильно. Мы поступаем правильно!
– Поцелуй меня, пожалуйста, Рейн. Мне… страшно, – признаюсь и закрываю глаза, до того мне неловко от этого признания.
– Ты боишься меня?
– Нет… Не знаю. Неизвестности… – шепчу, подглядывая из-под ресниц.
Тот самый страх первой боли никуда не делся, неизвестность – вот самое верное слово. А вдруг его слишком много для меня. Вдруг ничего не получится?
Наверное, Рейн читает мои мысли. Потому что сияющий космическим простором взгляд, словно смягчается, он быстро осматривается и замечает лежащее чуть в стороне одеяло, с которым я сюда прибыла. Подтянув его ближе, расстилает и перекладывает меня на него.
– Спасибо, так намного удобней, – улыбаюсь благодарно.
– Кыш! – строго командует Рейн, и Брех послушно выходит из поля зрения, оставляя нас одних.
– И правда, лучше без свидетелей.
Муж обводит контур моего лица ладонью, касается нижней губы большим пальцем. В каком-то порыве ловлю его и касаюсь языком, принимаю внутрь. Что делаю, не совсем понимаю, но меня ужасно это возбуждает. Рейна тоже. Вынув палец из моего рта, еще влажным, но уже прохладным, он ласкает мой сосок, вызывая колючие мурашки по телу. Одновременно целует, глубоко, тягуче, исследуя языком мой рот. Я отвечаю тем же, выгибаясь навстречу. Желая коснуться его грудью.
Рейн отстраняется, и мне вдруг становится холодно. Жалобно всхлипнув, тянусь следом.
– Подожди, я разденусь, – улыбается он, не сводя с меня взгляда.
Муж снимает с себя все, позволяя мне полюбоваться его совершенной фигурой. Я замечаю мелкие шрамы. Характерные следы от астральных повреждений, которые ни с чем не перепутать. И напряженное, готовое к бою естество, на которое так неловко смотреть и не отвести взгляда…
Меня бьёт дрожь, когда он стягивает с меня штаны. Разрезанные пауком трусики я уже выбросила, и прохлада ощущается даже на внутренней стороне
