— Кто бы мне давал советы! — Аманда нахмурила брови, — Что-то я не заметила, чтобы леди Даниэлла уделяла тебе больше внимания, чем того требуют приличия. И что же ты будешь делать? — видя, как изменилось его лицо, она поняла, что попала в самую точку, — Может быть, мне намекнуть госпоже? Хотя… думаю, что в этом нет необходимости — с её проницательностью, она наверняка уже обо всём догадалась. Не завидую я тебе — оскорбленная женщина способна на всё. Советую тебе быть предельно осторожным, — она провела пальцем по его щеке, чуть не оцарапав наманикюренным ноготком, потом чмокнула в другую щеку, панибратски похлопала по плечу и направилась к гостям.
— Аманда, добрый вечер! — на её пути появился Винтер, выглядевший ещё более элегантно, чем обычно.
— Добрый вечер, Винс! — девушка обняла его, чтобы быть как можно ближе к нему, когда продолжила, — Ты-то мне и нужен. Для нас есть задание от госпожи. Представь меня друзьям господина. Меня интересует тот смуглый мужчина, а ты пока отвлеки девчонку — пригласи её на танец, что ли, — мужчина только вздохнул, но пригласить на танец Маргариту не отказался.
Марго и Джон как раз завершили танец, когда к ним подошли Аманда и Винтер:
— Разрешите похитить мадам на танец? — мужчина приветственно поклонился.
— Если Жан не будет возражать, — перевела взгляд на мужа, — то я совсем не против.
Джон кивнул, а блондинка дернула Винтера за рукав, выразительно кашлянув, обращая внимание на свое присутствие.
— Ох, прошу прощения, — Винтер поспешил исправить свою оплошность, — Разрешите представить вам Аманду, — блондинка очаровательно улыбнулась:
— Разрешите, месье, составить вам пару в танце, раз уже наши партнеры решили танцевать без нас, — Джон снисходительно покачал головой, но взял её под руку.
А на сцене за роялем им играл сам хозяин вечера.
Маргарита в красном платье прекрасно смотрелась рядом с Винтером, одетым в черный костюм — словно пара ярких актеров, играющих в исторической постановке. Он едва касался её, всё время стараясь запомнить её глаза.
Аманда же, наоборот, не стеснялась проявлять свою заинтересованность в партнере. И набравшись смелости, спросила о том, что давно её волновало:
— А такая женщина, как я, могла бы вас заинтересовать?
Джон вдруг внимательно посмотрел на неё, но мелодия стихла, избавив его от необходимости отвечать:
— Благодарю за танец, — он поспешно поклонился и почувствовал озноб во всем теле. Точно предвидя, какую трагическую роль суждено ему сыграть в её судьбе.
И как же хорошо, что этим мыслям не позволил овладеть его сознанием, вовремя подоспевший азиат, приобнявший Джона и Маргариту, послав предупреждающий взгляд Аманде, и доверительным шепотом обратившись к паре:
— Не окажете честь подарить собравшимся музыкальный номер? Я бы очень просил.
И вот он уже мягко подвел их к сцене, за рояль, пока из-по его пальцев начали рождаться звуки мелодии из мюзикла с мировым именем.
Всё время, пока они исполняли дуэт, Аманда не сводила глаз с Джона, а когда Маргарита продолжила композицией «Il est beau comme le soleil», стоя рядом с обнимающим её мужем — шепотом повторяла за ней слова, и по её щеке скатилась вдруг слеза. Джон окинул взглядом зал, но Аманды уже не было — но он мог видеть Даниэллу с доктором, сестру и Рафаэля, Сэма и Кали, Питера и Евангелину.
Чуть поодаль стояли рыжая пара Этьен и Николь и её сестра Мишель вместе с Жозе. В другой стороне — пока еще счастливые Эллен и Максимилиан, еще не догадывающиеся, какую невероятную боль им придется причинить друг другу.
Внезапно свет в зале погас, и раздался оглушительный взрыв.
«Однажды ты станешь таким взрослым, что снова начнешь читать сказки».
Клайв С. Льюис.— Зеркало-зеркало на стене, покажи Хранителей мне! — Лаурита прикоснулась пальчиком к зеркалу в старинной витой оправе и отошла, присев для удобства в большое кожаное кресло, в котором сидел обычно Ондзи.
И вмиг панель зеркала стала подобием экрана, в котором девочка могла видеть всё, что происходило на званом вечере японца. Её забавляло ощущение того, что они пока и не догадываются, что она сейчас за ними наблюдает. Всё обычно — чинный вечер, идеальный, на первый взгляд… был бы таким, если бы она не могла прочесть, что творится в душах смертных, что собрались на рауте. Она даже хихикнула, когда платье Мей облили шампанским.
И тут её улыбка растворилась. Боль и ревность взыграли в ней, когда она увидела ЕГО. Увидела, какими глазами азиат смотрел на златовласую — на неё он никогда так не смотрел. И это больно ранило её. Лаура сжала кулаки, смяв кружева на выглаженной юбке. Он ещё сильно пожалеет о том, что пренебрег ею! Они все пожалеют — ей надоело играть в кошки-мышки.
Она хлопнула в ладоши, и экран погас.
Лаура пошла в свою комнату и вернулась с большой книгой, что возвратила ей малышка Адель.
Нервными шагами пройдя в гостинную, она обернулась к зеркалу и повторила свой вопрос, и когда экран снова загорелся — открыла книгу и подула на страницы, с мстительной ухмылкой наблюдая за взрывом и суматохой в клубе азиата:
— Как вам понравится это? Сказки, конечно — выдумки, но сгинуть в них можно по-настоящему…
Марк очнулся: в голове гудело, а перед глазами всё плыло — как при контузии. Под спиной чувствовалось что-то твердое, нещадно впивающееся в тело. Он попытался опереться на руку, чтобы подняться и оглядеться вокруг — ладонь нащупала мокрую прибрежную гальку. Он попробовал встать, но в голове снова зашумело, и на время пропал слух. Слабые ноги с трудом держали тело в вертикальном положении, а синяки и ссадины неприятно и болезненно пекли. Шаги были неуверенными и давались с трудом по скользкой гальке, его всё ещё шатало. Несколько раз Марк даже умудрился подскользнуться. Он проморгал, пытаясь признать окружающую местность, но всё ещё не понимая, где он находится, и главное — как он сюда попал. А куда подевался его костюм? И почему на нем странная одежда с претензией на средневековье? Он ещё раз снова ощупал себя — ткань действительно настоящая. Но понимания этот факт не прибавил. Холодный ветер всё норовил спутать его волосы, нещадно трепля их перед самым его лицом. Для полного завершения картины — с тяжелого свинцового неба начали срываться крупные капли холодного дождя, и видневшийся в тумане дальний утес выглядел ещё более зловеще. И только старая полуразбитая лодка покачивалась на волнах близко от берега.
— Есть здесь кто? Ребята, вы где? Это не смешно. Мей? — но ответом ему было только завывание ветра да плеск волн, пушистыми барашками накатывавших на берег, поднимая брызги.
