— Очень похоже на то заклинание, которым хотели подчинить меня, — задумчиво проговорила Листик, внимательно разглядывая пленённых вампиров, — могу попробовать снять, успеха не гарантирую, но другого ничего не остаётся.
Рамана согласно кивнула, остальные тоже не возражали. Первый вампир, после попытки Листика снять заклинание, почернел и осыпался пеплом. Со вторым произошло то же самое. К снятию заклятия с последнего Листик приступила, передохнув и посоветовавшись с Раманой:
— Вроде всё правильно делаю, но где-то спрятан узелок, который не могу найти.
— Тебя тогда Гара пыталась подчинить обычным заклинанием, применяемым к драгам, только более сильным. А здесь что-то другое, не хотелось бы и этого потерять, именно он за нами и следил, а эти двое, скорее всего, обычные «почтальоны».
— Забираем его с собой на Геллу и там, в более спокойной обстановке, попробуем разобраться с этим заклинанием, — предложила Милисента и обосновала своё предложение: — У нас другой ниточки к куполостроителю нет. На вампира, упакованного в стазис, набросили пелену невидимости и отправились обратно в трактир. Пока Рамана окончательно упаковывала вампира для дальнейшей транспортировки, Листик и Тиасса присоединились к Лише, перед которой уже была гора пустых вазочек. Ворон, глядя на Лишу с некоторым страхом, спросил у Милисенты:
— Она уже съела не меньше полусотни порций! Куда в неё столько помещается? Боюсь, не выдержит и лопнет!
— Нет, не лопнет, — Милисента пододвинула и к себе вазочку, а затем ещё одну и ещё. Глаза хранителя мира Элутон стали совсем круглые, он повернулся к вошедшей Рамане и с ужасом на неё посмотрел, ожидая, что и она присоединится к этому пиршеству. Бронзоволосая отрицательно покачала головой:
— Я не то что не люблю мороженого, просто не испытываю при виде этого молочного, холодного лакомства того восторга, что некоторые. А вы не беспокойтесь, такое количество мороженого им не повредит.
— Но как они могут столько съесть? — спросил немного успокоившийся Ворон.
— Драконы, — пожала плечами Рамана, — внешне оставаясь хуманами, они сейчас драконы и возможности соответствующие.
Глава шестнадцатая. Засады, неудавшаяся и удавшаяся
Возвращаться на Геллу решили не одним прыжком, а пройти обычным путём — через межмировые переходы. Попрощавшись с хранительницами Илувоны и хранителем Элутона, девушки, а вместе с ними гном-ювелир и отряд наёмников прошли через переход, традиционно имевший вид крепости, предназначенной для обороны от того, что может появиться в кольце стен. Мир, куда вывел переход, почти ничем не отличался от Илувоны — такой же густой лес.
— Вообще-то Илувона не только лес, а ещё и очень большая степь. Там живёт народ, называющий себя эрэлы… — рассказывала Листик, Лиша кивнула:
— Ага! А хранительница степи — Элие!
— Интересный мир, у него сразу три хранительницы, может, именно поэтому куполостроитель не стал здесь ничего делать, хотя в мире рядом постарался основательно обосноваться, — заметила Тиасса, ехавшая на своей лошадке рядом с мерно шагающей гилассой.
— Скорее всего это не потому, что этот строитель куполов испугался их силы, а три хранительницы лучше контролируют свой мир, а куполу надо время, чтоб укорениться. Пока этого не произошло — хранитель может его разрушить, — сделала предположение Рамана, чей конь тоже шагал рядом с Огоньком, но с другой стороны.
— Но Листику удавалось легко валить эти купола, по крайней мере — сначала, — задумчиво проговорила Милисента. — Мне кажется, что именно это стало причиной усложнения этих конструкций — куполостроитель сделал выводы и постарался обезопасить свои творения. Если разрушения первых двух или трёх можно было списать на случайность или хулиганство одной рыжей богини, то дальше стало ясно — эти разрушения целенаправленное действие.
— Ты думаешь — будут ещё купола? — поинтересовалась Рамана, Милисента ответила:
— Несомненно, мы уже знаем для чего эти купола, их строителю нужна сила, берёт он её из миров, где и размещает свои купола-насосы. А таким собирателям трудно остановиться, им кажется — что мало насобирали.
— У тебя есть идея, как обнаружить следующий купол, — утвердительно сказала Рамана и потребовала: — Выкладывай!
Но Милисента ничего не успела сказать. Из леса, окружавшего дорогу, раздался свист и гикание, а на дорогу стало падать дерево. Такое большое и толстое дерево, что должно было надёжно перекрыть путь отряду. Но на дорогу дерево не упало — мощная струя пламени, выпущенная гилассой, сожгла падающее дерево, до земли долетел только пепел. Свист и крики прекратились, сменившись звенящей тишиной.
— Какая прелесть! Нас собрались грабить! — в наступившей тишине голос Раманы прозвучал особенно громко, хотя она его не повышала. Оглянувшись по сторонам, бронзоволосая скомандовала:
— А теперь вышли все на дорогу! Убежать никому не удастся, всех достанем!
И подтверждая слова старшей подруги, Тиасса послала в лес пять молний, сорвавшихся с её растопыренных пальцев. Из лесу раздались крики ужаса.
— Сильно подпалила? — полюбопытствовала Лиша, вытягивая в сторону леса свою ладошку с растопыренными пальчиками, с кончиков которых тоже зазмеились молнии. До леса они не долетели и не исчезли, подобно природному разряду, а продолжали, потрескивая, извиваться, почти касаясь зарослей, к Лише присоединились Тиасса, Листик и Милисента. Если у Тиассы и Лишы молнии были обычного цвета, то у Листика — зелёные, а у Милисенты — разноцветные.
— Так, а ну прекратили! — прикрикнула Рамана на расшалившихся девочек, Лиша стала молниями сбивать ветки с деревьев, а Листик просто отрывать, завязывая вокруг ветки молнию узлом, словно это была обычная верёвка. Обращаясь к зарослям, бронзоволосая насмешливо произнесла: — Господа разбойники уже впечатлились и глупостей делать не будут. Выходите, кому сказала!
Из леса стали выходить бородатые и лохматые люди, со страхом глядя на гилассу и её всадниц.
— Ух ты! — восхитилась Лиша. — Какие лохматые! Настоящие разбойники!
Но восторг девочки сменился разочарованием — один из разбойников был лысым и чисто выбритым. Рыженькая малышка разочарованно протянула:
— А этот, что? Ненастоящий? Если он не настоящий, то почему же пошёл грабить?
Лысый разбойник оказался атаманом, его с пристрастием начала допрашивать Рамана:
— Ну-ка, милейший, поведайте нам правду, почему вы на нас напали? Именно нас ждали или любой проходящий купеческий обоз? То дерево, каким вы собирались перегородить дорогу, было толщиной в два обхвата, чтоб оно упало, его надо было пилить полдня, а за это время здесь прошло не меньше трёх обозов, которые можно было остановить, не прибегая к таким усилиям. Рассказывайте всё без утайки.
