— Я могу ответить на ваш вопрос, — сказал Корханн. — Нарат действительно человек, но только обликом. Мне удалось однажды коснуться его разума, и должен вам сказать, что это какой-то атавизм, откат в далекое прошлое, когда наши пути эволюции еще не разошлись. Одним словом, когда еще не существовало принципиальных отличий между человеком и животными. Вот почему эти звероподобные существа любят и понимают его — он думает и чувствует как они и как никогда не сможет ни один нормальный человек.
Гордон взглянул на ужасающую картину сражения.
— Атавизм, — повторил он. — Значит, во всем виноват один крошечный ген?
— Можно попросить вас об одолжении? — с кислой миной произнес Шорр Кан. — Пожалуйста, избавьте меня от ваших научных лекций.
На балконе появился молодой офицер и встревоженно отсалютовал Лианне:
— Ваше высочество, министр Абро просит вас сесть в аэромобиль и уехать отсюда, пока схватка не подобралась вплотную к дворцу.
Лианна покачала головой:
— Передайте министру мою благодарность и скажите, что я никуда не уйду, пока люди сражаются и умирают за меня.
Гордон хотел было образумить принцессу, но взглянул на нее и прикусил язык, поняв, что все уговоры бесполезны.
Зато Шорру Кану никакие внутренние запреты не мешали высказаться.
— Когда сражение закончится, вы уже не сможете уйти, — резонно заметил он. — Лучше сделать это сейчас, ваше высочество.
— Именно такой ответ и ожидала услышать от вождя, сбежавшего с Талларны после поражения, — холодно произнесла она.
— Зато я остался в живых, — пожал плечами Шорр Кан и добавил печальным тоном: — Правда, скорее всего, ненадолго. — Он с отвращением взглянул на висевший на поясе атомный пистолет. — Чем ближе подбирается к нам перспектива геройской гибели, тем меньше меня восхищает эта идея.
Лианна не ответила ему. Ее сверкающие глаза выискивали что-то в дыму и пламени гибнущего города. Гордон понимал, что она должна испытывать, глядя на широкую аллею, украшенную статуями ее великих предков, воплощенную историю звездного королевства, на которой теперь ее подданные сдерживают натиск негуманоидных захватчиков.
Она резко обернулась к Корханну:
— Попросите Абро отправить сообщение баронам. Пусть скажет: если они немедленно не пришлют нам помощь, Фомальгаут будет потерян.
Крылатый министр поклонился и поспешно ушел. Когда Лианна снова взглянула на город, большой аэромобиль с гербом Фомальгаута на борту вылетел из клубов дыма и опустился прямо на балкон, тут же распахнув входной люк.
— Нет! — сердито воскликнула Лианна. — Я никуда не уйду. Отошлите их…
— Берегитесь! — закричал вдруг Шорр Кан. — Это не ваши люди!
Только теперь Гордон разглядел на мундирах у выскочивших из аэромобиля солдат ненавистную эмблему булавы.
Они не открыли огонь, вероятно рассчитывая на численный перевес. Но Шорр Кан присел на корточки и выстрелил. Взрыв атомной пули сразил первый ряд нападавших.
Гордон поднял свой пистолет и, проклиная себя за то, что так и не научился с ним обращаться, попытался снять с предохранителя. Наконец он сумел выстрелить, но взял слишком высоко. Он попробовал еще раз, и теперь пуля взорвалась в самой гуще солдат с эмблемами булавы.
Уцелевшие враги продолжали бежать вперед, по-прежнему не стреляя, и Гордон наконец догадался: они хотят захватить Лианну живой и боятся случайно попасть в нее.
Из аэромобиля выскакивали все новые солдаты. Они рассыпались полумесяцем, окружая противника, и уже подошли так близко, что ни Гордон, ни Шорр Кан больше не решались выстрелить, опасаясь, что взрыв заденет и Лианну. Гордон перехватил оружие за ствол, поднял над головой, словно дубинку, и яростно бросился на кого-то из нападавших, крича на бегу Лианне, чтобы она уходила с балкона. Он слышал, как Шорр Кан проревел: «Охрана!» — но тут же замолчал, сбитый с ног и придавленный телами врагов. Через мгновение Гордон последовал тем же путем, почувствовав на себе слишком много рук, тяжелых сапог и костлявых коленей. Он не разглядел, успела ли убежать Лианна, зато заметил, как из зала на балкон выскочила группа охранников и отчаянно ринулась в драку.
Те, кто остался в аэромобиле, уже не опасаясь повредить Лианне, без колебаний открыли убийственный огонь по охранникам. Крупнокалиберный пулемет мгновенно разорвал их на куски, засыпав сверху каменной крошкой и осколками разбитого стекла. Вскоре выстрелы затихли, а голова Гордона зазвенела от тяжелого, словно молот, удара. Вся картина схватки закружилась перед его глазами, а потом исчезла в наступившей темноте.
Очнувшись, он понял, что по-прежнему лежит на том же балконе. Голова больше не звенела, а просто сильно болела. Неподалеку стоял Шорр Кан, и все лицо его было залито кровью. Его окружали мрачные и напряженные солдаты с эмблемами булавы на мундирах.
— Лианна! — пробормотал Гордон и попытался сесть.
Шорр Кан качнул головой в сторону зала позади убитых охранников:
— Она там. С ней ничего не случилось, но дворец захвачен. Этот аэромобиль был лишь первым из множества таких же, прикрывавшихся гербом Фомальгаута.
Солдат ударил его по лицу, и кровь потекла еще сильней. Шорр Кан даже не вздрогнул, но замолчал. Теперь, когда сознание Гордона прояснилось, он услышал глухой, невнятный гул, похожий на шум волн, бьющихся о скалистый берег. Он вскочил на ноги и посмотрел через невысокие перила, пытаясь обнаружить источник звука.
Город пал. Тут и там еще поднимались алые языки пламени, но стрельбы больше не было слышно. Все пространство вокруг дворца заполнили орды негуманоидов. Геррны, кхалла, андакси и прочие ужасные монстры, упоенные своей победой, носились по парку, ревели, рычали и размахивали конечностями.
Рев сделался еще громче, когда на аллее звездных королей показалась торжественная процессия. В шипящих, урчащих, пронзительных криках слышалось безумное ликование. И все с восторгом смотрели на человека, ехавшего впереди на гигантском черном геррне. Нарат Тейн с гордо поднятой головой направлялся во дворец, чтобы потребовать себе трон Фомальгаута.
Глава 23
В большом зале, том самом, откуда можно попасть на балкон, было тихо. Гордона с обеих сторон окружали охранники. Шорр Кан стоял рядом, и возле него тоже были солдаты с эмблемами булавы; они предупреждающе выставили оружие.
Из мужчин только Нарат сидел, как и подобает королю — прямо и неподвижно, в блестящей, плотно облегающей одежде, с длинными каштановыми волосами, спадавшими на плечи. На его губах играла мечтательная улыбка. Он выглядел как король. И как безумец.
Лианна сидела поодаль от него. Ее бесстрастное лицо оживало лишь тогда, когда она смотрела на Гордона.
— Кузина, уже скоро, — негромко произнес Нарат. — Мы только немного подождем графа Сина Кривера и других.
Гордон догадывался, кто эти «другие», и по спине у него пробежали мурашки.
Через открытую дверь балкона в зал проникал едкий дым. Оттуда же доносились далекие, неразборчивые голоса, но не дикий рев, как раньше. С балкона уже убрали трупы — и нападавших, и оборонявшихся. Вскоре послышался шум спускающегося аэромобиля. А вслед за тем в зал вошел Син Кривер.
Его гордое заносчивое лицо сияло триумфом. Он окинул Шорра Кана долгим пристальным взглядом.
— Это хорошо, что вас не убили. Не хотелось бы, чтобы вы умерли так просто.
— Вероятно, вы считаете себя великим артистом? — насмешливо хмыкнул Шорр Кан. — Это было самое трудное испытание в моей жизни — выслушивать ваши трескучие бессмысленные рассуждения.
Сии Кривер зловеще усмехнулся, но ничего не ответил. Нарат встал и заговорил любезным тоном:
— Добро пожаловать, мой дорогой брат из Внешних Миров. Очень рад видеть вас. А где же наши друзья?
— Они здесь, — сказал Сии Кривер. — Уже идут. — Он посмотрел на Лианну, и его улыбка расплылась еще шире. — Прекрасно выглядите, ваше высочество. На удивление прекрасно, если учесть, что ваша планета у нас в руках, а ваш флот вдребезги разбит возле Отмели Южной Рыбы.
