— Хм… Но, если честно, я тебя звала, чтобы поговорить о жиле, — произнесла Лея, даже не пытаясь переварить всё сказанное демонессой. У неё в голове вертелась интересная мысль, и, пока в душе горел энтузиазм, ей надо было той поделиться. — Нам надо это месторождение как-то приватизировать.
— Не знаю, что ты подразумеваешь под этим словом, — спокойно сказала Дайна, — но если оно означает, что нам надо считать его своей собственностью и получать доход от разработки, то за небольшой процент или разово оговорённую сумму наш клан с удовольствием разберётся и в этом законодательстве.
— Значит, мы поняли друг друга. Если Хдархет столько месторождений мифрила захапал, то чем мы хуже? — рассмеялась девушка.
— Но это означает и то, что повелитель должен узнать обо всём с этим связанным в соответствующий срок. И никак не раньше, — серьёзность в голосе наводила только на одну мысль.
— А он этому рад не будет.
— И дело не только в сроках, — подтолкнула в нужном направлении мысли своей госпожи Кхалисси.
— Бог велел делиться, — печально вздохнула молодая женщина. — А при таком дележе, как бы хоть что-то осталось.
— Вот теперь, когда ты вполне понимаешь всю сложность и шаткость ситуации, думаю, имеет смысл обсудить вознаграждение нашему клану.
Дайна широко улыбнулась своей самой невинной и добродушной улыбкой. Лея ответила демонессе таким же взглядом и достала чистый пустой лист.
* * *
Приятное тепло, где только что были прикосновения. Лоно горело от ритмичных быстрых движений. Сердце всё ещё стремительно билось, но блаженство уже разлилось по всему телу. Лея чуть повернула голову и посмотрела на Ал’Берита. Он лежал рядом на спине, невидяще смотря полупрозрачными глазами на потолок, словно размышляя о чём‑то. Чёрные волосы, резко констатирующие с бледной кожей и всегда аккуратно собранные, ныне разметались по атласу подушки.
Некоторое время Лея не отрывала от него взгляда, отдыхая и собираясь с мыслями, а затем решительно перевернулась, садясь на его обнажённые бёдра, и, сжимая их своими ногами, плавно склонилась над сильной мужской грудью. Затем, слегка касаясь лёгкими поцелуями горячей кожи, она приблизилась к его уху, чуть дотронулась губами и тихо, ласково и нежно, как легчайшее дуновение ветра, прошептала:
— Мне известна тайна Хдархета.
Она отклонилась, желая насладиться эффектом произнесённых слов. Наместник посмотрел на девушку, словно только что обратив внимание на то, что кроме него ещё кто-то существует в этом мире. Глаза Ал’Берита загорелись интересом. Он резко приподнялся, придерживая стан любовницы одной рукой и не давая тем разрушить композицию сплетённых тел, а второй поправил её взъерошенные волосы.
— И какая же? — не менее тихий заинтригованный шёпот у её уха. Его горячее спокойное лёгкое дыхание у шеи. Горьковатый запах холодного пепла от кожи и волос, сводящий с ума.
— У него есть четвёртая шахта мифрила, мой повелитель. И ни в одном документе нет никаких упоминаний о ней, — как признание в любви, с томным придыханием произнесла она, при этом и небрежно поясняя причину предоставления столь важной информации с задержкой.
Ведь проверка была нужна, не так ли?
Тонкие женские пальцы заскользили по мужской спине, слегка царапая ногтями кожу.
— Кто ещё знает?
— Управляющий Эйтон, что рассказал мне об этом, и несколько Дагна, — ответила Лея, после чего встряхнула гривой волос и откинула голову немного назад.
— В таком случае, этот вопрос может и подождать своего решения, — умозаключил Ал’Берит. Его губы жадно поцеловали её шею.
* * *
Наместник поправил безукоризненно лежащий манжет белоснежной рубашки, смахнул несуществующую пылинку с поверхности резного стола и откинулся на жёсткую спинку кресла, делая перерыв в бесконечной работе. Он обвёл равнодушным взглядом кабинет. Бесстрастное лицо не выражало никаких чувств и мыслей, но Кхал Тогхар несколько напрягся, словно почувствовав истинное настроение повелителя. Ал’Берит мысленно улыбнулся.
Наконец-то каждая фигура занимала должное место на доске, включая избранные пешки. Но не стоило спешить делать заключительный ход. Затяжной характер игры требовал долгого удовольствия.
Он задержал взгляд на Тогхаре — единственного демона в комнате кроме него самого, как будто что-то вспоминал, связанное с ним. Рохжа смотрел на стену перед собой и делал вид, что это его вовсе не беспокоит. Очень хорошо даже для Высшего. Но недостаточно для прекрасно изучившего его хозяина.
— Тогхар, — как бы невзначай обратился к слуге Ал’Берит скучающим голосом.
— Чем я могу быть вам полезен, мой повелитель? — Рохжа привычно поклонился, задавая вопрос.
— Мне любопытно, как ты рассчитываешь убрать со своего пути Дагна? — поинтересовался виконт и сделал вид, что снова полностью поглощён написанием документа. — Ведь с момента оскорбления твоего клана этими полукровками прошло более полугода.
Наместник возмущённо посмотрел на помощника, как если бы не принимал даже намёка на обратную вероятность.
— Его высокопревосходительство Дзэпар запретил нам мстить клану Дагна, — сказано было с искренним сожалением.
— Но ведь он говорил о побеге. А ваша вражда сравнительно дольше, — намекнул Ал’Берит, возвращаясь к письму.
— Любое действие против них ныне может быть расценено как месть.
— В этом есть правда, — скромное согласие и снова атака. Тогхар был невозмутим, но это не имело значения. — Но неужели ты готов спустить им это?
— Я жду ошибки с их стороны.
— Бездеятельное ожидание редко заканчивается успехом, — покачал головой демон.
Слуга был превосходным воином и исполнителем, но никак не стратегом. Однако чутьё Тогхара сейчас не подводило, повелитель чувствовал, как тот сладко нервничает.
— Хотя, как и поспешные решения. Ты согласен со мной?
— Да, мой повелитель, — серокожий Кхал поклонился, надеясь на завершение разговора, но наместник продолжил беседу:
— Тогда тебе придётся согласиться и с тем, что в таких играх выигрывает хладнокровие, — Ал’Берит снова посмотрел на вынужденного собеседника. Очень пристально. — А его в тебе уже давно нет. Не так ли? Именно горячность и нетерпение причина того, что ты передал господину Хдархету проект приказа, содержащий перечень людей, имеющих отношение к моему второму заместителю. Ты предал своего повелителя и сеньора… Участь твоего клана уже решена, но мне любопытно знать, что более раздражало тебя? Ваша межклановая вражда или моё благоволение к твоему врагу?
— Что ждёт меня и мой клан, повелитель? — сознавая, что он потерпел поражение, напрямую спросил Тогхар.
Ал’Берит взмахнул рукой, и секретная панель отъехала в сторону. В кабинет вошёл Рохжа, в котором легко узнавался Кхоттаж — немолодой демон с узкими глазами и хитрым прищуром. Когда-то он претендовал на место главы клана вместе с Тогхаром, оказавшимся в своё время сильнее благодаря ярости, что и сгубила его ныне. После смерти глуповатого Роххара он стал более приближен к Кхалу из-за своего ума… За Кхоттажем, мило улыбаясь, следовала Кхалисси Дайна.
— У клана Рохжа будет новый Кхал. Более верный. Такой, с которым мне не надо будет играть, чтобы вынуждать к тем или иным действиям, а будет следовать моим приказам. Достаточно сильный, чтобы сотрудничать со своими врагами, а не руководствоваться глупыми эмоциями. И достаточно проницательный, чтобы предугадать предательство, способное выжечь всех Рохжа из упоминаний. Так что, твоему клану повезло на этот раз, — сделал вывод Ал’Берит, и Тогхар понял, какую ловушку он сам для себя выстроил. — И, как новый Кхал Рохжа, Кхоттаж сам решит твою судьбу.
Повелитель перебросил троицу телепортом в подвалы замка. Дальнейшее легко предугадывалось и было ему абсолютно не интересно. Наместник поправил пиджак, сдвинувшийся почти на целый миллиметр влево от лилового галстука, и достал чистый свиток. Новый лист начали заполнять всё новые и новые строки красивого ровного почерка.
